Сказочные самоцветы Дагестана - Назаревич Ф. А. - Страница 14

На другой день они собрались продолжить путь. Только перешли гору, как вдруг засвистел ветер, нависли синие тучи, и с неба пошёл каменный дождь, точно целые горы обрушились. Оба хана испугались и укрылись под скалой.

Прошёл ещё день и, когда два хана спустились в ущелье, за которым жил хан, имевший сорок дочерей, завыл сильный ветер, сгустились чёрные тучи, и с неба полил дождь, в котором плавали шипящие змеи. Оба хана испугались и спрятались в пещере.

Наутро, когда они вышли из пещеры, дорогу им преградил огромный змей-аждаха.

– Это змей, который унёс мою Меседу, – прошептал хан, имевший сорок дочерей.

А змей сказал:

– Люди становятся сильней меня, и я отпущу твою Меседу, если вы поможете змеям вернуть их силу. Пришлите мне Сунуну, и пусть он научит моих сыновей всем умениям, которыми владеют люди. Кончит он эту службу, и я награжу его и отпущу.

Только он сказал это, как на дороге появился Сунуна:

– Предупреждал я тебя отец, а ты сделал по-своему. Придется мне теперь служить аждахе.

Оставим Сунуну в змеином царстве и посмотрим, что произошло дальше с его отцом.

Всходило солнце, заходил месяц, и два хана с невестами очутились, в конце концов, в краю, где жил хан, имевший сорок сыновей.

Но сыновья не стали ещё сильными воинами, не смогли вернуть ханство своему отцу, и им пришлось снова отправиться в лес, за горы, служить соседнему хану.

Сунуна между тем обучил сыновей аждахи всем умениям, которые знали люди, кроме одного – человеческой догадки. Аждаха не заметил этого и сказал:

– Ну, что ж, теперь ты и Меседу можете покинуть моё царство. А за твою службу иди и выбирай в моей казне всё, что тебе понравится.

Сунуна и Меседу очутились в кладовой царя змей. Каких только сокровищ здесь не было! Но пленников царя змей не ослепили эти сокровища. Меседу увидела за грудой золота и драгоценных камней старый клыч в войлочных ножнах и сказала:

– Неспроста аждаха держит этот клыч там, где хранятся богатства. Возьми его!

– Конечно, – ответил Сунуна. – Даже ржавый клинок лучше, чем блестящие безделушки, – им, по крайней мере, можно срубить гнилые сучки с дерева.

Когда аждаха узнал о выборе Сунуны, он рассердился:

– Бери хоть все мои богатства, только оставь клыч, – сказал он.

– На что мне твои богатства, – ответил Сунуна. – Ты же позволил мне самому выбрать то, что мне нравится.

Как ни крутился аждаха, но от слова не откажешься, – пришлось ему отдать клыч.

Сунуна и Меседу отправились в путь.

Всходило солнце, заходил месяц, и однажды Сунуна и Меседу увидели шерстодела, который плёл из шерсти верёвки, а потом натягивал их между двумя скалами и переходил по верёвкам как по мосту. Сунуна заметил, что верёвка перетерлась о камень, и вовремя подхватил её.

– Ты настоящий мастер ловкости, – сказал Сунуна.– Ты обладаешь таким уменьем, какого я не знаю. Как мне овладеть им?

– Этому умению учатся с детства, – ответил шерстодел. – Но ты спас меня, Сунуна, и я пойду с тобой, – может, когда-нибудь я смогу отблагодарить тебя.

Всходило солнце, заходил месяц, и однажды Сунуна, Меседу и шерстодел встретили кожедела, который был таким сильным, что охотился за аждахой и мял в чане шкуры его детей, чтобы пошить из них самые крепкие чарыки для пешеходов.

Когда кожедел оглянулся, аждаха высунул из чана одну из голов и хотел было проглотить его. Сунуна крикнул, и кожедел свернул аждахе голову.

– Ты настоящий мастер силы, – сказал Сунуна. – Ты обладаешь таким умением, какого мне никогда не знать. Я ведь самый слабый из сорока братьев.

– Со мной, Сунуна, ты будешь самым сильным. Ты спас меня, и я пойду с тобой, – может, когда-нибудь я отблагодарю тебя.

Всходило солнце, заходил месяц, и однажды, когда Сунуна и его друзья вошли во владения хана, бывшего cоcедом его отца, они увидели человека, который играл в кости с заморским чародеем. Человек так хитро метал кости, что какие фокусы и чародейства не устраивал его противник, а выиграть не мог. Тогда чародей превратил свою шапку в сороку и велел ей подкрасться к человеку сзади и подменить кости. Сунуна заметил это и отогнал сороку. Чародей проиграл.

– Ты тоже мастер, – сказал Сунуна человеку. – Ты хитродел. Ты обладаешь таким умением, какого я не знаю.

– Но ты помог мне, Сунуна, и я отблагодарю тебя.

Чародей между тем побежал к хану, бывшему самым заклятым врагом отца Сунуны, и сказал, что в его владениях появились опасные путники, которые затеяли погубить его ханство.

Хан приказал нукерам схватить Сунуну, Меседу и их трёх друзей, бросить их в глубокую яму и созвать ханский суд. Судьи сказали хану:

– Давай, хан, сперва испытаем – достаточно ли силен Сунуна, чтобы погубить твоё ханство?

Хан приказал созвать народ на горное пастбище и вывести против Сунуны самого дикого и сильного быка во всём ханстве.

– Эта работа – мне не работа, – сказал Сунуна. – Пусть с ней справится сперва мой друг кожедел.

Заморский чародей посоветовал хану:

– Смажь кожу быка маслом, чтобы кожедел не мог за неё ухватиться.

Меседу догадалась об этом, попросила у женщин муки и, когда начался бой, осыпала ею быка. Кожедел схватил быка за спину и сорвал с него шкуру. Судьи сказали:

– Если Сунуна так силен, то давай, хан, испытаем, достаточно ли он ловок, чтобы погубить твоё ханство?

Хан приказал, чтоб назавтра народ собрался в саду и чтобы там Сунуна взял полный рог вина, влез с ним на дерево и не пролил ни одной капли из рога.

– Эта работа – мне не работа, – сказал Сунуна. – Пусть с ней справится сперва мой друг шерстодел.

Заморский фокусник посоветовал хану:

– Разожги под деревом костёр из сырой соломы.

Меседу догадалась об этом и попросила у женщин чашку. Когда у шер-стодела от дыма закапали из глаз слёзы, она подставила чашку и собрала капли.

– Ага! – обрадовался хан. – Пролил вино!

Но Меседу дала людям попробовать капли из чашки и все узнали, что это не вино, а слёзы. Судьи сказали:

– Если Сунуна и силён, и ловок, то давай, хан, испытаем – достаточно ли он хитёр, чтобы погубить твоё ханство?

Хан приказал, чтобы назавтра народ собрался на площади и чтобы Суну-на умудрился достать самый красивый ковёр из ханского дворца. Дома хан сказал своим жёнам, чтобы ковёр никому не давали.

– Эта работа – мне не работа, – сказал Сунуна.

Но как с ней справиться, он и сам не знал.

Когда все люди собрались на площади, хитродел побежал в ханский дворец и закричал ханским женам:

– Пока хан возится с Сунуной, на ханскую гору спустился с неба пророк Аллаха. Давайте скорей коврик, чтоб пророк мог помолиться, и бегите скорей к нему!

Жены хана побоялись Аллаха, отдали хитроделу самый лучший ковёр, а сами побежали на гору смотреть на пророка.

Заморский фокусник между тем посоветовал хану:

– Прикажи принести кувшин с краской. Если даже твой ковёр очутится здесь, мы обольём его краской, и он уже не будет самым лучшим.

Меседу догадалась, попросила у женщин кувшин для воды и поставила его вместо кувшина с краской.

Когда на площади появился хитродел, слуги хана полили ковёр жидкостью из кувшина, но от воды ковёр засверкал на солнце ярче, чем прежде.

Судьи сказали хану:

– Видимо, сам Аллах помогает Сунуне. Придётся отпустить.

Но хан испугался, что Сунуна поможет отцу возвратить его ханство, и приказал нукерам отвезти Сунуну, Меседу и его друзей в глубокое ущелье, где жил аждаха.

Когда аждаха вышел из источника и нукеры в страхе поскакали обратно, Сунуна вспомнил о своём клыче, выхватил его из войлочных ножен и ударил змея.

Аждаха сейчас же развалился на две части.

Одна часть превратилась в собаку, другая – в свинью, и обе части погнались друг за другом.

Сунуна нашёл своих братьев-воинов и вместе с ними вернул отцу его ханство.

Сорок братьев женились на сорока сёстрах, а друзья Сунуны помогли ему овладеть всеми уменьями, какие только знали люди, и Сунуна стал сильнее всех своих братьев, потому что даже ханство можно потерять, но никогда не потеряешь то, что умеют делать твои руки и твоя голова.