Грех и любовь - Смит Барбара Доусон - Страница 75

Эта идея заключалась в том, что он не собирался позволить Порции улизнуть с деньгами. Она должна ответить за свое преступление. Зло должно быть наказано. И потом, кто поручится за то, что, проиграв эти деньги, его бывшая женушка не украдет еще какого-нибудь ребенка?

Наконец Итан добрался до двери, выходившей на веранду со щербатыми ступеньками. Окна веранды были заколочены, однако сквозь доски пробивалась тоненькая полоска света.

Прильнув глазом к щели и не увидев ничего, кроме голой стены, Итан тихонько выругался.

Внезапно он услышал приглушенные голоса. Говорившие явно ссорились. Вот послышался голос Порции, потом спокойный — Джейн и низкий — какого-то мужчины. Этот последний показался Итану удивительно знакомым. Кто же это такой? Он вспомнил слова уличного мальчишки, что письмо просил передать джентльмен.

Итан крепче сжал перламутровую рукоятку пистолета.

Неужели это… Ну конечно! Джордж Смоллетт! Нужно быть осторожнее. От этого подонка всего можно ожидать.

Он принялся искать другую щель, чтобы можно было хоть что-то разглядеть. Тщетно! Похоже, тот, кто забивал окна, был человеком аккуратным, а кроме того, хотел как можно надежнее защититься от воров и бандитов.

Голос мужчины поднялся до крика. Послышался удар, потом женский вопль. Что-то стукнулось о доски рядом с тем местом, где стоял Итан.

Не мешкая больше ни секунды, Итан налег на дверь. Заперто! Поднатужившись, он выбил дверь плечом и ввалился в комнату, размахивая пистолетом. Увиденное настолько поразило его, что он застыл как вкопанный.

Сумка с деньгами валялась на полу. У окна распласталась Порция. По щеке ее расплывался ужасный багровый синяк.

Посередине комнаты стоял Келлишем, подняв руки вверх.

Однако не это заставило Итана похолодеть от ужаса.

В дальнем углу комнаты боролись двое: Джордж Смоллетт и Джейн. Лицо Смоллетта казалось в темноте белым пятном.

Вот он схватил Джейн за шиворот и поднес к ее шее пистолет.

Холодное дуло пистолета уперлось Джейн в шею.

Девушка замерла, с ужасом глядя на Итана. Облаченный с головы до ног во все черное, с растрепанными волосами, он был похож на неумолимого ангела мщения. В руке он держал пистолет с длинным стволом.

— Осторожнее! — взмолилась Джейн. — Марианна в соседней комнате.

Смоллетт усилил хватку и, больно заломив ей руку за спину, прохрипел над самым ухом:

— Ба! Да это никак лорд Чейзбурн собственной персоной! — В речи его появились характерные простонародные интонации. — Гляди-ка, опять я держу твою жену. Теперь уж вторую. Как в былые времена, верно?

— Отпусти ее! — ледяным тоном приказал Итан.

— Как бы не так! Тут я командир. Бросай пистолет на пол!

Итан плотно сжал губы, однако вынужден был подчиниться и медленно положил оружие на шершавый дощатый пол.

— А теперь отшвырни его ногой в угол! — приказал Смоллетт.

Итан послушно толкнул ногой пистолет, и тот, громыхая, отлетел в невидимый во мраке угол.

— Не могу сказать, что мне жаль, что ты сюда заявился, милорд. Ну как тебе выполнять мои приказы? Нравится?

— Отпусти Джейн. Если тебе нужен заложник, возьми меня вместо нее.

Смоллетт издал мерзкий смешок.

— Давай сделаем такой обмен: ты мне свою новую жену, а я тебе — старую.

Джейн стиснула зубы, чтобы они не стучали. Она должна что-то придумать! Должна найти выход из этого кошмара!

— Будьте же благоразумны, — раздался спокойный голос герцога. — Если вы ее заберете, вся полиция страны пустится за вами в погоню.

— Заткнись, ты, старый козел! Что-то ты слишком гладко говоришь для кучера!

— Тебе ведь нужны только деньги, — примирительно сказал Итан. — Я положу их перед тобой на стол.

Он медленно потянулся за сумкой, и в ту же секунду послышался громкий щелчок: Смоллетт взвел курок.

— Еще один шаг, и я ее пристрелю! — Итан застыл на месте. — Откуда мне знать, может, ты привел с собой целую ораву легавых и они только и ждут, чтобы упечь меня в Ньюгейтскую тюрьму? — Смоллетт покачал головой. — Нет, ты нарушил условия сделки и теперь будешь за это расплачиваться. — И он снова прижал пистолет к шее Джейн. — Пошевеливайтесь, миледи. Подойдите к сумке и возьмите ее.

«Ты должна оставаться спокойной!» — приказала себе Джейн, хотя ноги у нее подкашивались от страха. Итан стоял неподвижно и смотрел на нее взглядом, ясно говорившим, что он воспользуется любой возможностью, лишь бы ее спасти.

Значит, нужно дать ему такую возможность. Она должна хотя бы попытаться.

Джейн осторожно двинулась вперед, чувствуя прикосновение к коже холодного металла. Сердце отчаянно билось в груди. Она исподтишка бросила взгляд на Порцию. Та лежала не шевелясь, бледная как смерть. Щека ее распухла и кровоточила. О Господи, какой ужас!

Джейн заставила себя успокоиться. Подойдя к сумке, она опустилась на корточки. Смоллетт был вынужден выпустить ее руку, чтобы Джейн смогла ухватиться за кожаную ручку, но пистолета от шеи не отвел.

Внезапно с порога донесся громкий крик, и в комнату вихрем ворвалась леди Розалинда.

— Джордж Смоллетт! Как ты смеешь так обращаться с матерью Марианны! Сейчас же отпусти ее!

— Розалинда! Не подходи! — выкрикнул Келлишем.

Обнаружив, что Смоллетт от неожиданности отвел от ее шеи пистолет, Джейн рывком обернулась и заехала ему тяжелой сумкой в челюсть, отчего он даже покачнулся. В следующую секунду на Джейн обрушился такой удар, что она свалилась на стол, а с него рухнула на пол.

Однако своими действиями она дала Итану шанс, которого тот ждал. Бросившись вперед, он схватил Смоллетта за руку и заломил ее вверх. Пистолет выстрелил, однако пуля, не причинив никому вреда, угодила в потолок. С него градом посыпалась штукатурка. Повалив Смоллетта на пол, Итан заломил ему за спину обе руки. Смоллетт разразился проклятиями.

Через несколько секунд все было кончено. Джейн села, дрожа от пережитого ужаса и чувствуя, как от удара у нее болит все тело.

Леди Розалинда помчалась к Смоллетту, невзирая на попытку Келлишема ее остановить, и, брезгливо скривив губы, бросила:

— Где Марианна, ты, подонок?

— Я вам покажу, — подала голос Джейн, с трудом поднимаясь.

В эту секунду в комнату ворвались трое слуг.

— Ее светлость сбежала из кареты! — доложил один из них.

— Подумаешь! — бросила графиня, подавая Джейн руку, затянутую в перчатку. — Как видите, я цела и невредима.

— Присмотрите за женщиной, которая здесь лежит, — приказал слугам Итан. — Таккер, принеси веревку.

Лакей опрометью выбежал из комнаты, а двое других остались стеречь преступников. Один из них, наклонившись, внимательно взглянул на леди Порцию.

— Она жива, милорд. Только без сознания.

Взяв лампу, Келлишем пошел следом за леди Розалиндой и Джейн в соседнюю комнату. Там в зыбком свете им предстала такая картина: на полу, на соломенном матрасе, лежала бедно одетая женщина со связанными за спиной руками и кляпом во рту, а у ее пухлой груди прикорнула Марианна. Бедняжка смотрела на вошедших темными испуганными глазами, похоже, уже не ожидая для себя ничего хорошего.

Герцог нагнулся, чтобы развязать кормилицу, а леди Розалинда, не обращая внимания на грязный пол, опустилась перед Марианной на колени. Она протянула к малышке руки, но внезапно, словно вспомнив о чем-то, отдернула их и грустно улыбнулась Джейн:

— Полагаю, сначала мама, а потом уж бабушка.

Джейн подхватила на руки и крепко прижала к себе драгоценное сокровище. Быстро оглядев девочку, она убедилась, что та цела и невредима. Марианна заморгала голубыми глазенками и зевнула, как будто не было ничего необычного в том, что она находится в самом центре столь драматических событий. Потом взгляд ее переместился на Джейн, и маленький ротик расплылся в беззубой улыбке.

Джейн пронзило такое острое чувство любви, что на глаза навернулись слезы. Она погладила малышку по мягким волосикам, по пухлым щечкам, крошечному ушку, наслаждаясь ее теплом и шелковистой кожей.