Одна безумная ночь - Смит Барбара Доусон - Страница 47

Лорд Клиффорд Бон снял с головы шутовской колпак и с громким смехом присоединился к приятелям. В эти мгновения он действительно походил на веселого тролля – во всяком случае, так казалось Шарлотте. Она с улыбкой взглянула на сидевшего рядом Брэнда, но тот лишь молча пожал плечами.

В гостиной Бонов собралась довольно разношерстная компания. Здесь были аристократы, благородные дамы, а также кокотки – подруги хозяина. Хотя в комнате горело множество свечей, самые дальние углы тонули в полумраке, где уютно устроились на диванчиках некоторые парочки. По их хихиканью можно было без труда догадаться, что они увлечены не совсем пристойными занятиями.

Но Шарлотта всецело сосредоточилась на своей миссии. Из слов Брэнда явствовало, что Бон и его жена уже давно были в долгах. По роскошному же убранству интерьера было видно: супруги явно жили не по средствам.

Слуги разносили на подносах вино и более крепкие напитки. Один изрядно опьяневший гость уже храпел где-то в углу. В другом конце комнаты какой-то джентльмен тискал груди своей соседки. Шарлотта в смущении отвела взгляд. Джентльмена звали Урия Лейн, и его имя значилось в ее списке.

В воздухе висел сладковатый запах, напоминавший запах табачного дыма. Несколько мужчин покуривали длинные трубки, соединенные с замысловатыми медными устройствами, стоявшими на полу.

– Что это такое? – шепотом спросила Шарлотта.

Брэнд наклонился к ее уху и ответил:

– Это называется кальян. Они курят опиум из лучших сортов турецкого мака. – Он взял одну из трубок и, сделав глубокую затяжку, выпустил кольцо дыма. – Хочешь попробовать?

Шарлотта с отвращением покачала головой:

– Нет, благодарю.

Граф усмехнулся и, пристально взглянув на нее, проговорил:

– Ты выглядишь... слишком напряженной. Лучше попробуй. Это поможет тебе расслабиться.

– Мне не нужно расслабляться, – заявила Шарлотта. – Думаю, что и тебе не следует.

Брэнд пожал плечами:

– Но я прекрасно себя чувствую, Шер. Уверяю тебя.

Шарлотта тяжко вздохнула и, покосившись на кальян в его руке, пробормотала:

– Положи эту гадость на место. Мы приехали сюда не для этого. Мы здесь для того, чтобы заниматься расследованием.

Сделав еще одну затяжку, Брэнд отложил трубку и провел пальцем по щеке Шарлотты.

– Не возмущайся, – прошептал он. – Это часть спектакля.

Шарлотта же вновь почувствовала, как по телу ее разливается приятное тепло. Она постаралась не придавать этому значения, но, увы, у нее ничего не получилось... Разозлившись на себя, она немного отодвинулась и прошептала:

– Только не перестарайся, Брэнд.

Он хмыкнул и окинул ее внимательным взглядом. После того как Брэнд поцеловал ее в экипаже, она довольно часто ловила на себе его взгляд. Он не стал возражать против того, чтобы она проводила время с Вивьен, стремясь восстановить их прежнюю дружбу. Может, он поверил, что она искренне раскаялась?

Шарлотта этого не знала и спрашивать не собиралась.

Чтобы отвлечь его и себя, она прошептала:

– Интересно, а где мисс Дарби?

– Сидит, наверное, в своей комнате, если у нее есть хоть капля здравого смысла.

Шарлотта очень на это надеялась. Она боялась, что Боны могут вовлечь невинную девушку в свои грязные игры.

– Перестаньте шептаться, влюбленные голубки! – крикнул им Вон. – Похоже, никто из вас не слушает мои озорные вирши.

Шарлотта вежливо улыбнулась:

– Прошу прощения, лорд Клиффорд. Правильно ли я поняла, что вы сами их сочиняете?

Приняв горделивый вид, Бон заявил:

– Да, сам. Ведь я – поэт. А вы и не догадывались?

– У тебя талант, – заметил граф.

– Талант? Ха! Ты слышала, Лидия? Похоже, Фейвершем хочет, чтобы я еще почитал стишки. Может статься, я посвящу следующий стих его прелестной даме.

Его даме. Шарлотта продолжала мило улыбаться, хотя в душе у нее все переворачивалось. Видимо, она должна была торжествовать. Ведь у них все получилось... То есть все считали ее любовницей Брэнда, потому что даже он не рискнул бы привести благородную леди... в столь сомнительное общество.

Лидия, сидевшая рядом с мужем, беспокойно заерзала и бросила на Шарлотту взгляд, полный плохо скрываемого раздражения. Затем перевела глаза на Брэнда, и выражение ее лица сменилось на сладострастное.

Шарлотта невольно придвинулась поближе к Брэнду. Одна лишь мысль о том, что эта женщина хочет его соблазнить, вызывала у нее протест. К счастью, граф ничего не заметил. Да и Лидия вскоре отвернулась от них и с улыбкой обратилась к мужу:

– К сожалению, мой милый, не все хотят слушать твои стишки. Ты повергаешь леди Шарлотту в смущение.

– Но этот куплетик по-настоящему остроумный. – Бон откашлялся и продекламировал:

Все рассмеялись. Даже Шарлотта не удержалась от смеха. Клиффорд Бон, бесспорно, обладал талантом сочинять вульгарные стихи. Впрочем, не стоило удивляться его способностям. Было очевидно, что этот человек не так прост, как могло бы показаться на первый взгляд. К счастью, он забыл о Шарлотте и с улыбкой повернулся к элегантному блондину, только что вошедшему в комнату. Это был полковник Томас Рансом.

Вон поднялся с дивана и похлопал вновь прибывшего по спине:

– Приветствую, Рансом. Ты опоздал на мой поэтический вечер, но я тебя прощаю.

– Меня задержала Белинда, – ответил полковник. – Эта чертовка заставила меня тащиться с ней в оперу.

Томас Рансом поморщился и, усевшись на один из диванов, потянулся к кальяну. Сделав глубокую затяжку, полковник улыбнулся – казалось, он мигом забыл обо всех своих неприятностях.

Шарлотта в изумлении взглянула на Рансома – слишком уж неуважительно он отзывался о своей невесте. Она покосилась на Брэнда, и тот едва заметно усмехнулся – словно хотел сказать: «Вот видишь? Рансом женится на Белинде только из-за ее приданого».