Остров - Смит Гай Н. - Страница 26

Фрэнк почувствовал головную боль сразу же, как только начал просыпаться — в висках стучало, глаза резало, даже серый свет зимнего утра, проникший в спальню, был для него слишком ярок. Внезапно он все вспомнил, произошедшее вспыхнуло в его одурманенном и усталом мозгу. Он с трудом выбрался из постели, отдернул занавеси и в смятении уставился на непрозрачность стекла. С внешней стороны по нему стекали ручейки дождевой воды, а ветер пытался оторвать от него раму. Буря бушевала на море; он слышал, как вдалеке волны бились и пенились в Котле. И тогда он понял в самой глубине своего сознания, что почтовый паром сегодня не придет.

Джейк встал, потянулся и посмотрел на хозяина долгим, неодобрительным взглядом. Фрэнк приласкал пса, погладил дрожащими пальцами по голове: «Прости, Джейк. Но нам придется как-то избавиться от них. Давай, пошли вниз».

Пес начал упираться, зарычал, обнажив клыки.

— Послушай, не дури! Мы не можем сидеть здесь весь день. Кроме всего прочего, надо кое-какие дела по хозяйству сделать. Давай, пошли, это приказ!

Фрэнк спустился вниз, держась за перила. Джейк шел следом. Они еще не дошли до двери, когда в ноздри им ударил сильный запах. Жарится бекон; они слышали, как он шипит на сковороде.

— Доброе утро, Фрэнк. Хорошо спали? — Саманта была полностью одета, так же, как и трое других, и быстрый, почти испуганный взгляд Фрэнка рассеял его страх, что у нее опять расстегнута блузка. Рут жарила бекон, Джанет подрумянивала ломтики хлеба на огне, Дебби расставляла тарелки и раскладывала ножи и вилки на выскобленном сосновом столе. Эллен все еще лежала, завернувшись в одеяло, вероятно, спала. Что обозначает, подумал Фрэнк, что девка ленивая.

— Да, я спал хорошо, — солгал он, натянуто улыбнувшись. — А вы?

— Чудесно. Все спали чудесно.

— Хорошо, — он чувствовал себя неловко, смущенно, он не привык, чтобы ему готовили завтрак, он не знал, как себя вести. Помедлив, он сел за стол и заметил, что Джейк опять забился в дальний угол комнаты, глядя на него оттуда, уши его были прижаты к голове, хвост поджат. Ничто не изменилось со вчерашнего вечера.

— Как вам приготовить яйца? — Рут повернулась к нему от плиты, ее полные алые губы сложились в улыбку, зеленоватые глаза, которые, казалось, хотели спросить гораздо больше, неотрывно глядели на него, проникая в него, изучая.

— Я... да... — у Фрэнка слегка закружилась голова, он не знал, что ответить. — О... средне... я не придира. Все равно, какая разница.

Она повернулась к сковороде, и он не в силах был оторвать от нее взгляд, уставившись на ее упругие ягодицы и сильные бедра, обтянутые выгоревшими джинсами. С трудом он отвел глаза в сторону. Саманта пристально наблюдала за ним, неодобрительно наблюдала. Ревниво.

Он сглотнул, чувствуя свое невыгодное положение.

— Не очень хорошее утро, — он понимал, что должен что-то произнести, чтобы разрядить обстановку, созданную его собственным воображением. Град перешел в ливень, пригнанный ураганным атлантическим ветром.

— Нет. Шторм еще не кончился, — теперь Саманта не смотрела на него, она была занята тем, что накрывала на стол. — Боюсь, похоже на то, что почтовый паром все же не придет, — ее вздох был неестественным.

— Я позвоню на материк... — он осекся. Он совершенно забыл о том, что телефон не работал. От этого у него возникло чувство, будто он угодил в ловушку, его охватила паника. Это я здесь застрял, а не вы. — Может быть, если буря утихнет через час-два, паром все же придет. И раньше бывало, что они приходили позже к вечеру. На островах все решает погода, — он знал, что ветер не стихнет, что паром сегодня не придет, но он не собирался так легко сдаваться.

Он опять взглянул украдкой, на этот раз в сторону двери, и с облегчением увидел, что ружье все еще стоит там, где он его оставил прошлым вечером. У него сразу же возникло чувство надежды. И это было глупо, потому что он знал, что не сможет угрожать ружьем кучке женщин. В удобный момент он незаметно разрядит и спрячет его. — Завтрак готов, — Рут начала ставить на стол тарелки с беконом, яйцами и жареным хлебом. — Идите все к столу, пока не остыло. Эй, да Эллен все еще в постели. Проснись, Эллен. Завтракать!

Девочка пошевелилась, открыла глаза и осталась лежать, глядя, как от рассаживаются у стола.

— Я не хочу вставать, — сказала она сердито. — И я не хочу завтракать.

Саманта посмотрела на Рут, обменялась с ней тайным взглядом, сдерживая себя, потому что они были в этом доме гостями. Затем, пожав плечами, Саманта сказала: «Что же, как хочешь. Если проголодаешься до ленча, не приставай к нам, потому что нам тебе будет нечего дать».

— Откуда вы? — спросил Фрэнк, когда они приступили к завтраку.

Наступило короткое молчание. Три девушки смотрели на Саманту, словно хотели сказать: «Ну же, говори, тебе придется объяснить, ты у нас за главную».

— Из Мидлендза, — Саманта произнесла это неуверенно, глядя в тарелку. — Думаю, вы не знаете тех мест.

— Напротив, — он почувствовал, что поставил их в трудное положение, поймав на лжи, которую легко обнаружить. — Я сам родом с границы Уэльса, это совсем недалеко от западного Мидлендза. Чуть больше часа езды до Вулвергэмптона. А какая именно часть Мидлендза?

— Вулвергэмптон.

Напряженное молчание. Ты назвала это место только потому, что я упомянул его, подумал он. Держу пари, вы никогда там не были. Ни у одной из вас нет акцента тех мест; вообще ни следа какого-то местного выговора; произношение хорошее, как у девочек из частной школы-пансионата, дочерей богатых бизнесменов. Он решил не нажимать на них больше вопросами о родном городе — хотя бы некоторое время.

— Мы, естественно, заплатим вам за все то время, что пробудем здесь, — Саманта отодвинула свою пустую тарелку и потянулась за ломтиком тоста. Он чуть было не сказал: «Нет, что вы, вы же не виноваты», но вовремя прикусил язык. А какого черта остров Альвер должен превращаться в бесплатный лагерь для девочек-скаутов?

— Мы что-нибудь придумаем, — ответил он. — Это зависит от того, сколько вы пробудете. Не думаю, что долго, почтовый паром редко не приходит больше двух-трех дней.