Источник Вознесения - Сандерсон Брэндон - Страница 152

Все больше и больше монстров появлялось на стене. Они были из самых крупных тварей, выше десяти футов ростом, и легко сметали лучников со своего пути. Люди падали во двор, и ворота грохотали вдвое громче.

– Уходите! – крикнул Сэйзед стоявшим у него за спиной.

Некоторые подались назад, но большинство стояли твердо.

Террисиец в отчаянии посмотрел на ворота. Деревянные створки сотрясались, щепки летели сквозь парившие в воздухе снег и пепел. Солдаты отступали в испуге. Наконец раздался громкий треск, поперечина сломалась, правая створка ворот распахнулась, и воющая, истекающая кровью дикая толпа колоссов начала пробираться сквозь влажные камни.

Одни солдаты бросали оружие и убегали – другие застыли на месте, остолбенев от ужаса. Сэйзед стоял позади, между перепуганными солдатами и толпой скаа.

«Я не воин», – подумал он и почувствовал, как при виде монстров дрожат руки.

Впрочем, оставаться спокойным в их лагере было достаточно трудно. Смотреть, как колоссы кричат, размахивая огромными мечами, смотреть на их разорванную, окровавленную кожу и на то, как они набрасывались на солдат… Сэйзед ощутил, как исчезают остатки его смелости.

«Но если я ничего не сделаю, никто не сделает…»

Террисиец зачерпнул пьютер.

Мышцы начали расти. Затем зачерпнул из своей стальной метапамяти и ринулся вперед. Он потратил годы, откладывая силу, а случай ее использовать выдавался нечасто, так что теперь у него был неплохой запас.

Слабые руки ученого превратились в массивные, объемные конечности. Грудь раздалась, мышцы натянулись. Сэйзед столько дней провел хрупким и слабым, и все ради этого момента. Он протолкался сквозь ряды солдат, стянул через голову ставшую слишком тесной робу и остался в одной набедренной повязке.

Огромный колосс вдруг обнаружил перед собой создание почти такого же размера. Несмотря на ярость, несмотря на отсутствие чего-либо человеческого, тварь замерла, и в ее маленьких красных глазках отразилось удивление.

Сэйзед ударил монстра. Хранитель не умел сражаться и почти ничего не знал о бое. Но в тот момент навыки не имели значения. Физиономия твари вмялась под его кулаком, череп треснул.

Повернувшись на толстых ногах, террисиец посмотрел на ошарашенных солдат.

«Скажи что-нибудь – воодушеви их!» – приказал он себе и заорал, изумленный внезапной глубиной и силой собственного голоса:

– Сражайтесь!

И его послушались.

Измученная, Вин упала на колени посреди грязной, покрытой пеплом и снегом дороги. Прямо в холод и слякоть, но ничего не почувствовала. Просто стояла на коленях и дышала со свистом. Бежать она больше не могла. Пьютер закончился. Легкие горели, болели ноги, грудь разрывал кашель. Хотелось просто упасть и свернуться клубочком.

«Это просто пьютерная гонка», – внушала себе Вин.

Она вложила в бег все силы, но теперь пришла пора расплачиваться.

Рожденная туманом закашлялась, не в силах остановиться; застонала, потом сунула мокрую руку в карман и достала два последних фиала. В них находилась смесь всех восьми металлов плюс дюралюминий. Пьютер поможет продержаться еще немного…

Но этого было недостаточно. Она все еще находилась в нескольких часах от Лютадели. Даже с пьютером не успеть до темноты. Положив фиалы на место, Вин заставила себя встать.

«Что я буду делать, когда доберусь туда? Зачем я так стараюсь? Неужели мне хочется снова сражаться? Снова убивать?»

Вин знала, что опоздает на битву. Вообще-то, колоссы должны были атаковать еще несколько дней назад. Но не только это ее беспокоило. Нападение на крепость Сетта все еще отдавалось в памяти ужасающим эхом. То, что она сделала. Те, кого она убила.

И все-таки теперь что-то изменилось. Вин смирилась со своей ролью ножа. Но раз нож является инструментом, его можно использовать во имя зла или во имя добра: можно убивать, но можно и защищать.

Последнее казалось сомнительным, учитывая, какой слабой себя чувствовала Вин. Олово помогло подавить дрожь в ногах. Императорская дорога, грязная, выщербленная, шла вдоль извивавшегося по-змеиному императорского канала. С Элендом она показалась красивой и новой, но сейчас в тихо падающем снеге выглядела темной, устрашающей и бесконечной.

Источник гудел, его пульсация становилась все сильнее и сильнее с каждым шагом, который возвращал в Лютадель. Только все происходило недостаточно быстро. Недостаточно быстро, чтобы остановить колоссов и не дать им захватить город.

Недостаточно быстро, чтобы спасти друзей.

«Простите… – стуча зубами и кутаясь в плащ, подумала Вин, беспомощная перед холодом без пьютера. – Простите, я вас подвела».

В отдалении показался дымок. Рожденная туманом посмотрела на восток, потом на запад, но ничего не увидела. Плоский ландшафт был укрыт пепельным снегом.

«Деревня, – отупело подумала она. – Одна из деревень, которых тут полно».

Лютадель была не единственным городом в маленьком доминионе, хотя и самым большим. Эленд не сумел полностью очистить земли от бандитов, но все равно тут жилось гораздо лучше, чем в других частях Последней империи.

Спотыкаясь, Вин двинулась вперед по слякоти и лужам. Минут через пятнадцать свернула с главной дороги на боковую, ведущую к деревне – маленькой даже по меркам скаа. Всего лишь несколько лачуг да парочка строений побогаче.

«Не плантация, – подумала Вин. – Придорожный поселок».

Место, где путешествующие аристократы могли остановиться на ночь. Маленький особняк, когда-то принадлежавший скромному землевладельцу, был погружен в темноту, только в двух лачугах скаа сквозь щели пробивался свет. Ненастье, должно быть, вынудило людей рано оставить дневные заботы.

Дрожа от холода и слабости, Вин направилась к одной из хижин – усиленный оловом слух выделял звуки, доносившиеся изнутри. Она остановилась, прислушалась. Дети смеялись, мужчины о чем-то с азартом спорили. Вин унюхала запахи вечерней трапезы – простых тушеных овощей.

«Скаа… смеются», – подумала она.

Во времена Вседержителя такая хижина была местом страха и уныния.

«Мы что-то изменили. Значит, не зря».

Но стоило ли это жизни друзей? Падения Лютадели? Без защиты Эленда даже эту маленькую деревню скоро захватит какой-нибудь царек.

Вин впитывала чужой смех. Кельсер не сдался. Он в одиночку пошел против Вседержителя, и его последние слова были вызывающими. Даже когда все планы, казалось, рухнули и его труп лежал на мостовой – на самом деле Кельсер победил.

«Я отказываюсь сдаваться, – подумала Вин, выпрямляясь. – Я отказываюсь верить в их гибель, пока собственными глазами не увижу трупы».

Она подняла руку и постучала. Тотчас же все звуки внутри стихли. Когда дверь приоткрылась, Вин погасила олово. Скаа, особенно деревенские, были пугливы. Ей, возможно, придется…

– Ох, бедняжка! – воскликнула женщина, распахивая дверь. – Входи же скорее! Что ты делала там, в снегу?

Вин медлила. Женщина была одета скромно, но по-зимнему. Очаг в центре комнаты гостеприимно светился.

– Девочка? – удивилась женщина.

К ней приблизился коренастый бородатый мужчина, положил руку на плечо и изучающе посмотрел на Вин.

– Пьютер, – тихо сказала Вин. – Мне нужен пьютер.

Пара посмотрела друг на друга, хмурясь. Наверно, решили, что у нее затуманился рассудок. А что еще можно было подумать, глядя на промокшую, перепачканную пеплом девушку в простой дорожной одежде и неприметном плаще?

– Почему бы тебе не войти, дитя? – предложил мужчина. – Поешь с нами. А потом мы поговорим о том, откуда ты пришла. Где твои родители?

«Вседержитель! – раздраженно подумала Вин. – Неужели я так молодо выгляжу?»

Она пригасила обоих, убрав их озабоченность и подозрительность. Потом разожгла их желание помочь. Вин не была в этом деле так хороша, как Бриз, но кое-что все же умела. Пара тотчас же расслабилась.

– У меня мало времени, – сказала Вин. – Пьютер.

– У господина были столовые приборы в доме, – припомнил мужчина. – Но мы большинство из них обменяли на одежду и орудия для работы в поле. Думаю, пара кубков все же осталась. Они у мастера Кледа, нашего старейшины, в соседнем доме…