Красавица и чудовище - Смит Барбара Доусон - Страница 28

– Кто-то привел все в порядок, – изумилась она.

– Я, кто же еще! – ответил Алекс, поставив на стол корзину.

– Ты?

Он кивнул. Его взгляд был серьезен.

– Я продолжал сохранять этот стол как напоминание о жестокости моей матери, но вовсе не хочу, чтобы Йен получил его в наследство.

Хелен не знала, что и думать. Неужели Алекс изменился? Неужели он перестал судить о ней по ошибкам другой женщины?

– Это я приказал Флоре приготовить все для пикника. – Сказав это, он взял Хелен за руку и повел ее по каменным ступеням на второй этаж.

В спальне лэрда тоже многое изменилось. Старое, в пятнах зеркало над туалетным столом было заменено на новое, с четырех столбиков балдахина свисали лимонно-желтые занавеси, а на постели лежали большие пуховые подушки. В спальне пахло свежестью, а не прежней затхлостью.

– Розы, – пробормотала Хелен. – Ты обновил эти комнаты. Почему?

– Неужели тебе надо это объяснять?

Он смотрел на нее так, словно умолял понять, но Хелен пережила слишком много одиноких ночей и не могла так легко его простить. Она прислонилась к столбику кровати.

– Я должна спросить. Скажи.

Алекс огляделся, надеясь найти поддержку у стен. Потом он долго смотрел на нее, и его лицо исказила гримаса отчаяния.

– Я сделал это для тебя, Хелен, чтобы доказать: прошлое больше не управляет нашей жизнью. Я хочу убедить тебя остаться со мной.

Ее сердце забилось сильнее. Он действительно этого хочет?

– Тебе нужна мать для Йена, вот и все, – выдохнула она.

– Я не могу отрицать, что наш сын в тебе нуждается. – Голос Алекса упал до хриплого шепота. – Но мне также нужна жена. Ты нужна мне, Хелен.

Впервые за долгое время он произнес ее имя как ласку, а не как проклятие. Это не было признанием в любви, но все же достаточно похоже на него. Хелен хотелось смеяться и плакать от радости, и она еле удержалась от того, чтобы не броситься ему на шею.

– Каким же образом такой большой и смелый мужчина, как ты, предполагает сделать свою жену счастливой?

Глаза Алекса заблестели. Он медленно оглядел ее с головы до ног, останавливая взгляд на тех местах, к которым ему нестерпимо хотелось прикоснуться, а потом, подойдя ближе к ней, заявил:

– Кое-что я уже придумал.

– Например?

Он подошел так близко, что она ощутила жар его тела.

– Для начала мы испробуем новую кровать.

– А потом? – Хелен затаила дыхание в ожидании ответа.

– А потом я мог бы очень долго тебя целовать… прикасаться к тебе… доставлять тебе удовольствие.

Всем этим он уже и занимался: водил губами по ее груди и одновременно расстегивал пуговицы платья на спине.

Хелен откинула голову, полностью отдаваясь во власть его искусных рук. Ее мечта наконец сбылась, но сколько же она провела бессонных ночей в своей одинокой, холодной постели, взывая к Богу о милосердии, стараясь не терять надежды! Когда ее платье упало наконец на пол, она погрузилась в сумасбродство эмоций, в необыкновенное наслаждение, которое вызывали у нее его ласки.

Ее переполняли безграничная любовь и желание доставить ему удовольствие. Она выгнула спину и стала целовать его лицо, которое стало для нее таким родным.

Они раздели друг друга и упали на кровать, зарывшись в освещенную солнцей перину. Алекс не торопился, стараясь продлить удовольствие, но Хелен была разочарована.

– Хватит медлить, – прошептала она, направляя его. – Я хочу тебя сейчас.

Когда их тела слились, Хелен застонала от наслаждения, в то время как его глаза потемнели от желания… и раскаяния.

– Я не хочу делать тебе больно, девочка. Ты ведь только недавно родила.

– Ты сделаешь мне больно, если не поторопишься!

Она стала двигать бедрами, и он, застонав, подчинился заданному ею ритму, который, все убыстряясь, вел Хелен выше и выше, пока она не достигла вершины. Алекс тоже хрипло вскрикнул, и его большое тело содрогнулось.

Хелен почувствовала себя еще более счастливой, когда, очнувшись, увидела, что лежит в теплых объятиях мужа. Ах, если бы можно было остаться с ним в постели навсегда!

Она погладила его по щетинистой щеке.

– Нам еще предстоит пикник.

С хитрой улыбкой Алекс взял ее за руку.

– Ты разве до конца насытилась этим, жена?

– Нет, конечно. Просто я имела в виду, что нам через какое-то время придется вернуться домой, а то наш сын раскричится, требуя, чтобы его покормили.

– Да, верно, у малыша тоже должен быть праздник. – Алекс погладил грудь Хелен. – Знаешь, мы сегодня не рисковали. Кормящие матери не могут забеременеть.

– Разве можно доверять твоим познаниям в этой области? – поддразнила его Хелен.

– Я не хотел, чтобы ты снова забеременела, если ты этого не хочешь.

– Но Йену нужны братья и сестры. Я надеюсь в будущем иметь большую семью. А ты?

– Я тоже. – Он обнял своими большими ладонями ее лицо и заглянул ей в глаза. – Моя самая дорогая леди, я люблю тебя.

У Хелен от волнения сжалось горло. Наконец-то ее мечта сбылась.

– Тебе не обязательно говорить это, только чтобы удержать меня. Я тоже люблю тебя и останусь с тобой навсегда.

– Прости меня, я вел себя как дурак. – Он поцеловал ее в губы. – Но теперь обещаю сделать тебя счастливой. Мы съездим в Англию или в любую другую страну мира, если ты этого захочешь.

Хелен была до глубины души тронута его готовностью изменить ради нее свою жизнь.

– Ах, Алекс! Я скорее всего никуда не поеду, а останусь здесь. – Она придвинулась к нему. – С тобой, любовь моя, и навсегда.