Троны Хроноса - Смит Шервуд - Страница 86

Сколько он знал двух этих рыжих, Иварда и Грейвинг, они всегда смотрели на него с щенячьим обожанием — а сестра еще и влюбленно. Я никогда не ценил то, что дается даром, — до недавнего времени. Это Ивард обнял его, а не он Иварда в тот знаменательный день, когда казалось, что вся станция корчится в сексуальном экстазе. Локри, такой вроде бы тертый, никогда еще не переживал подобного — он сравнивал это с падением на звезду.

С тех пор Ивард относился к нему с дружеской теплотой, и только, Локри же чувствовал себя наполовину влюбленным. Дело осложнялось тем, что Ивард как-то сразу, за полгода, преобразился из гадкого утенка в красивого молодого не-совсем-человека.

Болъше-чем-человека.

26

Усталая, с ноющим телом Тат проскочила мимо неподвижного огра, стоящего у двери в кают-компанию бори, и направилась к автомату с кафом. Держа в руках теплую кружку, она закрыла глаза, сделала несколько глотков и закашлялась.

Рядом кто-то прыснул.

— Я за тобой. — Это был Ромарнан. Красивый техник, назначенный в рабочую команду.

— Вы тоже в две смены вкалываете?

— Квантоблоки, — прошептал он с гримасой, ставя кружку с кафом на поднос. — Я думал, что хуже рециркулятора ничего нет, пока нас не выгнали наружу искать панархистские квантоблоки — на случай, если в нас действительно чем-то пальнут. Нам, понятно, этого не сказали. — Оба украдкой посмотрели по сторонам. Комната была заполнена наполовину, и все выглядели усталыми. Катеннахи за столом у самых стазисных заслонок занимались своими блокнотами и сидели слишком далеко, чтобы слышать их разговор, да и желания такого не проявляли. — Станция — или что-то другое — пытается подловить нас на входе и выходе. Двух наших засосало в стену — вот так. — Ромарнан сделал быстрое движение языком, хлебнул кафа и поморщился. — А потом, если живы останемся, нас ждет другое задание — Барродах с его стазисными заслонками.

Тат достала из подогревателя миску неизменного жаркого с зачерствелым черным хлебом.

— Он такой не один.

Лисантер замучил ее, пытаясь сбалансировать мощность, расходуемую на стазисные заслонки, с научно-исследовательскими нуждами. Все более увеличивающийся разрыв служил мерой его беспокойства. Что же будет после следующей попытки Вийи?

— Кстати о слизняках, — сказал Ромарнан, — кто получит пропуска, когда они активируют-таки своих хреновых огров?

— Пока что их имеют только он, Аватар и Лисантер, — прошептала Тат. — Не знаю, когда их выдадут другим — и выдадут ли вообще.

Ромарнан, обменявшись с ней мрачным взглядом, тоже набрал заказ на подогревателе. Получил он то же самое, что и Тат, с точностью до миллиграмма.

На пути к столику она сказала тихо:

— У них всегда таким говном кормят или только здесь?

Ромарнан, усмехнувшись, снова поглядел по сторонам.

— Дома можно получить кое-что получше, но это стоит денег.

Тат не сразу сообразила, что «дома» означает «на Должаре». Они поставили свои подносы, и Ромарнан шепнул:

— А ты, говорят, была в рифтерах?

Тат осторожно кивнула, и он вздохнул:

— Я об этом с детства мечтал.

Что на это ответить? Лучше всего быть честной — не забывая об осторожности.

— Я запомню.

Этого оказалось достаточно. От его усмешки у нее стало горячо внутри.

Не успел он ответить, дверь открылась, и вошли четверо или пятеро бори. Двое шли медленно, как будто им было больно ходить, и у одного ключица была в фиксирующей повязке. Жертвы недавнего Каруш-на Рахали, поняла Тат.

Интересно, как и где это случилось — ведь бори всегда ходили группами.

— Я рада, что это кончилось, — сказала она, вспоминая побитые лица некоторых должарианцев — тарканцев в том числе. Внезапность, с которой это прекратилось — словно чип вынули, — была еще более жуткой, чем бесстрастное выражение этих покрытых синяками физиономий.

— Они из команды Дарранаха, — поджал губы Ромарнан. Тат взглянула на пришельцев со смесью удивления и отвращения.

— Неужели они правда занимаются этой карушной друг с другом?

— Многие бори так делают, — пожал плечами Ромарнан, — а эти даже под одеялом по-должарски говорят.

Тат хихикнула и тут же нахмурилась.

— Дарранах ведь на кухне работает? От этого их баланда кажется еще более мерзкой.

— При всей своей извращенности в еду они ничего не подкладывают, — ухмыльнулся Ромарнан. — Автоматика всё проверяет на выходе.

— И даже ур-плоды добавить нельзя для вкуса?

— Всё регулируется. Катеннах раньше часто пользовался ядами в своих целях. Могут добавить что-нибудь антивирусное, к примеру. Не знаю. Кухарей об этом не спросишь — могут быть неприятности.

Тат, вздохнув, отправила в рот последнюю ложку жаркого. Остыв, оно не стало вкуснее, но при ее всегдашней усталости ей нужно было как-то питаться.

Вошли еще двое бори, и Тат узнала Фарниоль, секретаршу Моррийона. Та взглянула на нее только раз, но этого хватило, чтобы у Тат заколотился пульс — на этот раз от страха.

Ромарнан сжал губы — он тоже заметил напряжение на лице Фарниоль. Что еще такого стряслось?

Поглядывая на катеннахов, Тат пересела так, чтобы видеть Фарниоль, берущую себе обед. Секретарша повернулась, корпусом прикрыв от катеннахов одну руку, и под своим подносом сделала Тат быстрый знак: «Проверь журнал».

Тат и Ромарнан быстро покончили с обедом, и он, сочувственно взглянув на нее, вышел первым. Она, не торопясь, поставила посуду вместе с подносом в рециркулятор и тоже ушла.

Выведя на пульт свой секретный журнал, она расшифровала сообщение Фарниоль и в полном шоке уставилась на здоровенного волосатого мужика с громадной розовой штуковиной, приделанной к члену. Потом еще раз взглянула на заголовок — сюжет был взят из личных записей Барродаха. Любит он, что ли, смотреть на такие вещи? И зачем Фарниоль передала это ей?

Тат, конечно, узнала этого мужчину: Хрим Беспощадный. Ее тяготило присутствие на станции этого одного из самых отъявленных головорезов Братства — точно без него хлопот мало. Были такие имена, которые знал каждый рифтер: Нейвла-хап, Хрим Беспощадный, Ароги Черное Сердце, Робвайзер фон Холле, Эшейлах Найярдский. Хрима Тат видела только дважды, и оба раза его сопровождала Марим с «Телварны», которой полагалось бы быть его врагом. В чем же дело?

Какая-то тень на потолке над извивающимся телом мужчины заставила Тат навести изображение на резкость. Тень превратилась во вздутие, и оттуда рухнул на Хрима человеческий скелет, который рифтер, заорав, швырнул через всю комнату.

Хрим продолжал орать, и Тат застыла от ужаса: он полагал, что это скелет Норио Данали — темпата, который был перед Вийей.

И выпал он из станционной субстанции.

Экран мигнул и стал показывать еще более жуткие кадры: группу серых, одного из которых выросшие из пола руки схватили и метнули в стену. От звуков, которыми это сопровождалось, к горлу Тат подступила тошнота.

Она медленно подышала, чтобы успокоиться, и вдруг подскочила, поняв, что она не одна. Моррийон стоял позади и смотрел через ее плечо.

Тат провела языком по пересохшим губам. Наверное, надо что-то сказать?

— Знаешь, что это такое? — Из его тона следовало, что он-то знает.

— Не уверена, а вот Ивард может знать. Лар говорил, он видит что-то такое во сне. На станции существует что-то чужое.

— Это Норио. Или его... привидение. — Моррийон помолчал. — Есть идеи, как избавиться от него? С помощью стазисных заслонок, возможно?

Господа, конечно, никому не говорят об этом, чтобы не распространять панику. Но рано или поздно это все равно просочится наружу.

— Только не в одиночку. Может быть, с Седри... мы и разработаем какой-нибудь план, — рискнула Тат.

Они оба посмотрели на экран, на стену, поглотившую серого. Такое может случиться с каждым — Тат не нужно было быть телепаткой, чтобы знать, что Моррийон думает то же самое.

— Были и другие случаи, — сказал он. — Барродах надеется удержать это в секрете.