Невинная грешница - Смит Барбара Доусон - Страница 64

Алисия повернулась в кресле, чтобы получше разглядеть Дрейка. Ей вдруг стало душно. Настроенный весьма воинственно, Дрейк удостоил ее и Сару лишь беглого взгляда. Его взор остановился на Джеймсе.

Сердце у Алисии упало — она сразу поняла, что Дрейк узнал сына лорда Хейлстока.

— Что здесь, черт побери, происходит? — резко спросил он.

Вплоть до этого момента Алисия была довольна встречей. Когда Джеймс увидел кресло-каталку Чивера, в его глазах засветился неподдельный интерес, и после этого события развивались весьма благоприятно. Она не позволит Дрейку вмешиваться. Все портить.

— Мы пришли с визитом к мистеру Чиверу, — чопорным тоном сказала Алисия. — Джеймс, это мой муж Дрейк.

— Наследник маркиза Хейлстока, — капризно растягивая слова, представился Джеймс, и на его губах появилась лукавая высокомерная улыбка. — Моя семья и семья Алисии с давних пор поддерживают дружеские отношения.

— Я знаю об этом, — сказал Дрейк. — Вероятно, теперь пора моей жене расширить свои горизонты.

Джеймс, сардонически хмыкнув, приподнял бровь.

— В самом деле? Неужели вы заставите ее искать знакомых среди низших сословий? Я думаю, это едва ли достойно леди.

— Ваше мнение не имеет ни малейшего значения. Она моя леди.

Боже милостивый, неужели она снова должна стать свидетельницей их вражды? Алисия вскочила.

— Я сама способна выбрать себе друзей, — твердо заявила она. — Джеймс, у тебя есть еще какие-нибудь вопросы к мистеру Чиверу?

Джеймс покачал головой, все его внимание было приковано к Дрейку.

Бухгалтер откашлялся.

— Я счастлив, помочь, чем могу, — сказал он. — Но мистер Уайлдер сможет лучше ответить на все вопросы, касающиеся конструкции кресла. Он видел подобное кресло в Риме, изучил его конструкцию и заказал для меня.

Сара следила за развитием разговора с неподдельным интересом.

— Это очень предусмотрительно с вашей стороны, мистер Уайлдер. Вы не могли бы направить нас к тому, кто выполнил заказ. Мы закажем такое кресло немедленно.

— Слово «мы» здесь неуместно, — заявил Джеймс, бросив раздраженный взгляд на Сару. — Смею заметить, что я самостоятельно займусь деталями.

— Но ведь ты беспомощный, — без обиняков проговорила герцогиня. — Ты сам об этом сказал.

— А ты слишком самоуверенна. Ты бы поторопилась за покупками. По крайней мере, владельцы магазинов будут счастливы тебя видеть.

— А как ты доберешься домой?

— Я пошлю за моей каретой. — Отпустив ее жестом, он снова с явным интересом посмотрел на Дрейка. — Садитесь, Уайлдер. Мне интересно услышать, как вы сумели построить игорный клуб из ничего.

— Простите, я слишком занят для праздных разговоров, — не слишком любезным тоном осадил его Дрейк. — Чивер, мне нужен гроссбух за последний месяц.

Грубость мужа рассердила Алисию. Куда подевались щедрость, и широта его души?

Пока бухгалтер ездил за гроссбухом и доставал его с полки, Алисия наклонилась к Джеймсу и пробормотала:

— Пожалуйста, подожди меня в карете Сары. Мне нужно перекинуться, словом с мужем.

— Ты должна пообещать, что мы вернемся сюда очень скоро. — На губах молодого человека заиграла хитрая улыбка. — Возможно, я даже приведу своего отца в следующий раз. Я уверен, что как только он разберется во всем, он захочет получше познакомиться с твоим мужем.

Джеймс знал, что у лорда Хейлстока нет такого желания. Была ли тому причиной скука, что Джеймс вдруг преисполнился решимости разбудить спящее лихо? Алисии оставалось лишь надеяться, что кресло-каталка сделает юношу более мобильным и у него появятся новые интересы.

Два лакея понесли носилки к карете, Сара последовала за ними, бросив на прощание загадочный взгляд на Дрейка и Алисию.

— Не торопись. Это страшно рассердит Джеймса, — пробормотала она.

После этого кабинет покинул и Чивер, оставив Алисию и Дрейка наедине.

Едва она закрыла дверь и собралась попенять мужу, как его сильные руки обхватили ее сзади. Она уловила запах мыла для бритья и почувствовала, как предательски участился у нее пульс. Его пальцы уверенно поползли к ее животу. Он терся щекой о ее волосы, его теплое дыхание щекотало ей ухо, и по ее телу побежали мурашки.

— Я думал, что они никогда не уйдут, — проговорил Дрейк хриплым шепотом.

— Я думала, что ты занят сегодня, — сказала Алисия, стараясь отбиться от него.

— Для тебя я всегда свободен, миледи. — Его губы блуждали по затылку, а руки — по ее груди. В ней рождалось желание, грозя погасить вспышку гнева.

Она выскользнула из объятий мужа и повернулась к нему лицом.

— Довольно, — строго сказала она. — Я хочу знать, почему ты так нелюбезен с Джеймсом.

— Разве я был нелюбезен? Возможно, я был нацелен на совершенно другие вещи. — Он дьявольски красив в своем темно-синем сюртуке и желтовато-коричневых бриджах. — Но я не мог думать ни о чем другом, только о том, как поскорее остаться наедине со своей женой.

Чувствуя, что сердце у нее забилось еще сильнее, Алисия отступила за письменный стол.

— А я не могу думать ни о чем другом, только о твоем грубом обращении с гостем — моим давним другом. Джеймс заслуживает сочувствия, но никак не твоего презрения.

— Если он хотел моего сочувствия, он должен был вести себя лучше.

— Ты запрезирал его еще до того, как он сказал хотя бы слово! Как это объяснить, ты проявляешь редкое сочувствие к Чиверу и не способен проявить его к Джеймсу?

— Чивер — человек трудолюбивый. А его светлость тщеславный, пекущийся только о себе аристократ.

— Причина не в этом. Ты не любишь его просто потому, что он сын лорда Хейлстока.

Глаза Дрейка блеснули каким-то особым блеском, и теперь причиной не была чувственная страсть. Уперевшись ладонями о стол и наклонившись к Алисии, он проговорил:

— Если речь зашла о Хейлстоке, то я хотел бы знать, почему ты ослушалась меня и пошла в его дом?

— Потому что я не стану бросать друзей в угоду твоим капризам.

— Мы условились, что ты подождешь, когда я смогу сопроводить тебя.

— А когда ты сможешь? В следующем году? Или через пять лет?

Губы Дрейка сложились в ядовитую ухмылку.