Огонь в твоем сердце - Смит Барбара Доусон - Страница 35

— Проводи меня.

Конечно же, он знал, где находится спальня его дочери, но он не хотел отпускать от себя цыганку.

Вивьен провела его в тускло освещенную спальню, одеяло она расстелила на кровати, со столика взяла горящую свечку, которая стояла рядом с кипой книг. Майкл всеми силами старался не смотреть на широкую кровать с бледно-желтым балдахином.

Не обращать внимания на Вивьен было чрезвычайно сложно.

Вивьен вывела Майкла в коридор, высоко держа свечу, дабы осветить путь. Ее длинные черные волосы развевались с каждым покачиванием бедер. Майклу пришлось признать, что ему нравится некая нескромность Вивьен. Ни одна незамужняя леди не позволит мужчине видеть ее в ночной рубашке, но Вивьен гордо вышагивала, не считая это нескромным.

В конце коридора она открыла дверь комнаты и отступила, пропуская Майкла вперед. Освещая путь, Вивьен проводила его до кроватки Эми, украшенной разными кружевами и рюшами. Майкл знал, что его бабушка всегда держала комнату готовой для приема гостей, но такой случай никак не выпадал. До сей поры.

С края кровати слышалось шумное сопение мисс Мортимер. С другой стороны Майкл положил Эми на смятые простыни и натянул розовое одеяло до самого подбородка. Не открывая глаз, Эми устроилась поудобнее и прижала к себе тряпичную куклу.

Когда Майкл нес девочку, его охватило несвойственное мужчинам огромное чувство любви и привязанности к детям.

Все это время совсем близко стояла Вивьен со свечой в руке. Слишком близко. Ему совсем не хотелось, чтобы она видела его личные, потаенные чувства.

— Подожди за дверью, — пробормотал он.

Вивьен не двинулась. Майкл посмотрел на нее в тусклом свете свечи и увидел нежный взгляд, пристально направленный прямо на него.

— Ты действительно ее любишь?

Сжав губы, Майкл промолчал.

Вивьен, казалось, и не ждала ответа. Неловко коснувшись Майкла, она наклонилась и нежно поцеловала Эми в лоб. Тихим голосом она произнесла:

— Спокойной ночи, голубка.

Эми улыбнулась и лениво захлопала ресницами.

— Спокойной ночи, мисс Виви, — пробормотала она и тут же вновь погрузилась в сон..

У Майкла внутри все закипело. Вивьен не имела никакого права играть роль матери. Эми нужен был только отец. Только он.

Схватив Вивьен за руку, он вывел ее прочь из комнаты в мрачный сумрак коридора. Плотно закрыв дверь, Майкл начал:

— Нет никакой необходимости так нянчиться с Эми.

— Нянчиться? — Черные брови Вивьен в удивлении поднялись. — Она всего лишь маленькая девочка, ей нужна забота и любовь. , — Именно так. Но поскольку ты совсем ненадолго появилась в ее жизни, я бы предпочел, чтобы она не привыкала к тебе. Иначе ей будет больно с тобой расставаться, когда ты уйдешь.

— «Когда ты уйдешь». Именно ты настаиваешь на том, чтобы увезти ее от прабабушки. И по каким-то причинам продолжаешь прятаться.

Черт ее побери! Усилием воли Майкл усмирил нарастающую внутри ярость. Он ни за что не позволит играть на его чувствах.

Фальшивым, сладким и соблазнительным голосом Майкл продолжал:

— Давай заключим перемирие. Я вовсе не хотел обижать тебя. У меня совсем другие проблемы.

— Тебя наверняка гложет чувство вины.

Она права, черт бы ее побрал. Как же он не сумел скрыть от нее правду?

— Я прошу у тебя прощения. Сегодня я узнал, что это Тадиус Тремейн украл все те вещи из моего дома. — Майкл рассказал все о бухгалтерских книгах, золоте и ценностях, хитроумных планах, что придумывал управляющий, чтобы вымогать деньги у рабочих.

— Так пошлите его в Австралию, — беспощадно предложила Вивьен, — там ему и место. Никто не в праве пользоваться людьми, которые не могут защитить себя.

— Наконец наши желания совпадают.

Лицо Вивьен смягчилось, и она одарила Майкла одобрительной улыбкой. Глаза ее засверкали в мерцающем отблеске свечи.

— Я рада, Майкл. Только странно, что…

Он внимательно посмотрел на ее рот, который так хотелось поцеловать, и хрипловато произнес:

— Продолжай же.

— Мне казалось, что ты холодный мужчина. Но иногда…

Я чувствую, что у тебя на самом деле есть сердце.

От этих слов Майкл почувствовал себя неловко. Он не должен видеть в ней лишь милое красивое личико. Ах, какой юной и простодушной вдруг она оказалась! Но она далеко не ангел, напомнил себе Майкл. Он не должен забывать, что она подделала письмо Харриет Олторп, стремясь проникнуть в дом бабушки. Ему никогда не следует забывать, что Вивьен окрутила леди Стокфорд и выманивает у нее сто гиней каждый месяц. Она — просто цыганка, воспитанная ворами и мошенниками.

— Пойдем, нам нужно обсудить еще одно дельце.

Взяв Вивьен за руку, Майкл проводил ее в комнату. Она то и дело бросала на него испытующие взгляды, в них угадывалось то подозрение, то любопытство. Этого Майкл и хотел.

Пусть она сгорает от любопытства, пытаясь догадаться о его намерениях. Это позволит ему самому угадать, что же она думает на самом деле.

— Если ты хочешь, чтобы я перестала общаться с Эми, лучше ее узнавать, — сказала Вивьен, когда они подошли к самой двери, — то предупреждаю, ты меня не запугаешь.

Майкл усмехнулся:

— Ты не правильно меня поняла. Я просто хочу поговорить с тобой с глазу на глаз.

Распахнув дверь, Майкл хотел было ввести Вивьен в комнату, но она упорно стояла на пороге.

— Что бы ты ни хотел мне сказать, — прошептала она, — можешь говорить прямо здесь.

Уголком глаза Майкл разглядел стоящую в глубине комнаты кровать, достаточно просторную для двоих.

— Я бы предпочел остаться наедине, а спальня моей бабушки всего в двух комнатах отсюда.

— Она спит. А это значит, что тебе не следует быть здесь.

— Но я хочу быть здесь, — промурлыкал он, — я хочу быть с тобой, Вивьен. Вот в чем все дело. Я не могу без тебя. — Майкл приблизился, не касаясь Вивьен и пальцем. Едва уловимый аромат ее тела все больше и больше возбуждал его. — Ты преследуешь меня, Вивьен. Когда я сплю, я вижу тебя во сне. Когда просыпаюсь, думаю только о тебе. Ты стала просто моим наваждением.

И он знал, к своему горю, что это были не просто слова.

— Не нужно мне этого говорить. И слышать не хочу, — ответила Вивьен, однако оставаясь на месте. Она лишь навалилась на дверь, прижимая к вздымающейся груди свечу.

— Я все равно скажу, — продолжал Майкл. — Сегодня я весь день думал о тебе. Я ходил по библиотеке из угла в угол, не в силах привести свои собственные мысли в порядок, пока не вышел на свежий воздух…

— И не выпил.

— Да. Но опьянел скорее при виде тебя, дорогая.

Он взглянул на ее губы, поклонился, сгорая от желания дотронуться пальцами до ее шелковой кожи. Он хотел попробовать ее всю, скинуть ночную рубашку и сойти с ума от ее красоты.

Вивьен отвернула голову:

— Не надо.

— Боишься поцелуя?

Когда Вивьен снова посмотрела на Майкла, он готов был поклясться, что почувствовал в ее взгляде невинность юной девушки.

— Да, боюсь. Потому что это не все, что ты от меня хочешь, не так ли, маркиз?

— Пока ты не попросишь меня сама, я буду прикасаться только губами. — В надежде не упустить возможность, он нежно коснулся ее губ.

Вивьен вдохнула, хотя и не отвернулась. Слегка выдохнув, она позволила Майклу нежно и чувственно поцеловать ее, совсем не так, как делают все его женщины, которых так легко соблазнить. Поцелуй был таким сладким и страстным, что до боли возбуждал желание и похоть.

Горя желанием ласкать все ее тело, Майкл навалился руками на створки двери. Это было просто мучением, но он терпеливо и неспешно будет добиваться ее, шаг за шагом разрушая ее оборону. Майкл наслаждался ароматом ее губ, Вивьен издавала тихие грудные стоны, пытаясь уйти прочь, но ноги ее не слушались. Она хочет его, победно думал Майкл. Он был почти уверен, что она не устоит перед этим искушением.

Майкл пытался превратить поцелуй в искусство, языком, как кистью художника, он водил по ее губам. Они стояли так близко, что он чувствовал тепло ее тела. Он сгорал от непреодолимого желания ласкать тело Вивьен. Но нет! Он должен доказать, что контролирует себя, он должен только целовать ее, чтобы она тоже почувствовала сладкую истому и страстное желание. Даже если это займет половину ночи, он услышит ее мольбу о большем. Обо всем, о чем он так давно мечтал…