Одна безумная ночь - Смит Барбара Доусон - Страница 77

Вняв ее мольбам, он начал действовать решительнее; встретив легкое сопротивление, он преодолел его – и Шарлотта, тихонько ахнув, затаила дыхание. Брэнд замер на несколько мгновений, он боялся сделать ей больно. «Господи, наконец-то, – промелькнуло у него, – наконец-то она моя». И тут он вдруг понял, что всегда об этом мечтал – всегда мечтал о Шарлотте, только о ней.

Медленно и осторожно он погрузился в нее еще глубже и услышал, как она шептала его имя. Затем Брэнд почувствовал, как она, поводя бедрами, пыталась подстроиться под его движения – и уже в следующее мгновение он забыл обо всем на свете; теперь он знал лишь одно: он с Шарлоттой, она принадлежит ему.

Шарлотта. В глубине его сознания возникла мысль, что он собирался доставить ей удовольствие и сделать эту ночь незабываемой. Но Шарлотта уже забилась под ним в конвульсиях, и из горла ее вырвались нечленораздельные крики. Несколько мгновений спустя он тоже вскрикнул, и они затихли почти одновременно.

А потом они долго лежали без движения, Брэнд чувствовал, что не смог бы пошевелиться, даже если бы от этого зависела его жизнь... Хотя, вероятно, он сдвинулся бы с места, если бы от этого зависела ее жизнь.

Внезапно она пошевельнулась и, открыв глаза, тихонько рассмеялась. Потом прошептала:

– О... благословенные небеса. Знаешь, Брэнд, я даже не представляла...

По правде говоря, он тоже. Никогда прежде он не терял над собой контроль до такой степени, никогда не забывал принимать меры предосторожности против нежелательного зачатия (кроме того единственного раза, с Грейс). Но сейчас он почему-то не думал о последствиях, сейчас ему хотелось выбежать из дома и громко закричать – хотелось объявить всему миру о том, что Шарлотта принадлежит ему, Брэнду Виллерзу.

– Ты даже не снял брюки, – промурлыкала она, поглаживая его по ягодицам. – Ты так... привык?

– Конечно, нет. – Брэнд невольно рассмеялся. – Тем более в сапогах, – пробормотал он, внезапно смутившись.

Его немного тревожила мысль о том, что все у них получилось... как-то слишком уж быстро. Он собирался подарить Шарлотте незабываемые впечатления, но в какой-то момент совершенно об этом забыл.

Однако все вышло не так уж плохо. Эту их встречу он мог считать одной из самых удачных в своей жизни, и Шарлотта, судя по всему, не была разочарована его стремительными действиями. Хотя, конечно же, он мог бы сделать все гораздо лучше. И непременно сделает. Вот только...

Брэнд приподнялся и сел. Немного помедлив, стащил сапоги, потом брюки.

Шарлотта тоже села и с улыбкой проговорила:

– Я должна признаться, что высокий джентльмен внизу... производит сильное впечатление.

– Пока что он немного устал. Но если будешь им восхищаться, то он снова воодушевится.

Протянув руку, Шарлотта осторожно прикоснулась к мужской плоти, и Брэнд тотчас же вздрогнул и судорожно втянул в себя воздух. Шарлотта отдернула руку и подняла на него вопросительный взгляд:

– Я сделала что-то не так?

Брэнд усмехнулся:

– Поверь мне, дорогая, он это обожает. Пожалуй, даже слишком.

Брэнд снова улегся и, забравшись под одеяло, привлек Шарлотту к себе. Он решил, что на сей раз сделает все возможное, проявит себя с самой лучшей стороны. А потом они расстанутся.

Может быть, расстанутся.

Взяв в ладони ее лицо, он легонько прикоснулся губами к ее губам. К своему удивлению, он обнаружил, что нежные поцелуи не менее приятны, чем страстные и необузданные.

Лежа в темноте, озаряемой пламенем свечи, они осыпали друг друга поцелуями и ласкали друг друга. Стук дождевых капель в окно и тихое потрескивание огня в камине придавали этой ночи особое очарование. Возможно, прелесть ночи заключалась еще и в том, что Брэнд находился в постели с женщиной, о которой всегда мечтал.

Потом они снова наслаждались друг другом; теперь уже все происходило гораздо медленнее, чем в первый раз, но наслаждение от этого лишь усиливалось. По сравнению с этим блаженством все остальное казалось бессмысленным. Шарлотта была удивительной женщиной, ни одна из его прежних любовниц не могла с ней сравниться. О Господи, если бы он только знал, что она... такая, он пошел бы на сближение с ней гораздо раньше.

Впрочем, нет. Стать его любовницей она не могла. В их распоряжении была только эта ночь. Даже не ночь, в лучшем случае еще несколько часов.

Брэнд несколько раз вспоминал о том, что должен уйти, но тут же говорил себе: «Вот полежу с ней еще немного, а потом уйду».

– Брэнд, уже светает. Тебе пора уходить.

Он вздрогнул – и проснулся. С трудом разлепив веки, осмотрелся. Все еще одурманенный сном, Брэнд не сразу сообразил, где находится. Он редко оставался в постели любовниц на всю ночь. Над ним склонилась Шарлотта, она толкнула его в плечо. И Брэнд тотчас же все вспомнил. Да, конечно, он заснул в ее постели...

Теперь на ней снова была сорочка, и в призрачном сером свете, сочившемся в окна, он видел округлости ее груди. Почувствовав возбуждение, он протянул к ней руку, но Шарлотта его оттолкнула:

– Вставай. Побыстрее.

– Но неужели нельзя еще немного...

Она отрицательно покачала головой:

– Брэнд, это слишком рискованно. Тебя не должны застать. Скоро здесь появится горничная.

Он улыбнулся и пробормотал:

– Всего лишь пять минут.

Приподнявшись, Брэнд обнял Шарлотту за талию и усадил к себе на колени. Затем приподнял подол ее сорочки, чтобы она могла сесть на него верхом.

К счастью, ее сопротивление длилось недолго. Улыбнувшись, она склонилась над ним и, прижавшись губами к его щеке, прошептала:

– Но мы действительно не должны это делать.

Брэнд тоже улыбнулся:

– Возможно. – Он запустил руки ей под сорочку и принялся ласкать ее груди. – Но мы здесь одни, и нам это нравится.

– Ох, Брэнд, ты ненасытен.

– Ты тоже, Шер.

А потом им обоим стало не до разговоров. В какой-то момент Шарлотта вдруг застонала и шевельнула бедрами, позволяя ему проникнуть в ее влажное тепло. Слившись воедино, они вновь вознеслись к вершинам блаженства. Вскрикнув, Шарлотта крепко прижалась к Брэнду и затихла. Он тут же обнял ее и уткнулся лицом в ее благоухающие волосы.