Время умирать - Смит Уилбур - Страница 189

— Я уже направил три отряда вдоль берега Рио-Сави, чтобы следить за лесозаготовительными отрядами в лесу. Еще пять отрядов рассеяны вот здесь, чуть севернее. Если твои белые беглецы захотят добраться до границы на Лимпопо, то им придется пройти через мои отряды либо через охрану ФРЕЛИМО в лесах. Я радирую своим командирам отрядов, чтобы они были начеку в отношении этих белых.

— Они должны перекрыть каждую тропинку, каждую переправу, — сказал резко и властно генерал Чайна. — Они должны установить сплошную заградительную линию без единого разрыва, а моя подвижная сеть, движущаяся с севера, загонит их в ваши руки. Но предупреди командиров своих отрядов, что белый человек — солдат, причем хороший солдат. В конце войны он командовал скаутами Баллантайна.

— Кортни, — прервал его Типпу Тип, — я его хорошо помню. — Он захихикал. — Конечно, это Кортни совершил рейд на твою базу. Нет ничего удивительного, что ты так хочешь заполучить его. У вас с ним давние счеты. Крепкая у тебя память, мой брат.

— Да, — кивнул Чайна и потрогал мочку глухого уха. — Много лет прошло и память моя крепка, но месть — это блюдо, которое лучше есть холодным.

Они оба взглянули вверх, когда послышался звук турбин приближающегося к деревне с севера вертолета, и Чайна взглянул на часы. Пилот был точен, и Чайна почувствовал, как крепнет его доверие к молодому португальцу. Он поднялся.

— Будем поддерживать контакт на частоте 118,4 мегагерц, — сказал он Типпу Типу. — Три сеанса ежедневно: в шесть утра, в полдень и в шесть вечера.

Но Типпу Тип не смотрел на него, он с завистью глядел на очертания кружащего над деревней, словно какой-то монстр-мутант из фильма ужасов, вертолет.

Генерал Чайна уселся в кресло бортмеханика и закрыл бронированную кабину. Он поднял большой палец и показал в ту сторону, где на веранде заброшенного дука стоял генерал Типпу Тип, и как только тот ответил на салют, вертолет вертикально поднялся над деревней и развернулся носом на север.

— Генерал, одна из патрульных групп срочно вызвала вас по радио, — послышался голос пилота в наушниках у Чайна. — Они использовали позывной «Красная дюжина».

— Очень хорошо, переключись на частоту патрульной группы, — приказал Чайна и стал следить за цифровым табло на панели радиопередатчика.

— «Красная дюжина», это «Банановое дерево». Вы меня слышите? — проговорил он в микрофон на шлеме.

«Красная дюжина» была одной из разведгрупп, обшаривающих в поисках следов беглецов территорию южнее железнодорожной линии. Глядя на разложенную на коленях карту, генерал пытался вычислить нынешнее их положение. Командир группы ответил на его вызов почти мгновенно. — «Банановое дерево», это «Красная дюжина». Имеем уверенный контакт.

Чайна почувствовал триумф и волнение, но постарался, чтобы его голос прозвучал очень ровно.

— Доложите свое местоположение, — приказал он, и как только командир передал координаты, сверил их со своей картой.

Он определил, что группа находится примерно в тридцати пяти милях от деревни.

— Вы слышали координаты, пилот? — спросил он. — Направляйтесь туда как можно быстрее. — И как только двигатели вертолета взревели, он передал в микрофон: — «Красная дюжина», сразу, как завидите нас, пустите красную ракету.

Через семь минут над лесом, буквально под носом вертолета, взлетела и описала в воздухе дугу красная сигнальная ракета. Пилот сбросил скорость, и вертолет медленно полетел над верхушками деревьев.

Бойцы РЕНАМО уже вырубили своими мачете посадочную площадку, пилот завис над ней и сел, подняв облако пыли и мусора. Чайна с удовлетворением заметил, что разведчики установили вокруг площадки круговую оборону. Это были опытные лесные бойцы. Чайна бодро выпрыгнул из кабины, и командир группы подошел и отсалютовал ему. Это был худой ветеран, обвешанный оружием, флягами с водой и подсумками с боеприпасами.

— Они только вчера прошли здесь, — доложил он.

— Ты уверен, что это они? — спросил Чайна.

— Белый мужчина и женщина, — кивнул головой командир группы. — Но они здесь кого-то похоронили, — он мотнул подбородком. — Мы не стали трогать, но, думаю, это могила.

— Покажите, — приказал Чайна и последовал за командиром в заросли терновника.

Командир группы остановился возле каменной пирамиды.

— Да, могила, — сказал Чайна со всей определенностью. — Вскройте ее.

Командир группы отдал резкий приказ, и два человека из его группы и он сам отложили в сторону оружие и вышли вперед. Они стали отваливать верхние камни и скатывать их вниз по склону.

— Поторопитесь! — крикнул Чайна. — Работайте быстрее!

Откидываемые в сторону куски железняка, ударяясь друг об друга, высекали искры.

— Здесь труп, — крикнул командир группы, когда появилась перевязанная голова Джоба.

Он подался вперед и сорвал рубашку, прикрывавшую голову.

— Это матабел, — моментально узнал Чайна черты лица Джоба. — Не думал, что он протянет так долго. Выкопайте его и скормите гиенам! — приказал он.

Два разведчика наклонились и взялись за обернутые одеялом плечи Джоба, Чайна наблюдал за этим со злорадным интересом. Увечить мертвых врагов было древним обычаем нгуни, ритуальное потрошение позволяло духу побежденного исчезнуть и не мстить победителю. Однако наблюдение за тем, как разведчики эксгумируют матабела, доставляло Чайне мстительное удовлетворение. Он прекрасно понимал, какую боль доставит этот акт Шону Кортни, и уже представлял, как будет описывать ему это во время очередного сеанса радиосвязи.

И в этот момент он вдруг заметил короткую черную бечевку. Она была обвязана вокруг завернутых в одеяло плеч трупа. На какой-то момент он просто уставился на нее, но когда он увидел, как она натянулась, и услышал щелчок чеки гранаты, он понял, в чем дело, выкрикнул предупреждение и бросился ничком на землю.

Взрыв ударил по ушам и наполнил голову болью. Он почувствовал, как его обдала взрывная волна и что-то с чудовищной силой ударило в щеку. Он перевернулся и сел. Какое-то время ему казалось, что он потерял зрение; затем звездочки и огненные колеса, заполнявшие его голову, понемногу рассеялись, и он с облегчением понял, что снова видит.