Неподходящее место для леди - Смит Джоан - Страница 19

Вдруг вспомнилось, что офицер с Боу-Стрит упоминал жемчуг среди украденных вещей. Я поняла, что бусы не принадлежали тетушке Талассе, а были собственностью леди Прайор. Накануне вечером Шарки крутился у этого столика, он и спрятал жемчуг в вазе. Возможно, он не хотел оставлять драгоценность в своей квартире, предполагая, что полиция может его навестить. Продать же такую нитку было непросто, гораздо труднее, чем часы или перстень. Следующий вопрос невольно снова относился к мистеру Алджеру — знал ли он, что жемчуг у Шарки и тогда, значит, обманул меня, сказав, что Шарки не купил его, или же Шарки все же обманул Алджера?

Вскоре, путем логических рассуждений я нашла ответ. Алджер знал, что жемчуг в вазе, он хотел его достать, но я помешала: когда я вошла в салон, он как раз направлялся к столику. Так вот что его беспокоило — ваза, а вовсе не окно. Поэтому он и настаивал на «прогулке вдвоем». Он два или три раза напоминал, что мне нужно надеть шляпку. Пока я ходила бы за шляпкой, он успел бы достать жемчуг. Сомнений не было — он был помощником Шарки.

Жемчуг был крупным, нитка длинная. Он мог стоить раз в десять дороже часов и кольца. Поэтому они решили пожертвовать более дешевыми вещами, чтобы заставить меня молчать и позволить им оставаться в доме. Мистеру Алджеру это было очень важно, хотя я не понимала, почему.

Я отнесла жемчуг в свою спальню и спрятала там, понимая, что Шарки либо Алджер вернутся за ним. Но я тут же решила, что отправлю его леди Прайор с другими драгоценностями и натяну им обоим нос, чтобы неповадно было меня дурачить.

Мы с мисс Теккерей подкрепились чаем с бутербродами и остатками черствого пирога со сливами и уже поднимались из-за стола, когда пришел мистер Алджер. Он представил нам молодую девушку Мэри Фриман. Это была крепкая энергичная девица лет шестнадцати-семнадцати, с копной рыжих вьющихся волос, с широкой приветливой улыбкой. Она была небогато, но чисто одета, а в руках держала свежевыстиранный и тщательно отглаженный белый передник.

— Я обычно делаю уборку, мисс, но, если нужно, могу готовить что-нибудь не очень сложное, — пожарить цыпленка или яичницу с салом. Ма говорит, что может доставлять хлеб и сладости. Она здорово печет пироги.

— Я покажу, что нужно сделать, — сказала мисс Теккерей. — Можешь начать убирать со стола, Мэри. Сегодня я приготовлю обед сама, а ты вычистишь и отскребешь кухню.

— А как же насчет поездки в Сомерсет Хаус, мисс Теккерей? — поинтересовалась я.

— Совсем забыла. Вы поезжайте, Кейти. Я смогу посмотреть выставку в другое время. Не могу я находиться в доме с такой грязной кухней.

Алджер был явно доволен, я же сочла своим долгом воспротивиться такому обороту событий и предложила остаться и помочь мисс Теккерей. Она все же настояла, чтобы я поехала и мне пришлось позволить убедить себя. Я поняла, что моя компаньонка решила, что в лице мистера Алджера я нашла поклонника. Жаль, что предстояло разочаровать ее.

Мистер Алджер спросил:

— Вы видели сегодня профессора Вивальди, леди?

— Он рано ушел, — ответила я. — Наверное, отправился в Британский Музей — он пишет исследовательскую работу.

— Я хотел с ним проконсультироваться по поводу нескольких латинских изречений для речи лорда Долмана в Палате.

— Уверена, что лорд Долман хорошо знает латинский и может справиться сам, — удивилась я.

— Разумеется. Я просто не так выразился, имея в виду, что хотел попросить профессора Вивальди порекомендовать парочку хороших изречений. Долман понимает латынь, но, так же как и я, не всегда может подобрать удачную фразу. А без латыни речь в Палате не звучит.

Он пошел к себе переодеться, а я отыскала коробочку побольше, чтобы уместить все драгоценности леди Прайор и успела передать незаметно запечатанный и подписанный пакет Мулларду. Это давало гарантию, что леди Прайор получит свои драгоценности назад. Приятно было сознавать, что мне удалось перехитрить Алджера и Шарки, это придавало уверенности и смелости для предстоящего поединка.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Я надела новую соломенную шляпку, которую специально купила для весеннего сезона, и лучшую голубую накидку — не для того, чтобы произвести впечатление на мистера Алджера, а чтобы блеснуть среди изысканных дам на выставке.

— Вам очень идет, — сказал мистер Алджер, одобрительно оглядывая меня. Он помог мне взобраться в карету, но вдруг вспомнил что-то, извинился, что забыл взять носовой платок и вынужден вернуться на минуту в дом.

— Мистер Алджер, не оставляйте меня одну, я не справлюсь с лошадьми!

Ему было неловко поступать так с дамой, но я понимала, что раздосадованное выражение его лица объясняется не только невежливым поведением. Пока он колебался, я безошибочно определила, что его вынуждает вернуться.

— Если вам нужен жемчуг, — заметила я как бы невзначай, — то его больше нет в вазе.

Алджер бросил на меня такой свирепый взгляд, что я стала опасаться совместной поездки, но, подумав, решила, что средь бела дня мне ничто не угрожает.

Он вскочил на место возницы и натянул поводья, не проронив ни слова. Придя в себя, спросил:

— Так вы знали о жемчуге с самого начала?

— Нет, я его обнаружила только сегодня утром, после вашего ухода.

— Что вы с ним сделали?

— Отправила леди Прайор, мистер Алджер, вместе с часами и кольцом. И не думайте, что этот раз вам удастся легко отвертеться. Вы отлично знали, где жемчуг. Вы пытались убедить меня в своей невиновности, вернув две мелкие вещи, а по настоящему дорогую драгоценность продать. Сколько вам платит Шарки? Вы принимаете плату в виде шахмат ювелирной работы и хрустальных бокалов, или же Шарки работает на вас?

— Не городите чушь! — рявкнул он.

— Шарки действительно признался, что спрятал жемчуг в вазе, — сказал он. — Он бросил его туда прошлым вечером для надежности. Боу-Стрит время от времени наведывается на его квартиру. К тому времени, когда они пришли, кольцо было уже у меня. Я сам собирался вернуть его леди Прайор, я бы и жемчуг вернул. Я не хотел расстраивать вас сообщением, что это тоже спрятано в вашем доме.

— Правдоподобная история, можно поверить!

— Понимаю, это звучит неубедительно, но правда зачастую выглядит менее достоверно, чем вымысел. Если бы мне нужно было обмануть вас, я придумал бы что-нибудь более убедительное.

— Да, сочинять вы умеете.

— Я стараюсь переделать Шарки.

— Где же этот вор сейчас?

— Выполняет небольшое мое поручение.

— Так вы все-таки соучастник! Немедленно остановите карету!

— Абсолютно законное дело, — процедил он сквозь зубы.

— Ха! Ему это слово даже неизвестно, да и вам тоже. Что это за поручение и какое отношение Шарки имеет к политике?

— Эта работа никакого отношения к политике и не имеет. Дело касается лошади, которую я собираюсь купить. Шарки хорошо разбирается в лошадях. Он объезжает для меня лошадь — охотничью. Меня пригласили на охоту с компанией Долмана.

— Это вы дали Шарки деньги на выплату ренты? — спросила я, полностью не поверив его объяснениям, но и не то чтобы явно отвергнув их.

— Одолжил. Он всегда отдает, и не крадеными вещами, а наличными, — добавил он раздраженно. — Послушать вас, так меня можно принять за обычного карманника.

— О людях судят по их окружению, мистер Алджер.

— Тогда я вам не советую проводить со мной время, мисс Ирвинг. Лучше поостерегитесь.

— Я уже подумала об этом.

В действительности его гнев убедил меня лучше его слов и заигрываний в том, что он невиновен. Я даже поверила, что он хотел вернуть ожерелье миссис Прайор. Он, казалось, совсем не был расстроен, что я вернула жемчуг. Пока мы пререкались, лошади везли нас с приличной скоростью в респектабельную часть города. Какое-то время мы не разговаривали. Затем он повернулся и улыбнулся такой очаровательной улыбкой, что я почувствовала — моему женскому покою грозит опасность.