Запретная страсть - Смит Бобби - Страница 14

— Неужели я пьяна?

— Нет еще. Просто расслабились.

— Это верно. — Она устроилась поудобнее и допила оставшееся в стакане виски.

— Так расскажите о себе.

— Рассказывать особенно нечего. Мне девятнадцать лет, нас трое детей, и я старшая из дочерей. Мой отец и брат погибли на войне. Здесь в Ривервуде остались моя мать, сестра Шарлотта и дедушка. Фрэнклин, его жена и дочь работают за жилье и питание. Это все, что я могу предложить им.

— Вы?

— Да… — ответила она, поставив стакан на пол. — Мама окончательно расклеилась, получив известие о смерти папы и Томми, дедушка часто отсутствует, поэтому все хозяйство на мне.

— Значит, имением управляете вы?

— Как умею. Впрочем, на питание нам хватает. — Она огорченно замолкла.

— Но это большое достижение, учитывая…

Она вспыхнула от гнева и недовольно фыркнула.

— Я обучалась управлять этой плантацией, и за последние три года мне удалось не допустить окончательного упадка нашего хозяйства! Хотя, откровенно говоря, мы очень обеднели! У нас совсем нет денег!

— Деньги так важны для вас? — осторожно спросил он.

— Для меня важно обеспечить семью едой, — резко ответила она. — Мы живем на рыбе и овощах, которые сами выращиваем. У нас нет никаких запасов и нет лошадей. Я не могу работать в поле, и, если бы даже у меня были деньги, сейчас невозможно кого-то нанять, — с горечью заключила Эллин.

— Я тоже был в таком положении, — признался он. — Однако надо верить в лучшее и надеяться на Бога. Порой кажется, что дела обстоят хуже некуда, а в действительности все не так уж плохо.

Эллин ничего не ответила и, казалось, немного успокоилась. Она устало запрокинула голову, оперевшись на матрас, и неожиданно коснулась его твердого мускулистого бедра. Прайс весь напрягся, а Эллин, по-видимому, ничего не заметила.

— Я много молилась, — сказала она, закрыв глаза. — Но вряд ли будет ответ.

— Ответ на наши молитвы порой скрыт, и его трудно распознать. — Прайс улыбнулся, вспомнив Аделу Купер, взявшую его на воспитание, когда он, будучи мальчишкой, остался сиротой.

Он замолчал после очередного удара грома. Мерцающее золотистое пламя камина во время бушующей грозы придавало комнате особый уют. Прайс был доволен, что Эллин не отстранилась от него. Он смотрел на темные волосы, разметавшиеся по его бедру, но лица ее не было видно.

— Эллин?

Она повернулась к нему, ее глаза светились в полутьме. Пораженный красотой девушки, Прайс смотрел на нее, затаив дыхание. Он вспомнил сладость недавнего поцелуя и то, как она прижималась к нему. Он задрожал, испытывая необычайное возбуждение, и почти поддался желанию привлечь ее к себе, однако невинный взгляд ее глаз остановил его. Злясь на себя за то, что изменил своему намерению прежде всего завоевать ее доверие, он попытался отвлечься и возобновить разговор.

— Можно еще виски? — отрывисто спросил он.

Если бы Прайс знал, о чем думала Эллин, то не винил бы так себя. Он даже не мог подозревать, что она жаждала оказаться в его объятиях, не заботясь о последствиях. Он казался ей самым привлекательным и чувственным мужчиной, какого она когда-либо встречала. Впервые в жизни ей хотелось любви и нежности. Хотелось забыть об ответственности за Ривервуд и опереться на кого-нибудь… например, на этого мужчину. Мужчину, которого она совершенно не знала всего сутки назад.

— Конечно, — ответила Эллин, удивленная неожиданной жесткостью в выражении его лица и в тоне.

Поднявшись, она наполнила оба стакана. Внезапная вспышка молнии осветила их убежище, и за ней последовал оглушительный раскат грома. Поставив стаканы на столик, Эллин подошла к окну и выглянула наружу, где завывал ветер и бушевал проливной дождь. Она отошла от окна.

— Погода ухудшилась?

— Да, — ответила она, возвращаясь к постели со стаканами. — После этой грозы будет повалено много деревьев, а река… — Эллин снова посмотрела через плечо на шумно трепещущие занавески.

— Знаете какие-нибудь рассказы о привидениях? — насмешливо спросил он, и она хихикнула.

— Да, но этой ночью я не хочу страшных историй.

— А что вы хотите? — поинтересовался Прайс, понизив голос.

Эллин растерялась, не зная, что ответить.

— Хм… — Она сделала глоток, чтобы выиграть время. — Мне хотелось бы услышать рассказ о вашей жизни. Я только что надоедала вам рассказом о себе. Теперь ваша очередь.

— Надоедать вам?

— Нет, — сказала она со смехом. — Рассказать мне о ваших сокровенных мыслях!

— О, — произнес он протяжно, улыбнувшись Эллин, когда она снова села на пол рядом с ним.

На этот раз, однако, она повернулась к нему лицом и оперлась рукой на матрас вблизи его бедра.

— Начинайте, я вся внимание, — подбодрила она его, весело улыбаясь.

— Мне трудно начать, — пробормотал он, не отрывая глаз от ее груди.

— В чем дело?

— Ничего, — ответил он, нахмурившись.

— Если не хотите говорить… я не настаиваю, — сказала она, удивляясь резкой смене его настроений.

— Нет, нет. Что вы хотели бы узнать? — Он улыбнулся, видя ее нерешительность.

— Все. — Глаза ее сверкнули. — Все ваши секреты.

— Понимаю! — Он засмеялся и дружески взял ее за руку.

Это неожиданное прикосновение вызвало трепет во всем ее теле. Эллин смотрела на его руку с тонкими длинными пальцами и была удивлена, почему от этого вполне невинного прикосновения у нее перехватило дыхание. Она подняла глаза, и когда их взгляды встретились, казалось, время остановилось. Эллин больше не могла противиться своему желанию. Она медленно приподнялась на коленях, и их губы слились в жгучем поцелуе. Сознание ее затуманилось, и по телу пробежала дрожь. Эллин не сдержала тихого стона. Прайс нежно прикоснулся здоровой рукой к ее щеке, затем медленно убрал руку и пристально посмотрел ей в глаза. Стараясь сдерживать необычайное возбуждение, он улыбнулся ей и разомкнул объятия.

— Думаю, вас мало интересует мое детство?

— Меня интересует все, что касается вас, — сказала она простодушно и втайне обрадовалась, когда он снова взял ее за руку.

— А меня интересуете вы, — ответил он.

— Вы уже все знаете обо мне, — промолвила она, сделав глоток виски.