Леди-обманщица - Смит Бобби - Страница 47

— Нет, я же вижу, что она для тебя что-то значила, — не отступала певица. — Почему бы тебе не рассказать мне о ней?

Люк взял бутылку и отпил из нее. Он хотел поставить ее на стол, но Коди взяла бутылку и сделала глоток. Обычно спиртное ей не нравилось, но сегодня виски показалось ей приятным на вкус.

Стульев в комнате не было, и они присели на край кровати.

— Что ты хочешь знать о проповеднице? — спросил он.

Глядя на Армиту, он вдруг заметил, что у нее есть какое-то сходство с сестрой Мэри. Конечно, у них не было ничего общего, за исключением зеленых глаз. Более того, они отличались друг от друга, как ночь ото дня. Сестра Мэри являлась олицетворением чистоты и невинности, певица Армита была, без сомнения, большой проказницей. Работая в салуне, она и должна быть такой. У сестры Мэри светлые волосы, а у Армиты — черные, как смоль. Сестра Мэри одевалась, как слуга Господа, не интересуясь мирской жизнью. Армита же одевалась так, чтобы подчеркнуть свои достоинства и вызвать восхищенные взгляды мужчин.

— Так кто же она такая? — прервала певица его размышления. — Где ты ее встретил?

— В одном маленьком городке, — ответил он. — Она — странствующая проповедница, и ее цель — спасение человеческих душ для вечной жизни.

— А твою она спасла? — строго посмотрела она ему в глаза.

— Мою душу уже не спасти, Армита, — усмехнулся он. — Она чернее дегтя. Особенно теперь.

Он снова вспомнил об убитых охранниках и снова приложился к бутылке с виски. Затем передал бутылку певице.

— Сестра Мэри — чистая, нежная душа, — продолжал он. — В ней есть все, чем должна обладать настоящая женщина. Я не заслуживал ее и рад, что теперь она далеко от меня… Мне еще предстоит одно дело.

Слушая, как он описывал ее в образе сестры Мэри, она вновь захотела приложиться к бутылке. Она уже довольно смутно представляла, сколько глотков сделала, но все еще твердила мысленно, что держит ситуацию под контролем.

Одна его фраза озадачила ее, и Коди решила уточнить.

— Ты сказал, что у тебя есть еще одно дело. Ты называешь делом то, что носишься вместе с Дьяволом?

Лицо Мейджорса потемнело.

— То, что я ношусь с ними, я называю адом, — ответил он.

«Если Мейджорс действительно такой плохой, каким его представили мне, почему он так переживает? — мысленно задала она себе вопрос. — Действительно ли он совершил все те преступления, которые ему приписывают?»

Все еще не в силах разобраться в характере и поступках этого необычного мужчины и, вместе с тем, видя его страдания, Коди вдруг решила уменьшить его душевные мучения. Мысли о Гордом Призраке, который в эти минуты с нетерпением ждал ее сигнала, отступили На второй план как не имеющие значения. Самым главным сейчас было снова обнять и поцеловать Люка. И она бросилась в его объятия. После продолжительного поцелуя она слегка отклонилась, чтобы что-то сказать, но он жестом остановил ее.

— Мы уже достаточно наговорились, Армита, — напомнил он.

— Ты сказал, что твоя жизнь — самый настоящий ад, — произнесла она. — Позволь мне показать тебе хотя бы частицу рая.

Расхрабрившаяся от выпитого виски Коди говорила это совершенно серьезно.

Глава 17

Она обхватила ладонями лицо Люка и поцеловала его в губы. Он стиснул ее в объятиях. И в это мгновение вся ее логика и здравый смысл улетучились, словно утренний туман в лучах восходящего солнца.

Она хотела, чтобы это произошло. Она очень хотела его.

С каждым последующим поцелуем, с каждым новым прикосновением огонь их желания разгорался все ярче и ярче. Охваченные бурной, всепоглощающей страстью они стали срывать друг с друга одежды.

Как только Люк снял свою рубашку, Коди с жадностью прильнула к его груди. С той последней ночи в каньоне и до этого момента ей так и не удалось стереть в своей памяти образ его обнаженной мускулистой груди. Только теперь она поняла, как сильно хотелось ей провести ладонью по его бугристым мышцам. Он стал для нее олицетворением мужской красоты, к которой она испытывала глубокое влечение.

Коди провела ладонью по его торсу, и он задрожал от ее прикосновения. Осознание того, что она способна вызвать у него столь сильные чувства, еще больше взволновало и возбудило девушку.

Она не сопротивлялась, когда Люк спустил с ее плеч платье и обнажил грудь.

— Ты прекрасна, — пробормотал он, покрывая поцелуями ее нежное девичье тело.

Она испытала чувства и ощущения, о которых не подозревала, и это разбудило в ней женщину. Он ласкал ее страстно и умело, и она окончательно потеряла голову. Когда Люк стал снимать с нее оставшуюся одежду, она с готовностью и радостью помогала ему делать это.

Полностью обнаженная, она легла на кровать и закрыла глаза. Сбросив одежду, Люк оказался рядом с ней, и она упивалась близостью его разгоряченного тела. От него исходил дурманящий жар желания, и она раскрылась навстречу ему, как . цветок раскрывается навстречу солнечным лучам…

Люк и не подозревал, что она девственница, и вел себя так, как ведет себя опытный мужчина с женщиной, искушенной в делах любви. Когда он принял дар ее любви и глубоко проник в нее, он по-настоящему оценил, каким сокровищем только что овладел. И он замер. Открытие ошеломило его до такой степени, что он приподнялся и посмотрел на Армиту. Она лежала с закрытыми глазами, и по ее щекам текли слезы, оставляя после себя хрустальные дорожки.

— Армита! — тихонько позвал он.

Из-за того, что она плакала, он чувствовал себя ужасно. Ему хотелось доставить ей наслаждение, но вместо этого он, судя по всему, причинил ей боль.

— Все хорошо, — произнесла она, открыв глаза и улыбнувшись. — Все хорошо.

Она обвила руками его шею, привлекла к себе и поцеловала.

— Но…

— Я хочу тебя, Люк.

И тогда он прильнул к ней, осыпая ее страстными поцелуями, и они закружились в вихре любовных ласк и неудержимого желания слиться воедино. Как случилось, что певица из салуна оказалась девственницей? Это его поразило. Но в данный момент он не стал ломать себе голову над этим вопросом. Они желали друг друга в равной степени страстно, и это сейчас было для них самое главное.

Объединенные силой неукротимой страсти, они слились в единое целое. Сладостная дрожь охватила их тела, и небо опрокинулось на землю, и яркие звезды рассыпались вокруг…

— Прости, если причинил тебе боль, — произнес Люк, все еще не выпуская ее из своих объятий. — Я не знал…

— Люк… — только и сказала она.

Ее переполняли неизъяснимые чувства, поэтому она просто улыбнулась и нежно поцеловала его. Она этого хотела — стать с ним единым целым.

Потом она закрыла глаза и удобно устроилась у него на плече.

Люк с нежностью смотрел на нее и наслаждался близостью ее молодого крепкого и упругого тела. Только общение с сестрой Мэри напомнило ему о том, что в мире еще есть невинность и доброта. Теперь же по какой-то прихоти судьбы певица Армита подарила ему себя и свою любовь. Он тихо лежал, наслаждаясь блаженством счастливого мгновения.

Спустя некоторое время Люк потихоньку встал с кровати. Армита крепко спала, она даже не пошевелилась. Ему не хотелось покидать ее вот так, тайком, но что он мог поделать? Банда выезжала на рассвете куда-то для встречи с покупателями оружия, и Люк обязан был в этой поездке участвовать. Может быть, оставить ей записку? Сначала он так и хотел сделать, но потом решил, что скоро вернется и все объяснит. Одевшись, он нежно поцеловал ее в губы и вышел.

Коди проснулась оттого, что солнечный луч коснулся ее лица. От яркого света она закрыла глаза и так лежала некоторое время, недоумевая, почему это у нее от боли раскалывается голова. Потом она слегка пошевелилась, потянулась и вдруг поняла, что лежит обнаженная. Перед ее мысленным взором вдруг ярко предстала картина минувшей ночи.

— Люк! — позвала она.

Тишина.

Коди резко поднялась и села на кровати. Мгновением позже она застонала от сожаления, что позволила себе прошедшей ночью такое безрассудное поведение. Она обернулась одеялом и постаралась не замечать пульсирующую боль в висках. Все ее мысли были о Люке. Где он? Куда ушел?