Первый шаг к счастью - Смит Барбара Доусон - Страница 55

– Мне интересно знать, – спросила она, – вы когда-нибудь встречались с моим мужем?

Чарлз небрежно качнул головой:

– Кто-то показал мне его вчера вечером. Высокий парень с черными волосами. Незаконный сын Стокфорда.

– Кто указал вам на него?

– Один приятель, а какое это имеет значение? Я знаю, вы просто хотите меня напугать.

Он гордо выпятил подбородок, хотя испуганный взгляд время от времени возвращался к открытой двери.

– Мой муж действительно опасный человек, – сказала Кэсси неожиданно пришедшую ей в голову фразу. – Конечно, не для меня, он весьма уважительно относится к женщинам. Но для других мужчин... Ведь он вырос на улице и может быть жестоким и безжалостным. Благодаря этому он преуспел в делах. – Она сделала небольшую паузу, после чего спросила: – Что вы знаете о его деятельности?

– Слышал, что он занимается перевозками по морю. И еще знаю, что он одалживает деньги. Говорят, он таким образом получил вас – в благодарность за уплату долгов герцога.

Кэсси очень хотелось дать ему хорошую пощечину. Было ли его замечание следствием врожденной жестокости или же были и другие причины?

– Вы когда-нибудь бывали в здании его конторы? – небрежным тоном спросила Кэсси.

– Нет, а зачем? – Чарлз внимательно рассматривал свои ногти. – Эти руки никогда не утруждали себя черной работой. Смею надеяться, что вы предпочтете их рукам вашего мужа.

Идея была настолько смехотворной, что Кэсси даже не стала ему возражать. В какой-то момент ей ужасно захотелось снова оказаться в объятиях Сэмюела, там, где они вдвоем могут быть отгорожены от мира, в котором встречаются такие негодяи, как Чарлз Вудрафф.

Могла ли она поверить тому, что он никогда не приближался к конторе Фирта? Видя, что ее вопросы ни к чему не приводят, она сменила тему:

– Вы происходите из весьма почтенной семьи Ланкашира. Ваш дед был бароном, не так ли?

– Но мой отец – третий сын в семье, к сожалению. Ему надо было либо идти в священники, либо погибать с голоду. У меня было бы больше денег, если бы ему не приходилось платить моей мачехе.

«У тебя было бы больше денег, если бы ты работал так, как Сэмюел», – подумала Кэсси, но вслух произнесла совсем другое.

– Мои родители посещали церковь Святого Эдмунда всегда, когда приезжали в замок, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал доброжелательно. – Вы помните их?

– Конечно, помню. Ваш отец был старым надменным скрягой, от которого никто доброго слова никогда не слыхал. А герцогиня... это была изумительная женщина!

Развратная улыбка на лице Чарлза привела Кэсси в ужас. Когда герцогиня погибла, ему было около двадцати лет, вполне достаточно, чтобы он мог влюбиться в нее издалека. Или даже иметь с ней любовную связь, если бы не было так отвратительно думать об измене матери. Особенно с таким человеком, как Чарлз Вудрафф. Кэсси с трудом заставила себя задать следующий вопрос:

– Как хорошо вы знали герцогиню?

– Она флиртовала со мной пару раз. Вам это неприятно слышать? – Он скривил губы в отвратительной усмешке. – Я всегда считал, что герцог слишком стар, чтобы удовлетворить такую очаровательную молодую женщину.

Ее отец действительно поздно женился. Он бывал ворчливым, раздражительным, особенно после того, как погибла герцогиня. Но Кэсси не желала слушать обсуждение семейных отношений ее родителей, особенно из уст этого человека.

– Вам не следует неуважительно говорить о герцоге и герцогине, – резко сказала она, потеряв терпение.

Чарлз наклонился к ней поближе.

– А знаете; вы такая же обворожительная, как и герцогиня. В вас есть та же искорка. И вам не удастся обмануть меня этой пустой болтовней.

– Обмануть вас? – Боковым зрением Кэсси оценила расстояние до кочерги у камина. В доме были слуги, она убедилась в этом заранее.

– Дамы всегда слишком многословны, – проговорил Чарлз. – Я никогда не понимал почему, но это разжигает их страсть. Однако с меня хватит ваших игр. – Он встал и протянул к ней руку. – Вашего мужа нет дома, иначе вы бы не искушали меня так.

Искушала? Она ведь только задавала ему вопросы.

– Я не играю ни в какие игры, мистер Вудрафф, – холодно сказала Кэсси. – Я замужем за прекрасным человеком. И не могу понять, почему вы думаете, что я интересуюсь вами.

Быстрым движением Чарлз схватил ее и поднял на ноги. Пальцы его больно сдавили ее руку у локтя, когда он прижал ее к себе. Тяжело дыша ей прямо в лицо, он произнес:

– Не будьте такой скупой. Подарите вашему приятелю немного благосклонности. Вы увидите, что мои мужские достоинства выше, чем у Фирта.

Со всей силы Кэсси каблуком ударила его по ноге. Чарлз взвизгнул и отпустил ее.

Не теряя времени, она схватила кочергу. Сердце ее колотилось от страха, но Кэсси заставила себя говорить уверенно.

– Если вы посмеете подойти ближе, то получите кочергой по вашим мужским достоинствам.

Чарлз разозлился, лицо его исказила злоба, кулаки сжались.

– Сука! С меня хватит твоих шуток. Тебе нужен мужик с хорошей палкой! – И, водружая шляпу на свои светлые волосы, уже спокойнее добавил: – Возможно, я это сделаю, когда вы будете ждать этого меньше всего.

Сэмюел поднимался по ступеням скромного домика в Сохо, неподалеку от того меетау где жила Ханна Давенпорт. Вспомнив свою бывшую няню, он ощутил чувство вины. Сэмюел был недоволен тем, что Кэсси удавалось пробудить в нем такие ненужные эмоции, напомнить, что у него тоже есть сердце. Ему не нравилось, что она как будто видит его насквозь, проникает в душу. Он, конечно, сделает то, о чем она просила, но не сегодня.

Сегодня у него нет времени на простые визиты. На двери был черный траурный креп. Сэмюел постучал, и через минуту худенькая, средних лет женщина в чепце, видимо домоправительница, открыла ему дверь. Протянув ей свою визитную карточку, он предай ставился:

– Я Сэмюел Фирт, владелец конторы, где работал Гектор Баббадж. Если можно, я хотел бы просмотреть бумаги, которые остались у него здесь.

Глаза ее, большие, как у газели, наполнились слезами.

– Простите меня, сэр, но мне трудно поверить, что его больше нет, – проговорила она, вытирая слезы краем передника. – Вам надо пройти в кабинет, это была его любимая комната. Идемте со мной.

Женщина провела Сэмюела по коридору в дальний конец дома.

– Могу я узнать ваше имя?

– Миссис Фиппс. Семнадцать лет я работала у мистера Баббаджа, с тех самых пор, как он купил этот дом.

Ее печаль тронула Сэмюела, напомнив обо всем, что было связано с этой загадочной смертью.

– Вы хорошо к нему относились?

– Боже, конечно. Он был прекрасным хозяином, – сказала она, – никогда не жаловался, всегда ел все, что бы я ни приготовила, делал все вовремя.

Сэмюелу было интересно узнать, действительно ли миссис Фиппс хорошо знала своего хозяина. Ему казалось, что его, Сэмюела, он обманывал.

– Можете вы что-нибудь сказать о его друзьях?

– Насколько я знаю, он редко общался со знакомыми. Большую часть времени он проводил у себя в кабинете и не любил, чтобы его беспокоили. Я всегда мечтала, что он встретит приятную леди, но теперь уже слишком поздно об этом говорить.

Подбородок у нее вздрагивал, как будто она опять собиралась заплакать, поэтому Сэмюел поспешил задать следующий вопрос:

– Приходил к нему когда-нибудь джентльмен по имени Эндрю Джеймисон?

Миссис Фиппс с сомнением покачала головой:

– Нет, это имя мне не знакомо.

Они вошли в темный, с множеством книг кабинет. Миссис Фиппс раздвинула венецианские шторы, впустив в комнату дневной свет.

– Мистер Баббадж и спал здесь. Возможно, вам это покажется странным, но он боялся высоты и очень редко поднимался на второй этаж, – она опять вытерла глаза, – и я никак не пойму, зачем он поднялся на крышу здания.

Не мог этого понять и Сэмюел. Он слегка кивнул, и миссис Фиппс ушла, закрыв за собой дверь.

Сэмюел обошел комнату, рассматривая простую обстановку и учебники по математике и экономике. Комната была такая же аккуратная, как сам Баббадж. Узкая кровать в углу выглядела как спальное место слуги, а не преуспевающего человека, занимающего высокооплачиваемую должность, который, кроме того, занимался и хищением денег.