Одна безумная ночь - Смит Барбара Доусон - Страница 29

– На моей свадьбе все должно быть только самого высшего качества, – заявила леди Белинда, и на ее лице с заостренным носиком отразилась надменность, свойственная только очень богатым и титулованным. – Как дочь маркиза, я должна во всем демонстрировать образец совершенства. Все приготовления должны соответствовать моим высоким требованиям – начиная от псалмов и заканчивая свадебным завтраком. Икра у нас не какая-нибудь, а самая лучшая, из России.

– Как это замечательно... – отозвалась Шарлотта. Она понятия не имела, что такое икра из России, но интересоваться не стала.

Леди Белинда продолжала рассказывать о своих свадебных приготовлениях, но Шарлотта слушала ее вполуха, она наблюдала за Брэндом, стоявшим в нескольких шагах от нее. Он непринужденно болтал, с отцом Белинды, маркизом Поумроем. У маркиза были слишком тонкие черты лица, рядом с ним Брэнд казался еще более красивым, чем обычно. Яркое пламя свечей озаряло его безупречные черты, а в густых темно-каштановых волосах словно вспыхивали искры.

Вероятно, Брэнд почувствовал пристальный взгляд Шарлотты. Он посмотрел в ее сторону, и на губах его появилась едва заметная ухмылка. «Господи, она снова взялась за старое, – подумал граф. – Снова на меня таращится».

Чувствуя, как краска заливает ее щеки, Шарлотта отвела глаза, притворившись, что разглядывает интерьер. Впрочем, ей не нужно было притворяться, она действительно была поражена роскошью обстановки. Хрустальные канделябры отбрасывали золотистое сияние на богатое убранство зала. Гости в вечерних туалетах тихо смеялись и вполголоса переговаривались. А на возвышении в самом конце зала музыканты настраивали инструменты – арфу, скрипку и пианино.

Как же ей не хватало в последние эти годы таких вот вечеров! В свое время Шарлотта отказалась дебютировать в лондонском сезоне, но зато посещала балы в Стокфорд-Мэноре и в доме Фейвершемов в Девоншире.

Накануне Розочки позаботились о ее преображении. Они пригласили лучшую модистку и провели с ней не один час, обсуждая достоинства японского и китайского шелков. Что до Шарлотты, то она была готова заказать первый же предложенный ей отрез ткани. Но старушки отвергли ее выбор – простенький серый муслин – и к тому же заплатили щедро модистке, лишь бы платье было готово в кратчайшие сроки. В итоге все получилось замечательно. Шарлотте очень шел бархат цвета морской волны. Он удачно сочетался с цветом ее глаз и выгодно оттенял рыжий блеск ее каштановых волос. Хотя ее больше не смущали шрамы на руке, она надела длинные перчатки, как и положено даме.

Перехватив несколько любопытных взглядов, Шарлотта заподозрила, что кое-кто еще вспоминает о ее ожогах. Что ж, пусть вспоминают. Она жалела лишь о том, что придется уйти с вечера раньше времени. Если ее расчет был верным, то Брэнд вскоре под благовидным предлогом распрощается.

– Ах, вот и он, – проворковала леди Белиида, – Мой возлюбленный, полковник Томас Рансом.

Шарлотта насторожилась; она тотчас же вспомнила, что это имя – одно из выписанных ею. К ним подошел улыбчивый белокурый джентльмен в синем кавалерийском мундире. На поясе у него висела шпага в сверкающих ножнах. По залу пронесся восторженный дамский шепоток, и все головы повернулись в его сторону. Но полковник ни на кого не обращал внимания, он смотрел лишь на леди Белинду.

– Моя дорогая, я искал тебя повсюду.

Леди Белинда захихикала.

– Я все время была здесь, мой глупый цыпленочек. Это ты куда-то исчез.

– Я отходил, чтобы принести тебе бокал твоего любимого шампанского. – Он протянул ей бокал, потом с улыбкой повернулся к Шарлотте. В его взгляде было что-то змеиное, и Шарлотта невольно поежилась. – Вижу, дорогая у тебя появилась компаньонка...

Кокетливо улыбаясь жениху, леди Белинда представила его Шарлотте. Шарлотта же заинтересовалась полковником не только потому, что его имя было в записной книжке Брэнда, но и потому, что они с Белиндой казались довольно странной парой: неотразимый Ронсом – и совершенно невзрачная леди Белинда.

Внезапно к ним приблизился Брэнд, и сердце Шарлотты екнуло – так всегда случалось, когда он появлялся перед ней. Ее влекло к нему, и она ничего не могла с этим поделать. Брэнд едва заметно нахмурился, и Шарлотта поняла, что он не очень-то рад встрече с полковником.

– Приветствую, Рансом. – Брэнд протянул ему руку. – Насколько я понял, вас можно поздравить.

– Да, можно, – кивнул полковник.

Мужчины обменялись рукопожатиями. При этом полковник украдкой поглядывал на свою невесту; было ясно, что он не хотел, чтобы она узнала о его прежних связях.

Леди Белинда окинула Брэнда презрительным взглядом и проговорила:

– Лорд Фейвершем, я не знала, что вы тоже приглашены.

Брэнд изобразил улыбку:

– Меня пригласили в самую последнюю минуту. По просьбе моей бабушки.

– Вот как? – В голосе леди Белинды прозвучало явное неодобрение. Она взяла жениха под руку, словно хотела оградить от дурного влияния. – Дорогой, я не знала, что ты знаком с лордом Фейвершемом.

– Мы вместе посещали Итон. Много лет назад. – Полковник вежливо улыбнулся, давая графу понять, что разговор окончен, и нежно похлопал леди Белинду по руке. – Что ж, дорогая, я думаю, нам стоит пройтись. Нужно дать гостям возможность поговорить с красавицей невестой.

Его комплимент совершил чудо, и леди Белинда просияла:

– Мой дорогой полковник, вы галантны, как всегда. Какое счастье, что вы не такой, как... – она покосилась на Брэнда, – как этот отвратительный лорд Байрон.

Было ясно, что эти оскорбительные слова на самом деле адресованы Брэнду, и Шарлотта, не выдержав, проговорила:

– А что вы имеете против лорда Байрона?

Леди Белинда презрительно фыркнула:

– Как что?! Всем известно, что он издевается над своей молодой женой. В прошлом месяце он угрожал ей пистолетом, и она была вынуждена спасаться бегством. Ей пришлось обратиться в суд с официальным ходатайством о раздельном проживании. О, какой позор!

Услышанная история привела Шарлотту в замешательство.

– Но он пишет такие замечательные романтические стихи. Я не представляла, что он может так плохо обращаться со своей женой.