Сказочные самоцветы Дагестана - Назаревич Ф. А. - Страница 32

– Слушаемся, эфенди! – поклонились брёвна.

Что человеку не под силу, то брёвнам – нипочём.

К утру рядом с дворцом падишаха вырос такой дворец, что во всём городе стало светло. Все жители, как проснулись, так и стояли перед дворцом целый день, разинув рты, а у падишаха даже голова закружилась. Он ведь привык на всё смотреть сверху вниз, а тут пришлось смотреть снизу вверх.

Не хотелось этого падишаху, а ничего не оставалось, как выдать свою дочь за Кечала. Семь дней и семь ночей в новом дворце был такой пир, что бурдюки вина и отары овец уменьшились сразу наполовину.

Дочь падишаха вынуждена была покориться простому Кечалу, а злая, завистливая жена падишаха, нашептывала ей:

– Узнай, откуда это у Кечала такое богатство и сила?

Когда дочь падишаха в первый раз спросила это ночью у своего мужа, он рассмеялся. Когда она спросила об этом в другую ночь, он ударил её пальцами по рту и вызвал кровь. А когда жена в третью ночь задала этот же вопрос, Кечал аж плюнул. Он спохватился, да было уже поздно, – дочь падишаха успела увидеть его слуг.

Когда утром хитрая жена падишаха услыхала об удивительных дубовых брёвнах, она сразу догадалась, в чём дело. Она еле-еле дождалась ночи, а как только Кечал уснул, сказала дочери:

– Скорей посмотри ему в рот!

Дочь вытащила кольцо, а жене падишаха так не терпелось испытать силу кольца, что она чуть не подавилась им. Она так неудачно пристроила его в своём рту, что и плеваться не могла, а только брызгалась. Потому, видно, и появились перед ней не три дубовых бревна, а всего только три дубовых веника.

– Приказывай, ханум, – поклонились они, – мы твои слуги.

Жена падишаха приказала поднять Кечала и сейчас же забросить его за семь морей и семь земель. Веники подхватили Кечала и понесли его спящего быстрее ветра. Но разве сделать веникам то, что могут сделать только дубовые кряжи, – они донесли Кечала всего за одно море, да и бросили там на песке.

Ну и поиздевалась потом жена падишаха над незадачливыми вениками, – принесите то, да отнесите это! – так она не пробовала командовать даже своим мужем!

У кого же нам узнать теперь, что случилось дальше с Кечалом?

Узнаем у его верных друзей – собаки и кошки.

Они чувствовали, что их хозяину угрожает опасность, но сделать ничего не могли, – хитрая жена падишаха заперла их в чулан.

На третью ночь голодная кошка увидела в углу чулана мышь и поймала её.

– Милая кошка, не убивай меня, я тебе расскажу, где находится твой хозяин.

Так собака и кошка узнали всё, что случилось с Кечалом, а у них узнаем и мы.

Кечал проснулся на берегу моря ещё до утра. Он лежал на сыром песке и никак не мог понять, что с ним произошло. Вспомнив о помощниках, он плюнул, но никто не появился. Тогда он догадался, что кольцо украдено, но сделать уже ничего не мог. Он пошёл по берегу моря, удивляясь, почему солнце вдруг стало всходить с другой стороны. Так он шёл, пока не встретил рыбаков.

С ними он и остался. А мы пока останемся с собакой и кошкой и их новой подружкой мышкой.

– Вы, мыши, – удивительно пролазный народ, – сказала собака. – Почему бы тебе, мышь, не опустить свой хвостик в рот жены падишаха и не вытащить кольцо?

– Хорошо, – сказала мышь, и когда жена падишаха уснула, она вытащила у неё изо рта кольцо и передала собаке.

Собака сейчас же побежала на берег моря и бросилась в воду. Кошка побоялась замочиться и уселась верхом на собаку. Мышка осталась дома.

Так плыли они день и ночь, а на другой день, когда взошло солнце, они были уже недалеко от берега.

Кошка, которой сверху было виднее, первая увидела хозяина и сказала собаке:

– Дай мне скорей кольцо! Ты такая ротозейка, – того и гляди уронишь его в воду.

Собака догадалась, что кошка хочет выслужиться перед хозяином, и зарычала. Тогда кошка вцепилась в собаку когтями, и собака выронила кольцо. Кошка не успела его подхватить, и оно пошло ко дну.

Хорошо ещё, что мимо плыла рыба и глотнула кольцо, приняв его за червяка.

Еще лучше, что рыба сейчас же попала в сети.

Это было уже у самого берега, и там стоял Кечал. Кошка первый раз в жизни не побоялась мокрого и бросилась в сети. Она схватила рыбу и понесла её хозяину. Кечал понимал своих животных без слов и сразу нашёл кольцо.

– Приказывай, эфенди, – появились из песка брёвна, как только он плюнул, – мы – твои слуги.

Кечал пожелал, чтобы он и его друзья очутились сейчас же во дворце, и не успел он ещё сказать об этом, как всё так и случилось.

Дочь падишаха удивилась, увидев его, а жену падишаха Кечал перестал пускать в свой дворец.

Так прошло ещё много дней. А потом случилось так, что испытать силу кольца захотелось дочери падишаха. Ночью она потихоньку вытащила у мужа кольцо, а когда появились слуги, она и приказать им толком ничего не сумела. Она хотела сказать, чтобы то, что умеет Кечал, сумела сделать она, а то, что она не умеет, чтобы и он не умел, а вместо этого сказала:

– Убери куда-нибудь Кечала, и пусть всё будет наоборот.

После этого она без конца стала забавляться: «Слуги, переставьте окно туда, где была дверь, а крышу туда, где была лестница». Такая началась кутерьма, что она и сама уже не смогла разобраться. Брёвнам надоело, и они перестали служить ей.

Кечал между тем проснулся и увидал, что он – в стране, где всё наоборот. Даже яблони в садах росли не из земли, а от верхушки. Кечал попробовал одно яблоко и, как только надкусил его, сразу перевернулся, – голова упёрлась в землю, а ноги задрались к небу. Как он ни пытался, а стать на ноги не удавалось.

Передвигаясь, как акробат, на руках, Кечал добрёл до другого сада и тут только почувствовал, что он голоден.

– Эх, будь, что будет! – сказал он и сбил ногой яблоко.

Только он надкусил его, как снова стал на ноги.

– Вот это яблоки, так яблоки! – обрадовался Кечал. Он сплёл две корзины, нагрузил их яблоками-перевертышами из обоих садов и стал искать путь домой.

Долго или недолго он шёл, но только попал наконец в родные края. А когда он очутился в них, он не пошёл во дворец, о котором все говорили, что там всё вверх дном, а вернулся, в свое селение к старой своей матушке и старался никому и на глаза не показываться.

Впрочем, он так изменился, что если бы кто и увидел его, все равно бы ее узнал.

Однажды мимо селения Кечала снова шёл караван падишаха. Кечал взял с собой корзину яблок-перевёртышей и сел у дороги. Жадная жена падишаха, как только увидела яблоки, так сейчас же их и купила.

Утром во дворце падишаха начался переполох, – все знатные женщины перевернулись вверх ногами и никак не могли стать по-человечески. Это было так неприлично, что падишах сейчас же разослал гонцов во все концы мира и обещал половину своих владений тому, кто поставит на ноги хотя бы его жену и дочь. Никто этого, конечно, сделать не смог. Тогда Кечал отправился во дворец и сказал:

– Великий падишах! И вы, визиры и советники! Если вы хотите увидеть ваших жен и дочерей в равном себе положении, съешьте по яблоку. – И он протянул им корзину.

Все набросились на яблоки и действительно увидели своих женщин в равном себе положении, но положение это было обратное тому, какое занимали все люди.

Во всём дворце падишаха поднялся такой вой, какого Кечал никогда ещё не слыхал. Кечала все узнали. Все, ковыляя на руках, бросились за ним, он поскорее отправился в женскую половину дворца, нашёл свою жену, тоже ходившую, как обезьяна, вверх ногами, и так тряхнул её за ноги, что кольцо выпало из её рта. Кечал подхватил его, и тут ему стало жаль всех этих людей, скулящих, как собаки. Он дал им по яблоку-перевёртышу из другой корзины, и они сразу стали на ноги.

Как только падишах почувствовал под ногами твёрдую землю, он сейчас же закричал своим слугам:

– Хватайте Кечала! Рубите ему голову! Если он сегодня перевернул всё вверх ногами во дворце, он завтра сделает это во всём падишахстве.

Жена падишаха поспешила прикрыть рот Кечала рукой, но он всё-таки успел плюнуть, и перед удивлённым падишахом и его людьми появились три огромных дубовых бревна.