Остров - Смит Гай Н. - Страница 45

Фрэнк вернулся вслед за другими в дом; он шел покорно, виновато сзади. Рут была мертва, она упала на выступ скалы, откуда никто не мог снять ее тело, и ее смерть была на его совести, как бы он ни старался оправдать себя. Больше того — паром сегодня не придет, и через пару часов стемнеет. Боже милосердный!

Саманта вошла в дом первой, остальные за ней; Эллен обернулась и злобно посмотрела на него: я ненавижу вас, мистер Ингрэм! И теперь вам несдобровать.

Он оглянулся в поисках Джейка. Но колли не было видно, и это странно; Джейк никогда не бродил сам по себе. Но с недавних пор он стал неспокойным, испуганным. Он, наверно, где-нибудь в сарае, подумал Фрэнк, ждет там, когда я пойду задавать корм овцам. Животные все живут по привычке, они терпеть не могут нарушения обычного порядка.

В кухне царило напряжение. Огонь в хлебной печи дымил, поверхность ее была испачкана. Вероятно, старый дымоход не чистили лет сорок. Фрэнк уже раньше сделал себе пометку заняться дымоходом, хотя вряд ли собирался когда-либо пользоваться этой большой печью — ему вполне хватало для своих нужд «Рэйбэрн».

Девушки уселись на стульях. Саманта сидела в центре у плиты — хозяйка церемонии; глаза, обведенные черными кругами, горят, темные волосы спутались, губы сжаты.

— Тело необходимо снять, — она говорила сухо, угрожающе глядя на Фрэнка.

— Для этого потребуется команда горноспасателей с материка, — ответил он. — Скала совершенно отвесная.

— Вам придется ее снять! — ее слова были как удар хлыстом. — Мы же не можем оставить ее там на всю ночь, разве не так? Там ведь чайки и вороны...

Кто-то из девушек вскрикнул от ужаса, это могла быть Джанет. Фрэнк обнаружил, что кивает головой.

— Я посмотрю, что можно сделать, — сказал он. Идиот чертов, произнес он про себя, в одиночку ты никакими силами не сможешь спять оттуда тело.

— Хорошо, — она, казалось, была удовлетворена, снова обрела деловитость. — Кажется, нам придется остаться еще на одну ночь, так что примемся за дела.

Он почувствовал отчаяние, ужас. Еще одна ночь! Уголком глаза он заметил движение, почувствовал, как потянуло сквозняком от двери, потом услыхал, как она скрипнула. Эллен выскользнула, убежала тайком, когда они не наблюдали за ней. Что же, это уж ее дело, черт возьми. Если она упадет со скалы, туда ей и дорога, Но ведь они его обвинят. Все это дело становилось совершенно неуправляемым. Будет расследование, и он станет главным свидетелем. «Мистер Ингрэм, вы вступали в половую связь с этой молодой девушкой?» Да, вступал. «И это ваши порочные действия довели ее до самоубийства, не так ли?»

— Часа через три стемнеет, — резко прервала его тяжелые мысли Саманта. — Вам следует поторопиться, Фрэнк.

Он повернулся, вышел из комнаты, потом во двор. Яркое солнце приветствовало его. Дул слабый морской ветерок, всего лишь. Погода почти весенняя. Он опять поискал глазами Джейка, но пес так и не появился. Надо бы поискать в сараях, подумал он. Джейк не мог далеко уйти. Ты мне нужен, Джейк, я понятия не имею, как я собираюсь снимать тело девушки, но ты мне все равно нужен.

Но Джейка не было в сараях. Фрэнк проверил их все один за другим, покачал удивленно головой. Это было не похоже на Джейка. Может быть, колли вернулся на холм. Но сначала, подумал Фрэнк, ему надо посмотреть, сможет ли он каким-то образом снять труп; он пошарил в углу и нашел веревку; перекинул ее через плечо. Ничего у него не выйдет; мертвое тело не сможет само зацепиться за другой конец, чтобы он мог стащить его.

Он прошел по дорожке низом и направился к берегу. Он не собирался спускаться по скале за этим телом. Не улыбалась ему и перспектива попытаться взобраться по отвесной скале выступа. Это означало, что тело Рут останется там, где оно сейчас, и что утром чайки будут завтракать ее плотью. Он только взглянет и сразу же уйдет, попытается найти Джейка.

Начинался прилив, но еще есть полчаса времени, только тогда волны станут биться о стены Котла. Он шел с опущенной головой, ссутулившись, боясь взглянуть. Я не хочу видеть тебя, Рут. Ты обманула меня вчера ночью, обвинила меня. Он подумал, где может быть Эллен; вероятно, прячется в скалах, следит за ним, готовая побежать в дом и наврать с три короба. «Мистер Ингрэм даже и не пытался снять Рут, мама». В этот момент Фрэнк посмотрел наверх и не поверил своим глазам.

Сначала он подумал, что пришел не туда, но ведь на этой скале только один выступ, напоминающий поднятый палец. И он был там, как и несколько веков назад. Но на нем не было разбитого трупа!

Яркое небо ослепило его, ему пришлось прикрыть глаза дрожащей ладонью. Была только скала, больше ничего. Не было даже окровавленной тряпки, шевелящейся на ветру. Как будто тела девушки не было там никогда, как будто все утреннее событие было лишь дурным сном, и теперь он проснулся.

Нет, он знал, что все это было вполне реальным. Тогда она, должно быть, соскользнула и упала вниз на скалистый берег. Фрэнк облизал сухие губы. Мне следует поискать ее; Боже, но я не хочу ее найти!

Десять минут он осматривал берег, ходил взад и вперед прямо под тем местом, где всего лишь пару часов назад висело тело Рут. От него не было и следа, ни капли крови на скалах. И ведь прилива не было, который мог бы унести ее в море.

По его спине пробежали ледяные мурашки; он повернулся и понял, что не один. Кто-то наблюдал за ним. Наверно, Эллен — в скалах много укромных местечек. Черт бы побрал эту девчонку, ее следует выпороть — и если он до нее доберется... Но он понял, что тогда бы еще больше осложнил свое положение.

Ну, Рут определенно там не было, но он все же бросил еще один взгляд на берег, просто чтобы убедиться. Спрятаться тут можно было только в одном месте — в большой пещере. Он стоял там в неуверенности; если она не умерла, упав на выступ скалы, то она бы умерла, ударившись при падении о берег — это бесспорно. Но если произошло невозможное, и она осталась в живых после этих двух падений, тогда она могла уползти в пещеру. Раненая, почти без сознания, не понимая, куда она ползет — потому что никто в здравом уме не отправился бы туда.

Это было единственное место на острове, которое пугало его, пугало с самого первого дня, когда он переехал сюда и принялся исследовать свои новые фермерские владения. Его страх был примитивен, необъясним. Это была всего лишь темная дыра, ничего больше; опасна она только если не следить за наступлением прилива. Как сейчас.