Сказочные самоцветы Дагестана - Назаревич Ф. А. - Страница 22

Лезет старшина. «Ой, – кричит, – дышать невозможно!»

Эге, думает кадий, меня теперь не проведёшь. «Ну-ка, – говорит, – проталкивайте меня ногами впереди.

Только протолкнули, а ему кто-то чирк бритвой – и готово!

– Ой, ой! – орёт кадий. – Тащите назад! Спасите!

– Что там такое? – смеются старшина и купец. – Неужели у тебя и ноги тяжёлого воздуха не выносят?

– Никакого там тяжёлого воздуха нет, – стонет кадий. – Есть только лёгкий да острый нож… Ой, тащите меня скорей домой. Видно, угодно Аллаху, чтобы я был дважды крещён!

Так и унесли кадия.

А муж и жена, продали дарёные кольца и серьги, купили быков и корову, стали жить, трудиться да радоваться.

Молла Насретдин, его жена, соседи и Аллах

Шла ураза. Молла Насретдин, чтоб не сбиться со счёта дней поста, который длился целый месяц, стал бросать в пустой котёл каждый день по камешку. Дочь Моллы Насретдина заметила это и бросила в котёл целую груду камней.

Ураза кончалась, и люди заспорили, сколько же прошло дней поста.

– Не спорьте, – сказал Молла Насретдин. – Я сейчас подсчитаю в своём котле.

Камней оказалось столько, что Молла Насретдин растерялся. Он уменьшил их число втрое и сказал, что прошло сорок пять дней поста.

– Как же так, – удивились люди, – ведь в месяце Рамазане всего тридцать дней!

– Глупцы, – сказал Молла Насретдин, – я ведь вам и так посчитал по совести. Что бы вы сказали, если бы узнали, что сегодня идёт сто двадцатый день Рамазана?

Наступила ураза, а Молла Насретдин ещё не начал поститься. Сосед зашёл к нему в дом, застал его за чашкой с супом и удивился.

– Я ещё не видал луны, – сказал Молла Насретдин. – Значит, ураза ещё не наступила.

Чтобы избавиться от соседа, он взял свою чашку и вышел на балкон. Из-за дома взошла луна и отразилась в чашке.

– Что ты лезешь, куда не надо, как этот сосед, – рассердился Молла. – Неужели тебе мало места на небе?

У соседа Моллы Насретдина смыло ливнем полдвора, и Молле пришлось впустить соседского осла в свой хлев.

Жена Моллы Насретдина сказала:

– Как бы этот осёл не забрался в кормушку нашей коровы.

– Поможет Аллах, так осёл сдохнет, – ответил Молла Насретдин.

Случилось так, что ночью сдохла корова.

– Эй, Аллах! – рассердился Молла Насретдин. – Неужели ты так глуп, что не мог отличить осла от коровы?

У Моллы Насретдина заболела жена. Он пошёл за речку к её сестре, та дала ему горшок с супом. Молла Насретдин осторожно ступил на камень в речке и подумал: «Эх, не пролить бы суп. Помог бы Аллах, половину горшка не пожалел бы!»

Река осталась позади, и Молла Насретдин сказал: «При чём тут Аллах? Мне ведь никто не помогал».

Только сказал так, а из-за поворота выскочил козёл. Молла Насретдин упал и горшок разбился.

– Эх, ты, а ещё Аллах! – рассердился Молла Насретдин. – И шуток не понимаешь, и брыкаешься, как козёл!

Жена Моллы Насретдина сказала:

– Не продать ли нам корову – зима будет холодная?

– Кто тебе это сказал? – спросил Молла Насретдин.

– Муравьиные кучи, – ответила жена, – смотри, какие они высокие.

– Аллах с муравьями не советуется, – рассудил Молла Насретдин.

Зима действительно оказалась холодной, и корова Моллы отощала и сдохла.

– Странный человек этот Аллах, – сказал Молла Насретдин, – выходит, что для него слово муравья действительно дороже, чем брюхо нашей коровы.

В горах случились такие морозы, каких никто и не помнил. Шутники пришли к Молле Насретдину и говорят:

– Молла Насретдин, завтра будет конец света, – разжигай костёр, режь барана. Не пропадать же мясу!

– Сейчас, – сказал Молла Насретдин.

Шутники поскидывали шубы и папахи, вошли в дом, ждут угощения. Пересказали все хабары, а мяса нет. Вышли во двор, а котел пустой. Догадались они, что их перехитрили и кричат:

– Эй, Молла, а где же наши шубы?

– А зачем вам шубы, – отвечает Молла Иасретдин. – Завтра же конец света. Я их сжёг.

Молла Насретдин и архангел Азраил подружились и стали вместе ходить по людские души. Когда Азраил располагался у ног человека, Молла Насретдин садился у головы и брался лечить больного. Если Азраил садился у головы, Молла становился в ногах и читал алхам. И в том и в другом случае Молле хорошо платили.

Однажды Азраил явился к самому Молле Насретдииу и уселся у его головы. Молла Насретдин вскочил и повернулся ногами к Азраилу.

Так они пересаживались несколько раз, пока Азраил не сказал:

– Послушай, я ведь выполняю поручение Аллаха.

– Пойди к Аллаху и попроси его, чтоб он разрешил мне прочитать перед смертью три молитвы.

– Это можно, – сказал Азраил. – Читай свои молитвы.

Молла Насретдин начал читать первую молитву и читал до утра.

Азраил снова ушёл.

На другую ночь Молла Насретдин начал вторую молитву и снова читал до утра.

Азраил снова ушёл.

На третью ночь Молла Насретдин улегся спать без молитвы.

Азраил ждал, ждал и ушёл.

Так он, говорят, и до сих пор ходит к Молле Насретдину и не дождётся третьей молитвы.

К Молле Насретдину приехал гость из аула, в котором никто не знал, что такое табак. Молла Насретдин предложил ему семена самой крепкой махорки и стал расхваливать:

– Вот трава, так трава! В грудь войдёт, – вор в дом не войдет; в живот войдёт, – старость не придёт; в голову заберётся, – скука не доберётся!

Через десять лет Молла Насретдин встретил сына своего гостя.

– Ну как, хороша моя трава?

– Чтоб погибнуть твоей траве! – отвечает гость. – И скучать с ней некогда, – весь аул в небо дымит; и воры нас обходят, – весь аул даже ночью дымит; и старости теперь в ауле не видно, – все до седин умирают.

– Вот видишь, – обрадовался Молла Насретдин, – от какой ещё вещи можно получить сразу три пользы.

Молла Насретдин уговорил на базаре незнакомого чабана, чтобы тот дал ему в долг десять овец.

Молла Насретдин увёл овец, а над чабаном стали смеяться. Нашёл, мол, кому поверить в долг! Чабан кинулся во двор Моллы Насретдина и потребовал овец обратно. Одной овцы не хватило. Чабан говорит «девять», Молла Насретдин – «десять». Спорили, спорили, решили позвать кадия.

Кадий отобрал восемь свидетелей, разогнал по двору овец и велел, чтоб каждый поймал по одной овце. Молла Насретдин кинулся за овцой первым, за ним – свидетели. Для чабана десятой овцы не оказалось.

– Вот видишь, – сказал кадий Молле Насретдину, – ему овцы не хватило.

– Хватило бы, – ответил Молла Насретдин, – надо было только ловить первым, как я!

Молла Насретдин целый год напрашивался на обед к скупому соседу. Тот позвал, но налил в тарелки самый горячий суп, а жене сказал:

– Вечно у тебя всё холодное!

Молла Насретдин глотнул ложку супа и уставился в потолок.

– Ты о моих балках на потолке? – спрашивает сосед. – Хорошие балки, крепкие – по две мерки зерна платил!

На другой день Молла Насретдин позвал соседа на чай, налил в толстые чашки кипяток, а на жену накричал:

– Вечно у тебя так, – сахару много, а тепла мало! Сосед обрадовался сладкому чаю, глотнул и уставился в потолок.

– У меня балки тоже, ничего, – ухмыляется Молла Насретдин, – вот только дешевле стоят.

Однажды Молла Насретдин отправился на мельницу молоть пшеницу. Улучив момент, он пересыпал горсть зерна из чужого мешка в свой. Мельник заметил:

– Что ты делаешь, Молла? Как тебе не стыдно?

– Я же дурачок, – ответил Молла Насретдин.

– Если ты дурак, так почему ж не сыплешь из своего мешка в чужой?

– Если бы я так сделал, мне не пришлось бы говорить, что я – дурак. Всё и так было бы ясно.