Время умирать - Смит Уилбур - Страница 168

У подножия холма девушка остановилась и попробовала взять себя в руки. Она принялась глубоко дышать, стараясь подавить непроизвольные всхлипывания, которые все еще душили ее, откинула с лица волосы и поправила полоску материи, служившую ей платком. Подолом рубашки она вытерла с лица пот и слезы и с удивлением посмотрела на жирные следы, оставшиеся на подоле.

— Я, наверное, выгляжу, как черт знает что, — прошептала она и сжала руки в кулаки, чтобы не было видно сломанных ногтей. И все же расправила плечи и вздернула подбородок. — Шон не должен видеть меня такой, — со злостью сказала она. — Соберись, женщина!

Когда Клодия торопливо подошла к тому месту, где над завернутым в одеяло Джобом склонился Шон, тот поднял глаза в ее сторону.

— Что случилось? — спросил он. — Что тебя там задержало?

— Здесь генерал Чайна. Он заставил меня пойти с ним.

— Чего ему было нужно? Что-нибудь случилось?

— Да нет, ничего. Ничего особенного. Я тебе потом все расскажу. Как Джоб?

— Я влил в него целый литр плазмы, — сказал Шон. Он подвесил капельницу к ветке над головой Джоба. — Пульс уже получше. Джоб ведь крепок, как бык. Помоги мне перевязать рану.

— Он в сознании?

— То приходит в сознание, то опять отключается, — ответил Шон.

Под повязкой оказалась такая ужасная рана, что они даже не рискнули обсуждать ее, тем более что Джоб мог услышать их.

Шон смазал всю поверхность раны йодистой мазью и наложил новую повязку, использовав ватные тампоны и чистые белые бинты из индивидуального пакета. Он еще не закончил перевязывать, а йод и кровь уже просочились сквозь бинты.

Они начали поворачивать Джоба с боку на бок, пропуская бинты у него под спиной. Клодия придерживала полуоторванную руку, согнув ее в локте и положив на грудь, а Шон надежно закрепил ее на месте. К тому моменту, когда они закончили, вся верхняя часть тела Джоба превратилась в большой кокон из умело наложенных повязок, откуда торчала только одна левая рука.

— Его пульс снова слабеет, — сказал Шон, выпуская запястье раненого. — Введу-ка я ему еще литр плазмы.

В лесу за холмом, на котором был расположен лагерь, послышались отрывистая автоматная очередь и выстрелы из гранатомета. Клодия подняла глаза.

— Что это?

— ФРЕЛИМО контратакует, — ответил Шон, продолжая возиться с капельницей. — Но у Чайны здесь приличные силы, а у ФРЕЛИМО, после того как оно потеряло поддержку с воздуха, энтузиазм явно поугас. Парни Чайны без особого труда могут сдержать их натиск.

— Шон, откуда здесь взялся Чайна? Я думала…

— Да, — оборвал ее Шон, — я тоже думал, что он сидит на месте. Но хитрая сволочь все это время кралась за нами по пятам, готовая в любой момент высочить вперед и перехватить добычу.

Он приладил к капельнице пакет с плазмой и присел на корточки рядом с Клодией, вглядываясь в ее лицо.

— Ну, хорошо, — сказал он. — А теперь рассказывай, что там произошло.

— Да ничего, — бодро улыбнулась она.

— Не пытайся меня надуть, красавица, — мягко сказал Шон и обнял ее. Клодия непроизвольно всхлипнула.

— Чайна, — прошептала она, — как раз после того, как ранили Джоба… Он заставил меня переводить для русского пилота. О, Господи, как я ненавижу его! Это просто животное. Он заставил меня наблюдать. — Она снова всхлипнула.

— Грязная работенка, да? — спросил Шон. Она кивнула головой.

— Он убил одного из русских, причем даже трудно описать как.

— Очень милый парнишка наш Чайна, но постарайся выбросить все это из головы, у нас достаточно собственных неприятностей. Пусть русские сами за себя переживают.

— Он в конце концов заставил русского пилота согласиться управлять вертолетом.

Шон встал сам и поднял на ноги ее.

— Не надо больше думать ни о Чайне, ни о русских. Единственное, о чем нам надо побеспокоиться, так это как самим убраться отсюда.

Он замолк на полуслове, заметив, как сержант Альфонсо вместе с дюжиной шанганских солдат спускается с холма, направляясь в их сторону. Все были нагружены добычей.

— Нкози! — широкое симпатичное лицо Альфонсо расплылось в красивой улыбке. — Какое сражение! Какая победа!

— Вы дрались, как стая боевых львов, — согласился Шон, — Сражение выиграно, теперь вы должны помочь нам добраться до границы. Капитан Джоб тяжело ранен.

Улыбка Альфонсо потускнела: несмотря на естественную племенную вражду, оба честно заслужили уважение друг друга.

— Что, тяжело?

Альфонсо подошел поближе и взглянул на Джоба.

— В медпункте есть носилки из стекловолокна, — вмешалась Клодия. — Можно нести его на них.

— До границы два дня пути, — с сомнением пробормотал Альфонсо. — И все время по территории, занятой ФРЕЛИМО.

— ФРЕЛИМО бегут, как собаки с горящим углем под хвостом, — сурово сказал Шон. — Пошли-ка двоих своих ребят за носилками.

— Тебя вызывает генерал Чайна. Он улетает на русском хеншо и перед отлетом хочет поговорить с тобой, — сказал Альфонсо.

— Хорошо, но чтобы к моему возвращению носилки были здесь, — предупредил Шон и взглянул на часы. — Ровно через час мы отправляемся в сторону границы.

— Конечно, Нкози — с готовностью согласился Альфонсо. — Мы будем готовы.

Шон повернулся к Клодии.

— Схожу к Чайне. Попробую уговорить его отвезти Джоба на вертолете, но, думаю, шансов немного. Пожалуйста, оставайся с Джобом и следи за пульсом. Среди медикаментов я нашел один не использованный шприц с адреналином. В самом крайнем случае воспользуйся им.

— Только, пожалуйста, не задерживайся, — прошептала она, — Я храбрая только тогда, когда рядом ты.

— С тобой останется Матату.

Шон быстро взобрался на холм и прошел мимо первой цепочки носильщиков РЕНАМО. Очевидно, Чайна решил забрать все, что мог унести, включая ящики с запасными частями для вертолета и канистры с авиационным бензином. Цепочка носильщиков направлялась обратно в дикие районы вдоль реки, и Шон почти не обратил на них внимания. Его роль была сыграна. Ему не терпелось уйти, добраться до границы, доставить Джоба туда, где ему окажут профессиональную медицинскую помощь, а Клодию туда, где она будет в безопасности. Однако при всем его нетерпении его мучили смутные сомнения: действительно ли Чайна сдержит свое слово и даст им уйти? Не слишком ли он оптимистичен?