Запретная страсть - Смит Бобби - Страница 54

— Я подумал, что вы вернулись вместе.

— Так и предполагалось вначале, но мы потеряли друг друга в Мемфисе, — небрежно сказал Куп, не желая вдаваться в подробности относительно «Султанши».

— Ну, главное, что вы оба вернулись. — Затем, не в силах сдержать любопытство, мистер Лоури спросил: — Вы были ранены в бою?

Куп поморщился.

— Мы были в лагере для военнопленных в Андерсонвилле, и меня случайно ранил безмозглый охранник.

— А со мной произошел несчастный случай в Мемфисе, — с усмешкой добавил Прайс.

— Но вы в полном здравии, не так ли?

— Спустя некоторое время поправимся окончательно.

— Прекрасно. А вот и Чарлз с вашими счетами.

Молодой человек с беспокойно бегающими глазами положил перед ними книги счетов. Друзья занялись в первую очередь счетами компании. Затем, удовлетворившись увиденными цифрами, начали знакомиться со своими личными счетами. Мистер Лоури улыбался Прайсу, давая пояснения к цифрам в его книге.

— Ваша тетя Рейчел будет рада видеть вас.

— Моя тетя? Как ни странно, мистер Лоури, но я давно не разговариваю со своей тетей. Мы с ней не в лучших отношениях.

— О Боже. — Пожилой человек в очках побледнел. — Боюсь, вышло недоразумение.

— В чем дело? — поинтересовался Прайс, с любопытством глядя на банкира.

— На прошлой неделе она пришла ко мне по поводу ваших денег. У нее была телеграмма из армии, сообщающая, что вы, по всей вероятности, погибли. — Лоури взволнованно сглотнул.

— Ну и что?

— Я принял ее, так как она единственная ваша родственница.

— Неужели? — Прайс был не на шутку взволнован.

— Я решил, что вполне допустимо выдать ей деньги, принадлежащие вам, так как правительство прислало ей извещение о вашей смерти.

Глаза Прайса сузились.

— И что вы сделали?

— Я выдал ей деньги без вашего ведома.

— Сколько? — спросил Прайс ледяным тоном.

Мистер Лоури снял очки в тонкой оправе и стал беспокойно протирать их.

— Я выдал ей тысячу долларов.

— Тысячу долларов! — Прайс был взбешен.

— Она говорила о величайшей нужде, — принялся поспешно объяснять Лоури, тогда как Прайс встал и начал беспокойно ходить по комнате.

— Нужда, говорите? — резко произнес он. — Вряд ли ей известно истинное значение этого слова!

Прайс быстро взглянул на Купа, который пытался скрыть улыбку.

— По-твоему, это смешно?

— Считай, что ты предоставил женщине кредит. Она всегда стремилась улучшить свое финансовое положение.

— За мой счет. Она настоящий стервятник!

— Это единственная ссуда, которую она получила? — спросил Куп мистера Лоури, обескураженного их репликами.

— Да. Было только одно изъятие за последние четыре года. И это произошло с моего согласия на прошлой неделе.

Куп придвинулся поближе, чтобы взглянуть на цифры в счете Прайса.

— Прайс, подойди и посмотри сюда.

Прайс неохотно подошел и встал у стола. Быстро взглянув на итоговые цифры, он улыбнулся.

Мистер Лоури неуверенно заговорил:

— Я готов возместить убытки за свою ошибку, но может быть…

— В этом нет никакой необходимости, мистер Лоури, — сказал Прайс, смягчившись.

— Все не так уж плохо? — спросил Куп, улыбнувшись.

— При такой прибыли я переживу эту утрату. — Прайс повернулся к президенту банка. — Я хочу быть уверенным, что никто больше не будет иметь доступа к моим деньгам, за исключением меня и мистера Купера. И не важно, для каких целей. Особенно это касается Рейчел Кент и Алекса Кента.

— Хорошо. — Лоури сделал необходимые пометки, с облегчением вздохнув, когда стало ясно, что ему не надо возмещать деньги, отданные Рейчел Кент. — Могу я еще что-нибудь сделать для вас?

— Я хочу оформить чек.

— Хорошо. На какую сумму и на чье имя?

— Триста долларов на имя мисс Эллин Дуглас.

Как только мистер Лоури оставил их одних, Куп спросил:

— Зачем ты посылаешь ей чек?

— Как только Эллин расторгнет помолвку, семья вряд ли станет поддерживать ее, — пояснил Прайс. — Я хочу быть уверенным, что у нее будет достаточно денег, чтобы приехать сюда.

— Мы можем зайти на почту на обратном пути.

— Верно. Чем скорее она получит его, тем лучше.

Когда мистер Лоури принес им чек, они покинули банк, вполне удовлетворенные своими делами. Друзья по-прежнему были богатыми совладельцами процветающего бизнеса.

Забравшись в экипаж, Куп улыбнулся:

— Каково быть богатым?

— Пока не знаю, — ответил Прайс. — Кстати, напомни мне поблагодарить Тима Радклиффа, как только увидим его. Он проделал большую работу, управляя компанией, пока мы отсутствовали.

— Обязательно. Однако ты совсем не похож на человека, который только что обнаружил, что он очень богат. В чем дело?

— Я думаю о Рейчел.

— Что именно?

— Хочу избавиться от нее в Ричардсон-Хаусе, — решительно сказал Прайс.

Куп был несказанно поражен.

— Почему сейчас? После стольких лет?

— В Андерсонвилле я часто думал, что мне нужно в жизни в первую очередь. Теперь я знаю — Ричардсон-Хаус и Эллин. Я хочу иметь и то и другое.

— Как ты собираешься избавиться от Рейчел? Она живет там уже много лет — с тех пор, как умерли твои родители.

— С помощью денег. Если Рейчел действительно так нуждается в них, как говорил мистер Лоури, думаю, она клюнет на мое предложение.

— Что ж, друг, желаю удачи. Но учти, она очень жадная и норовистая женщина, так что будь осторожен.

— Не беспокойся. Я сделаю ей такое предложение, от которого она не сможет отказаться.

Хотя погода была великолепной, Эллин не замечала всей прелести утра. Она сидела в ветхом кресле-качалке на крыльце домика надсмотрщика, глядя невидящим взглядом вдаль. Эллин была в полном замешательстве, осмысливая то, что рассказала ей Дарнелл. Она полагала, что, придя сюда, легко разберется в своих чувствах, но оказалось наоборот — еще сложнее. Здесь все напоминало о Прайсе: о его ласках, его страсти и любви.

Эллин нахмурилась. Несомненно, Прайс любил ее… или по крайней мере умело имитировал любовь. Неужели он мог так быстро измениться? Если верить Дарнелл, то нет. Сегодня утром у нее наконец появилась возможность поговорить с ней, и та рассказала, что на самом деле произошло прошлой ночью. Но зачем матери понадобилось создавать впечатление, что она и Прайс — любовники? Почему она лгала? Внезапно все стало ясно, когда Эллин вспомнила, как мать Ненавидела янки и как стремилась порвать связь между ней и Прайсом. Констанс разыграла всю эту сценку, чтобы испортить их отношения, и весьма преуспела в этом. Эллин рассталась с Прайсом, и тот так и не узнал, как горячо она любит его.