Сказочные самоцветы Дагестана - Назаревич Ф. А. - Страница 34

Лягушке понравился голос Петуха, и она ответила:

– Ках-ках цимил химилай! Я согласна, милый Петух! Глупые жёны Петуха испугались новой жены хана и запрятались в огороде. Умная жена хана невзлюбила соперницу и однажды, когда Петух был на охоте, выклевала ей глаза.

Лягушка Кудах-Куд-Катун лишилась своей красоты, испугалась, что Петух ее разлюбит, и умерла от горя.

Хан Петух похоронил свою милую лягушку, отвернулся от своих жён и стал думать, где бы найти хитрецов, которые научили бы его, как их наказать.

А хитрецы в этот день уже появились в ауле. Это были плешивый Шибай-Рамазан, шелудивый Гажвар-Рабадан и сопливый Ханку-Баганд.

– Эй, Шибай-Рамазан, – сказал Ханку, – почему это над нами смеются люди? Неужели ты не можешь не растирать свою плешь?

– Моя плешь Аллаху не мешает, – ответил Шибай-Рамазан. – Ты лучше спроси, почему Гажвар-Рабадан вечно чешет свои руки?

– Я бы не чесал, – говорит Гажвар-Рабадан, – да как удержишься, если у Ханки-Баганда рука – то у одной ноздри, то у другой?

Слуги Петуха услыхали эти речи и посоветовали:

– А вы дайте друг другу зарок. Кто первый нарушит – с того штраф.

Трое хитрецов дали зарок и сидят, – даже пошевелиться боятся.

Тут из дома хана выбежала его глупая жена.

– Куда это она? – спросил Шибай-Рамазан.

– На мельницу молоть ячмень, – отвечают слуги Петуха.

– Разве у вас мельница, – обрадовался плешивый, – вот у моего отца была мельница, так мельница! Ее жернова крутились вот так, вот так…

И он завертел папахой по своей плеши и даже вздохнул от удовольствия.

– А ты думаешь мой отец хуже? – подхватил шелудивый. – Он, бывало, пойдет на мельницу и перед тем, как делать хинкал, как начнёт мыть руки, и так, и этак…

– А ведь вы оба врёте, – закричал сопливый. – И ты врёшь, и ты врёшь, – и он провёл по носу сперва одной рукой, потом другой. – Вот так: и ты врёшь, и ты врёшь…

Слуги Петуха рассмеялись и решили, что все три хитреца проиграли.

– Догоняйте жену хана, – сказали они, – покупайте у неё овёс и варите штрафную бузу!

Шибай-Рамазан побежал на мельницу самой короткой дорогой, прибежал и видит – ханская жена сидит над жерновом, сыплет в корытце зерно из мерки и приговаривает:

– Помелю ячмень, сварю бузу, – повеселю нашего милого Петуха.

Шибай-Рамазан прибавил воды в колоду, коник затряс корытце, жернова заскрипели:

– Зивки-зив… зивки-зив… Шматки ваши, зерно наше…

– Ах, это у меня шматки? – рассердилась жена хана. – Глупая ты, мельница, не дам тебе молоть, – пойду дальше!

Когда она ушла, Шибай-Рамазан собрал смолотый ячмень в свой хурджун и пошёл варить бузу.

Гажвар-Рабадан тем временем ждал у второй мельницы.

Видит – появляется у жернова жена хана, сыплет в корытце зерно, приговаривает:

– Помелю ячмень, сварю бузу, – повеселю нашего милого Петуха.

Гажвар-Рабадан прибавил воды, коник затряс корытце, жернова затарахтели:

– У соседа взяла… у соседа взяла…

– А хотя бы и у соседа, – отвечает жена хана, – твоё дело молоть, а не сплетничать!

Она рассердилась и, подхватив свою опустевшую мерку, пошла на третью мельницу.

Гажвар-Рабадан подобрал смолотый ячмень в свой хурджун и пошёл варить бузу.

Жена хана приходит с остатками ячменя на третью мельницу, а там уже ждёт Ханку-Баганд. Он ещё шире пустил на колесо воду, жернова зашумели, корытце затарахтело:

– Давай ещё!.. Давай ещё!..

– Ах, тебе и этого мало? – рассердилась глупая жена хана. – Бери тогда всё!

Она бросила в корытце остатки зерна и ушла.

Ханку-Баганд смолол ячмень, собрал в свой хурджун, пошёл варить пиво.

Пока пиво варилось, вторая жена хана подумала: «Пойду-ка я на базар, продам осла, куплю бузы, повеселю нашего милого Петуха».

Шибай-Рамазан, Гажвар-Рабадан и Ханку-Баганд увидели старого осла и решили посмеяться над глупой женой хана.

Шибай-Рамазан забежал вперёд, встретил жену хана и говорит:

– Продаёшь осла?

– Продаю.

– Что просишь?

– Кувшин бузы.

– Я бы тебе дал бузы, да у твоего осла уши длинные.

Глупая жена хана подумала: «Эта беда – ещё полбеды. Уши осла я могу продать и отдельно». Взяла, да и отрезала уши.

Тут навстречу Гажвар-Рабадан.

– Продаёшь осла?

– Продаю.

– Что просишь?

– Кувшин бузы.

– Я бы тебе дал бузы, да у твоего осла хвост длинный. Глупая жена хана подумала: «А ведь ослиный хвост можно продать и отдельно».

Взяла, да и отрезала хвост.

На базаре над глупой женой хана стали смеяться,– кому нужен осел без ушей и хвоста?

«Что ж, – подумала глупая жена хана, – придётся осла отдать бесплатно, а уши и хвост продать отдельно».

Ханку-Баганд подходит к глупой жене хана и спрашивает:

– Продаёшь осла?

– Нет, отдаю бесплатно.

– А что ж продаёшь?

– Уши и хвост осла.

Ханку-Баганд забрал осла, а от ушей и хвоста отказался.

– Двух длинных вещей, – говорит, – без третьей не бывает.

Пока глупая жена хана раздумывала, о чем говорит Ханку-Баганд, все люди на базаре развеселились и стали смеяться над глупой женой хана. Пришлось ей убираться с базара.

Хан Петух узнал, как опростоволосились его жены, обрадовался, позвал трёх хитрецов, говорит:

– Ваши хитрости, это ещё не хитрости, – ведь мои жёны – глупые. Сумейте перехитрить умную, – утащите у неё сундук с жемчужными зёрнами!

– Обожди до ночи, хан, – говорят хитрецы. – У нас мешок с хитростями дома остался.

К ночи хану Петуху стало жалко своих сокровищ, он побежал к жене-соседке и спрятался за окном возле сундука с жемчужными зёрнами.

Три хитреца пошли ночью на кладбище, вырыли труп лягушки Кудах-Куд-Катун и понесли к окну, за которым спрятался Петух.

– Где тут сокровища хана Петуха? – захрипел Шибай-Рамазан и просунул в окно руку Кудах-Куд-Катун.

– Там, где твоя рука, – ответил Петух и отрубил кинжалом руку Кудах-Куд-Катун.

Тогда Гажвар-Рабадан сунул в окно вторую руку Кудах-Куд-Катун и зашипел:

– Где тут сокровища хана Петуха?

– Там, где твоя рука, – ответил Петух и отрубил вторую руку Кудах-Куд-Катун.

Хан подумал, что он отрубил руки у двух хитрецов, и стал ждать третьего.

Ханку-Баганд потёр одну ноздрю правой рукой, другую левой, сунул в окно голову Кудах-Куд-Катун и засипел:

– Где тут сокровища хана Петуха?

– Там, где твоя голова, – обрадовался Петух и отрубил голову Кудах-Куд-Катун.

Три хитреца спрятались за дом, а хан Петух выглянул в окно, увидел свою лягушку и понял, что его перехитрили.

– Придётся, – говорит, – ещё раз хоронить мою милую Кудах-Куд-Катун.

– Тогда похороним с ней и сундук с жемчугом, – сказала жена-соседка, – там хитрецы его не найдут.

Хан Петух взвалил на спину Кудах-Куд-Катун, соседка – сундук и пошли на кладбище.

Шибай Рамазан забежал по дороге вперёд, уцепился рукой за сук на дереве и повис над дорогой.

– Гляди, – закричал хан Петух, – наконец-то одного из трёх разбойников повесили!

– Это хорошо, – отвечает жена-соседка, – теперь остались только двое.

Идут дальше, а над дорогой на дереве Гажвар-Рабадан. Ухватился за сук и висит.

– Смотри, – удивляется Петух, – и второго кто-то повесил.

– Это ещё лучше, – отвечает соседка, – с одним мы с тобой справимся.

Пришли на кладбище, смотрят, а на дереве – Ханку-Баганд.

– Вот удача, – обрадовался хан Петух, – и третий висит.

– Чего же нам тогда бояться, – говорит жена-соседка, – отнесём сундук домой.

Ханку-Баганд закачался на дереве и засипел:

– Отдайте сокровища хана Петуха!.. Оставьте сундук мертвецам!..

Хан Петух забыл о своей Кудах-Куд-Катун и бежать. Жена-соседка бросила сундук на землю – и за ним!

Гажвар-Рабадан спрыгнул с дерева и зашипел:

– Куда вы дели сокровища хана Петуха? Отдайте их мертвецам!

Хан Петух и жена-соседка ещё больше испугались и поползли на карачках.

У самого аула Шибай-Рамазан спрыгнул перед ними с дерева и захрипел: