Грех и любовь - Смит Барбара Доусон - Страница 7

При воспоминании об Итане Джейн пришла в ужас. Она не должна допустить, чтобы Марианна воспитывалась в этой аморальной обстановке, в доме, в котором ее отец устраивает безобразные кутежи и развлекается с многочисленными падшими женщинами. На леди Розалинду тоже надежды нет. графиня имеет привычку уезжать на континент, когда ей заблагорассудится, и предаваться собственным развлечениям. Сыном она никогда не занималась — Джейн была тому свидетельницей, — так стоит ли ожидать, что она начнет заниматься внучкой?

Значит, заботы о Марианне нужно возложить на себя, решила Джейн. Другого не остается. И начать следует немедленно.

Отдав Марианну Джанетте, Джейн вошла в тускло освещенную спальню, почти все пространство которой занимала кровать под пологом, и застыла на месте.

У кровати стояла леди Розалинда и о чем-то тихо разговаривала с сыном. Судя по тому, что Итан раздраженно ерошил рукой темные волосы, а леди Розалинда стояла подбоченившись, разговор был не из приятных. Похоже, леди Розалинда читала сыну нотацию, а тому это было не по душе.

Джейн хотела тихонько удалиться — лежавший на полу ковер заглушил ее шаги, и она надеялась, что ее никто не заметил, — но в этот момент леди Розалинда бросила взгляд в сторону двери.

— Скажи ей, Итан, — приказала она, подзывая Джейн к себе. — Джейн должна знать о твоем решении.

Чувствуя, как у нее исступленно заколотилось сердце, Джейн поспешно подошла к кровати.

— И что же вы решили?

Бросив на нее высокомерный взгляд, Итан изрек:

— Я намерен отыскать мать ребенка, а посему завтра утром я отправляюсь в Лондон. И забираю Марианну с собой.

Глава 3

— Вы не заберете Марианну! — воскликнула Джейн. — Я вам не позволю!

Она стояла, гордо выпрямившись, решительно расправив плечи, вытянув руки по швам. Королева воинов, да и только!

В проникавшем сквозь высокие окна блеклом послеполуденном свете ее гладко зачесанные волосы отливали медью, что никак не вязалось с ее строгой внешностью. На Итана пахнуло мылом и молоком.

Кислым молоком.

Он брезгливо поморщился:

— Насколько я помню, вы сами хотели, чтобы я взял на себя ответственность за ребенка.

— Да, хотела. До того, как поняла, какой никудышный из вас получится отец. А теперь считаю, что вам лучше оставить Марианну со мной.

— А как, скажите на милость, вы собираетесь ее кормить?

И Итан с оскорбительной насмешкой взглянул на то место под балахонистым платьем с чересчур высоким воротником, где у Джейн располагалась грудь. Внезапно в памяти Джейн всплыл давно минувший день, когда Итан, забравшись на ветку дерева, пытался заглянуть ей в вырез платья. Дело кончилось тем, что ничего примечательного он не увидел, а свалился на куст ежевики и до конца дня занимался тем, что вытаскивал из своей задницы колючки. А Джейн заливалась идиотским смехом.

Но сейчас она не смеялась. Скрестив руки на своей не пригодной для кормления ребенка груди, она заявила:

— Ее будет кормить Джанетта.

— О Боже! — воскликнула леди Розалинда, появляясь из-за спины сына. — Но я собираюсь вернуться в Лондон, и Джанетта просто обязана поехать со мной! Кто же, кроме нее, сможет сооружать мне такие прически?

И она любовно погладила свои золотисто-каштановые волосы. У Джейн упало сердце.

— Но, миледи… может быть, вы все-таки оставите Джанетту здесь? Всего на несколько месяцев, пока Марианна чуточку не подрастет?

Это совершенно невозможно, — ласково возразила леди инда. — Мне очень жаль.

И, отвернувшись к зеркалу в золоченой раме, она залюбовалась своим отражением.

На лице Джейн было написано такое отчаяние, что Итан проникся к ней жалостью. Должно быть, эта история с ребенком была самым волнующим событием в ее жизни, если не считать того дня, когда он свалился с дерева. А было им в ту пору по двенадцать лет.

— Мне тоже очень жаль, — заметил он. — Но вы же сами видите, другого выхода нет.

Но в этот момент Джейн поджала губы, упрямо вскинула подбородок — и жалости Итана как не бывало. Ее место заняло знакомое презрение.

Пренебрежительно глядя на него, Джейн заявила:

— Нет, есть! Я тоже поеду в Лондон. Кто-то ведь должен смотреть за ребенком.

Боже правый! Только ее в Лондоне и не хватало! Будет сверлить его мрачным взглядом за столом, распекать за то, что поздно возвращается домой… Это будет не жизнь, а наказание Господне.

— Я собираюсь нанять опытную няню, — отрезал он. — Так что не беспокойтесь, за ребенком будут присматривать самым лучшим образом.

— И тем не менее я поеду! — упрямо сказала Джейн, шагнув к нему.

Решив действовать не мытьем, так катаньем, Итан подошел к Джейн и, ухватив ее за локоть, повел к двери — Ну же, Джейн, успокойтесь. Вы и так уже достаточно позаботились о Марианне. Вы ведь не хотите бросить свои книги и поменять налаженный образ жизни на городское существование, порочное в своей основе?

Но Джейн и не подумала так просто сдаваться. Упершись каблуками в ковер, она сказала:

— Именно поэтому я и должна ехать. Чтобы защитить Марианну от вашего тлетворного влияния.

— Она будет в полной безопасности. Торжественно вам в этом клянусь. А если я узнаю, что не являюсь ее отцом, я непременно вам сообщу, и тогда можете заботиться о ней сколько вашей душе угодно.

Издав яростный вопль, Джейн стряхнула руку Итана со своей руки и порывисто повернулась к нему:

— Вот видите! Именно это я и имела в виду! Вам на нее наплевать! Если бы это было не так, для вас не имело бы значения, кто ее отец.

— Сентиментальная чепуха! — буркнул Итан. Все его благодушное настроение как ветром сдуло. — Я не обязан заботиться о чьем-то незаконнорожденном ребенке.

— И поэтому я сумею лучше о нем позаботиться. Мне все равно, чей это ребенок!

— Я же вам сказал, что не брошу его! — взревел Итан. — Если он мой — А если нет, сдадите ребенка в приют? Бросите ее, как…

В этот момент послышался громкий хлопок в ладоши.

— Хватит ссориться! — заявила леди Розалинда. В зеркале, перед которым она стояла, прихорашиваясь, отражалась ее стройная фигурка. — Право, можно подумать, что вам обоим все еще по десять лет. Джейн, мне нравится твоя идея поехать с нами в Лондон. Это было бы блестящим выходом из положения.

Угрюмое лицо Джейн просияло.

— О, миледи! Благодарю вас.

— Она с нами не поедет! — отрезал Итан.

— Но Джейн абсолютно права. Марианне нужна мать, а не просто няня.

Вперившись мрачным взглядом в леди Розалинду, Итан раздраженно бросил:

— Странно! Насколько я помню, когда я был маленьким, ты целиком вверила меня заботам няни, и тебя это вполне устраивало.

Леди Розалинда беззаботно пожала плечами:

— Тогда была совершенно иная ситуация. Твой дорогой покойный батюшка считал, что мать не должна заниматься воспитанием сына, поскольку может его избаловать. Но речь сейчас о том, что я нашла выход из создавшегося положения.

Леди Розалинда перевела взгляд с сына на Джейн, и на губах ее заиграла легкая улыбка, которая Итану не понравилась. Мать явно что-то замышляла, он мог бы дать голову на, отсечение.

— И этот выход в том, чтобы Джейн оставалась здесь, в Уэссексе, где ей самое место, — заявил он.

— Не упрямься, Итан, — с упреком сказала леди Розалинда. — В конце концов, Джейн — моя крестница, и я слишком давно пренебрегала своими обязанностями по отношению к ней. — Она бросила взгляд на Джейн, и улыбка ее стала еще шире. — И поэтому я приглашаю ее с собой на лондонский сезон.

Прилипнув носом к окну, Джейн с благоговением взирала на городской пейзаж, пока карета медленно продвигалась по запруженной повозками и экипажами улице. Никогда в жизни ей не доводилось видеть столько домов, собранных в одном месте. По настоянию леди Розалинды Джанетта с Марианной ехали в багажной карете, а Итан скакал впереди на великолепном гнедом жеребце — высокий, видный мужчина. С момента их ссоры он и словом не обмолвился с Джейн. Лишь внимательно рассмотрел оставленную в пеленках Марианны карточку и равнодушно заметил, что не узнает почерка.