Лестное предложение - Смит Бобби - Страница 19

Возвращение в форт длилось целую вечность, так казалось Морин. Чарлз совсем ослабел, и О'Тулу приходилось поддерживать его в седле. Мужчины все время были начеку, беспокойно озираясь по сторонам, каждую минуту ожидая краснокожих. А Морин то и дело оглядывалась, надеясь увидеть Шери или Бренда.

Но вокруг стояла зловещая тишина. С каждой милей беспокойство Морин все росло.

— Мне кажется, я предаю ее… — Лицо Морин исказилось гримасой боли.

О'Тул видел ее отчаяние. Хотелось бы ему успокоить ее, пообещать, что все будет хорошо. Но до тех пор пока они не будут в безопасности за стенами форта, ни в чем нельзя быть уверенным.

— Как только окажемся в Макдауэлле, тут же пошлю солдат на поиски, — шепнул ей сержант.

— Я сам поеду с ними, — откликнулся Филип.

Конечно, тревога ее не улеглась, но Морин сейчас была благодарна за любую помощь.

— Уже темнеет. Что, если она нуждается в помощи? Может, что-то случилось с Брендом и Шери осталась одна? — Морин затравленным взглядом обвела безжизненную прерию, по которой скакал их маленький отряд.

— Даже если бы нам сейчас и не грозила никакая опасность, было бы бесполезно разыскивать их на ночь глядя. У Морин вырвался сдавленный вздох.

— Знаю. Вы правы. Именно поэтому я и чувствую себя такой, беспомощной.

— Бренд позаботится о ней, — вмешался Чарлз. — Ведь, в конце концов, он ее герой!

Морин невольно улыбнулась. Если уж Чарлз, несмотря на терзающую его боль, находит в себе силы шутить, то все обойдется. Морин замолчала, молясь в душе, чтобы они скорее оказались в форте. Но прошло еще несколько часов, прежде чем они достигли Макдауэлла.

Филип поскакал вперед, чтобы предупредить об их возвращении. Когда они подъехали, он уже ждал их в окружении своих солдат. Солдаты осторожно сняли Чарлза с лошади и перенесли в лазарет, к доктору.

— Теперь он в надежных руках, — уверенно произнес Филип, помогая Морин спешиться.

— Надеюсь. — Она покачнулась: после стольких часов в седле ноги не держали ее.

Заметив это, Филип поддержал девушку:

— С вами все в порядке?

— Обо мне не волнуйтесь. Идите и делайте свое дело. А я позабочусь о Чарлзе и буду молиться о моей кузине и Бренде.

— Мы очень скоро отправимся на их поиски. Я уже отдал приказ. Вы позволите проводить вас?

— Спасибо, но я лучше побуду с Чарлзом. Хочу посмотреть, как он там.

— Если хотите, я распоряжусь, чтобы кто-нибудь из моих людей сделал это за вас, — предложил он, пытаясь отговорить Морин.

— Нет. Это ведь все случилось по моей вине. Он ввязался в это дело только лишь для того, чтобы помочь нам.

— В лазарете есть маленькая приемная. Думаю, доктор Олдридж не станет возражать, если вы побудете там.

Она кивнула и последовала за О'Тулом. Морин сама не понимала, что с ней происходит. Противоречивые чувства раздирали ее — жалость к раненому Чарлзу смешивалась со жгучей тревогой за кузину. Впереди ждала долгая ночь.

А в это время Шери не сводила глаз с застывшей фигуры Бренда у входа в пещеру. Мягкий лунный свет заливал серебристым сиянием его высокую, мощную фигуру, широкие плечи, и она поежилась, вспомнив себя в могучих объятиях метиса. Непонятное чувство охватило ее. В тот короткий момент, когда губы их слились, жгучее чувство близости огнем опалило ее существо. А теперь… Шери не знала, что и думать. Он избегал даже смотреть в ее сторону, и от этого она чувствовала неловкость, странное смущение и… гнев.

— Я могу чем-нибудь помочь? — наконец не выдержала Шери. — Может быть, сменить вас?

— Нет. Оставайтесь, где сидите! Там вы в безопасности, — буркнул Бренд. Меньше всего ему хотелось бы, чтобы Шери сейчас оказалась рядом с ним. Резкость его тона повергла Шери в уныние. За всю жизнь она целовалась всего несколько раз, но те поцелуи как-то стерлись в памяти. Поцелуй Бренда, его объятия… Она, казалось, ждала их всю свою жизнь. Такой мир открылся для девушки, а он ушел… Шери не знала, плакать или стукнуть его хорошенько. Похоже, она для него ничего не значила. И поэтому романистка стоически сидела в темноте, мрачно размышляя, как же ее угораздило попасть в такую историю, и тоскливо гадала, суждено ли им дожить до рассвета.

А Бренд вглядывался в темноту, стараясь сосредоточиться на опасности, которая грозила со всех сторон. Он старался делать вид, что не замечает притихшей девушки. Теперь он уже жалел, что дал себе волю. Не надо было этого делать. По правде говоря, вначале он намеревался просто попугать ее. Но стоило только коснуться губами ее губ, и поцелуй всколыхнул в нем давным-давно похороненные чувства, и сейчас он сам испугался их силе.

Как здорово было бы доставить Шери в форт и сегодня же избавиться от нее! Да, чем быстрее, тем лучше! Пусть уезжает, пусть пишет свой проклятый роман, а его оставит в покое! Одиночество! Он привык к одиночеству. Как замечательно — не тревожиться ни о ком, кроме себя самого.

Он покосился в ее сторону, и задремавшее было желание острыми когтями царапнуло душу. Опасность грозила со всех сторон, и только он мог защитить ее. Когда-то ему не удалось спасти Бекки. Но теперь нельзя позволить ужасу повториться.

Бренд с тоской вспомнил, что уже успел дважды совершить оплошность: когда пропустил след апачи и позже — когда потерял голову и поцеловал Шери. С него довольно. Больше такого не случится.

Шери с опаской покосилась на револьвер, лежащий возле нее на земле, и зябко поежилась. Один его вид напомнил ей, что все это не сон, не страница из романа, которую писательница может порвать в любой момент. Ее авантюра оказалась опасной, и некого винить, кроме себя.

Со вздохом она откинулась назад, стараясь устроиться поудобнее. Поскольку Бренд недвусмысленно дал ей понять, чтобы она не путалась под ногами, что ж, тем лучше. Она поспит, а утром проснется свежей, полной сил, чтобы помочь ему — если он позволит помочь. Собственная беспомощность бесила Шери. Она не хотела держаться в стороне. Привыкнув распоряжаться собой и собственной жизнью, Шери злилась, потому что как раз сейчас именно этого и не требовалось.

Она с досадой вытянулась на жестком полу пещеры и заворочалась на мелких камнях. Придвинув поближе револьвер Бренда и сумочку с блокнотом, Шери закрыла глаза.

Доктор занимался раненым Чарлзом, поэтому время текло бесконечно. Морин терпеливо ждала. Лишь однажды ей удалось перехватить мрачный взгляд доктора, и девушка переполошилась, решив, что рана Чарлза куда опаснее, чем ей казалось. Конечно, она видела, сколько он потерял крови, но ей и в голову не приходило, что это угрожает его жизни. И теперь страх и отчаяние терзали ее сердце.

— Как он? — Голос О'Тула пробудил ее от мрачных мыслей. Он незаметно вошел в приемную и сейчас с тревогой смотрел на нее.

— Пока не знаю. Доктор еще не выходил, — едва слышно отозвалась Морин, с опаской покосившись на дверь, за которой был Чарлз.

— Кажется, мы привезли его вовремя, По правде говоря, я не думаю, чтобы рана была так уж серьезна, но мало ли что…

— Надеюсь, с ним все будет хорошо… — Глубокое уныние внезапно охватило Морин. Все с самого начала пошло совсем не так, как она думала. Их авантюра грозила превратиться в трагедию. Если Чарлз умрет… Мурашки поползли у нее по спине. Морин была нестерпима сама мысль о том, что она может потерять его.

— Я пришел сказать, что наши люди готовы ехать. Мы тронемся в путь, едва рассветет. — О'Тул пытался унять свой рокочущий бас.

— Спасибо вам.

— Успокойтесь, мы сделаем все, что в наших силах.

— Я надеюсь. — Морин слабо улыбнулась.

Шери наверняка в восторге. Еще бы, такое приключение! Настоящая находка для ее романа. Вы только представьте: чуть не попасть в лапы краснокожих, ускользнуть только благодаря своему герою — что может быть интереснее! И сейчас кавалерия форта мчится ей на выручку! Морин взмолилась, чтобы эта история кончилась хорошо.