Нежные узы - Смит Бобби - Страница 60

– Здравствуйте.

В позе Корделла было нечто угрожающее и опасное. Майкл неожиданно понял: ему известно все.

Клэй долго вглядывался в него, заставляя покрыться потом под пристальным взглядом.

– Уэбстер, – заговорил он, нарушая напряженную тишину, повисшую между ними, – если вы еще раз подойдете к моей жене, вы покойник!

Майкл побледнел от такой откровенной смертельной угрозы.

– Вы меня поняли? – настаивал Клэй.

Майкл кивнул, нервно сглотнув. Ему хотелось быть таким же смелым, чтобы соперничать с этим человеком, но он не таков. Может, он и влюблен до безумия в жену Корделла, но он не дурак.

– Ответьте мне, Уэбстер, вы меня поняли? Испуганный до потери голоса, молодой человек смог лишь выдавить хриплым испуганным шепотом:

– Да, сэр...

– Хорошо. Я рад, что мы друг друга поняли. Клэй плотоядно ухмыльнулся и отступил в сторону. Майкл почувствовал, что его всего трясет. Не сказав больше ни слова, он использовал представившуюся возможность и умчался со всех ног. Он не знал, куда направляется, да это и не имело значения. Хотелось лишь оказаться как можно дальше от Корделла.

Клэй посмотрел ему вслед, потом направился к Рейне. Он спокойно просчитывал следующий шаг. Об Уэбстере он позаботился, теперь пора усмирить Рейну. Он разрушил их план еще до того, как Рейна смогла бы заняться его осуществлением, и сможет разрушить любую ее следующую придумку.

Когда Клэй добрался до каюты, дверь была заперта. Он тихонько постучал и позвал:

– Рейна, это я, открой.

Он произнес это холодным и спокойным голосом. Таковым он считал и себя самого. Он гордился тем обстоятельством, что строго контролировал себя в течение нескольких последних дней. Его раздражало, что в ту ночь он пошел у нее на поводу. Клэй был полон решимости никогда больше не повторять этой ошибки. Ему известно, что она за женщина. Ее действия по отношению к Уэбстеру лишь укрепили его подозрения.

Рейна не ожидала, что он так скоро вернется, поэтому была недовольна, услышав его голос за дверью. Она надеялась, что у нее будет время продумать свой план до конца. И все же, несмотря на раздражение, она пребывала в очень хорошем настроении. Направляясь к двери, она верила, что на следующий день избавится от Клэя навсегда.

– Спасибо, дорогая, – протяжно произнес Клэй, входя в каюту и плотно прикрывая за собой дверь.

– Я не твоя дорогая! – огрызнулась она.

Теперь они находились в каюте. Не было никакой необходимости во всех тех улыбках, на которых он настаивал на публике.

– Так, так, так, – медленно проговорил он. – Разумеется, я рад тому, что перемена в тебе длилась недолго.

В его тоне было нечто настораживающее, Рейна взглянула на него с любопытством:

– Какая перемена?

– А как же! Заплаканная беззащитная женщина, только что изливавшая душу Уэбстеру.

Клэй нанес ей сильный удар, узнав о ее планах.

– Ты слушал... – прошептала она, испуганная тем, что оказалась разоблачена.

– Все, моя дорогая! Вам не стоит больше рассчитывать на его помощь. Я кое-что ему разъяснил.

– Ах ты!.. – В глазах Рейны сверкнула ярость, она угрожающе шагнула к нему.

Майкл был ее надеждой, союзником, а теперь...

– Это больше похоже на правду! – саркастично рассмеялся он, глядя на нее.

Клэй наблюдал, как от негодования у нее вздымается грудь, как горят ее щеки, свидетельствуя о злости. Он вспомнил другой раз, когда она задыхалась, и его охватило желание.

– Знаешь, ты и правда законченная актриса, Рейна. Может, ты и могла с легкостью провести мальчишку, но меня никогда не одурачить слабой женщине. Я тебя знаю получше.

– Ты меня не знаешь, Клэй Корделл. Ты ничего обо мне не знаешь!

Ее гнев был очевиден.

– Я знаю все, что мне нужно. В тебе нет ничего беспомощного или хрупкого. Ты избалованная, обманчивая маленькая...

Рейна решила, что с нее хватит, и дала выход ярости. Клэй не успел даже договорить, как она ударила его изо всех сил. Затрещина была такой силы, что звук раскатился по всей комнате.

Ее поведение повергло Клэя в шок. Он отреагировал мгновенно, инстинктивно схватив ее за руки, сбив с ног и притянув к себе. Клэй смотрел на нее глазами, темными от обуревавших его эмоций. Одной рукой он держал ее, другой схватил за подбородок и заставил взглянуть на себя. Рейна пыталась освободиться, но его пальцы больно впились в ее тело, не давая шевельнуться.

– Я предупреждал, чтобы ты не доводила меня, Рейна, – медленно проговорил он, чтобы угроза стала понятной. – Я не дурак, как Уэбстер.

– Майкл не дурак! Майкл...

Клэй притянул ее еще ближе.

– Майкл – идиот. Он не смог бы удержать такую женщину, как ты, а я смогу... я это сделаю.

Рейна смотрела на него с мятежным выражением лица. Она признала свое поражение. Внутри у нее копилось раздражение. Неужели она не сможет перехитрить этого мужчину? Неужели не сумеет от него сбежать?

Глаза жгли слезы ярости. Она снова попыталась вырваться, но Клэй отказался отпустить ее.

Клэй раз и навсегда хотел доказать ей, что он не тот, с кем можно вести себя легкомысленно. Он наклонялся к ней, желая поцеловать ее, доказать серьезность своих слов, но вдруг увидел, что ее глаза застилают слезы. Его снова охватили эмоции, каких он никогда не испытывал. Он уже не держал ее как заключенную, а баюкал и прижимал к себе, больше не сдавливал ей подбородок. Клэй нагнулся к Рейне. Неистовое желание вдруг охватило его с силой бешеного ливня.

Рейна смотрела, как его глаза темнеют от страсти. Когда Клэй наклонился к ней, она задрожала, а сердце ее заныло. Несмотря на то, что она испытывала ненависть к этому мужчине, она ждала и хотела его поцелуев. Лишь один краткий миг Рейна сопротивлялась, но его губы встретились с ее губами, и стало слишком поздно.

Клэй дико впивался своими губами в Рейну, пробуждая в ней огонь желания. Еще несколько мгновений назад она боролась с ним, но уступила, поднявшись и обняв его за шею. Рейна притягивала его ближе, еще ближе. Он застонал, когда она вплотную прижалась к нему.

Скользнув руками по спине и бедрам Рейны, он крепко притиснул ее к тому месту, где полыхал жар его желания. Она выдохнула от острого ощущения, инстинктивно двигая бедрами в естественном ритме.

Когда Клэй поднял ее и положил на кровать, Рейна не произнесла ни слова протеста. Она растворилась в огненном сплетении его объятий, захваченная жаркой силой того, что существовало между ними. Для таких чувств еще не было названия. Страсть, любовь и ненависть здесь слились воедино, чему они не могли противостоять.

К такому взрыву эмоций привело давно отрицаемое желание. Рейна вдруг забыла, что ей необходимо бежать. Существовали только мужчина и женщина, слившиеся в экстазе. Они жили в безобразном мире, наполненном полуправдой и неискренностью.

Они быстро скинули одежду, когда страсть потребовала полного удовлетворения. Обнаженная плоть рядом с обнаженной плотью. Они слились воедино. Твердое мужское естество доминировало, но, покоряя, оно было окружено мягкостью женского начала. Женщина отдавалась полностью, но, отдаваясь, претендовала надушу мужчины.

Этот союз был рожден вулканической страстью, излившейся горячей красной лавой и превратившейся в поток любви. Желания обоих излились, связав их жаром обладания. Удовлетворенные как никогда, они бездумно парили в горячем затишье после бури.

Рейна первая осознала серьезность произошедшего. Ею овладел стыд.

Он хвастал, что может с ней совладать, и совладал. Ее разозлило то, что она сама же облегчила ему работу. Испытывая желание покинуть его, она высвободилась из его объятий.

– Рейна...

Клэй заметил в ее глазах враждебность и постарался не выказать никаких собственных эмоций.

– Ты доказал, что держишь слово.

Ее голос стал резким от злости, когда она выбралась из постели, прикрываясь покрывалом.

– Рейна... я...

Он чуть было не сказал, что это не сражение, а что-то другое, чего он не понял, но она не дала ему возможности договорить.