Грех и любовь - Смит Барбара Доусон - Страница 55

— Нет! Не говори так! Я люблю тебя, Итан. Тебя!

Глаза его потемнели от страсти. Взгляд стал расплывчатым и каким-то диким. Он яростно, исступленно задвигался, вонзаясь в нее все глубже, словно больше не в силах был сдерживаться. Однако Джейн не испугалась. Обвив ноги вокруг талии Итана, а руками обхватив его за шею, она отдалась ему со всей страстью, на какую только была способна. Каждый толчок уносил их все выше и выше к небесам, пока Джейн уже не перестала понимать, где она находится и что с ней происходит. Она лишь чувствовала, что Итан, зарывшись лицом в ее волосы, содрогнулся всем телом и простонал:

— Джейн… О Господи… Джейн… :

Сознание медленно возвращалось к Итану. Потрескивание угля в камине… Запах тела Джейн… Чувство удовлетворения. Дождь барабанил по крыше. За окном сверкали молнии.

«Как вовремя разразилась гроза», — подумал он. Джейн лежала, обхватив его руками, теплая, расслабленная, и внезапно сладкая мука сдавила ему грудь.

Он погубил ее… Но все же ни с одной женщиной ему еще не было так хорошо. Ни одна с такой искренностью не заявляла, что любит его.

Конечно, она себя обманывает. Воспитанная в строгих правилах, Джейн не решилась бы на такой шаг, не убедив себя, что влюблена. Он не должен позволять ей и дальше обманываться.

Итан начал медленно приподниматься, высвобождаясь из ее объятий, и вдруг его как громом поразило.

Он не поберег ее!

Закрыв глаза, Итан застонал от ужаса, еще не веря в случившееся, и, перекатившись на спину, вцепился руками в волосы. Что же он наделал! О Господи! Никогда еще он не совершал такой глупости с тех самых давних пор, когда одна шустрая вдовушка научила его этому способу предохраняться.

— Итан, что случилось?

Он открыл глаза. Джейн лежала на боку и смотрела на него, слегка нахмурив брови, само олицетворение чувственности: завитки темных волос, отливающие медью в свете лампы, шелковистым водопадом струятся по обнаженной груди. Один сосок шаловливо выглядывает сквозь них, вызывая острое желание прильнуть к нему губами.

Она заставила его забыть обо всем. Но почему именно Джейн, единственная из всех женщин? Он сохранял ясный ум с гораздо более опытными и изобретательными партнершами.

Может быть, он так отреагировал на ее нечаянные слова о том, что она его любит? Или на то, что она знала его тайну?

— Одевайся, — пробормотал он и, сев, бросил ей рубашку.

Тонкая вещица упала на ее бедра, и Джейн схватила ее, сжала в руках. В руках, которые всего несколько секунд назад ласкали его. Сев на ковер, она тихо, так тихо, что ему пришлось напрячь слух, чтобы расслышать ее слова сквозь шум дождя, проговорила:

— «Одевайся»? Так вот как это кончается?

— Тебе пора возвращаться к себе, — бросил Итан, натягивая панталоны.

— Ты всегда так же холоден… со своими женщинами?

В голосе ее звучала такая неприкрытая боль, что Итан поразился. Он взглянул на Джейн. Она пристально смотрела на него, обеими руками крепко прижимая к груди рубашку. О Господи! Ну как он мог так обидеть ее?

Присев на корточки, Итан ласково откинул с ее лица прядь волос.

— Прости меня. Я не должен был заниматься с тобой любовью.

Буду молить Бога, чтобы это не имело никаких последствий.

— О чем ты?

— Джейн, ты можешь забеременеть.

Джейн машинально прижала руку к животу. В глазах ее появилось мечтательное выражение, словно она уже была беременной от него. И Итан вдруг представил себе, как Джейн улыбается ему, держа руки на округлом животе.

Нет! Только этого ему и не хватало! Одного внебрачного ребенка вполне достаточно, чтобы осложнить ему жизнь.

— Боже правый, — прошептала Джейн. — Ты же проделывал это десятки раз, а родилась лишь Марианна. Я думала, ты умеешь… предохраняться.

Уязвленное самолюбие не позволяло Итану признаться в том, что он потерял над собой контроль.

— Умею, — буркнул он. — Но сейчас я совершил ошибку.

Оставил в тебе свое семя.

— А ты никогда так не делаешь?

Итан покачал головой:

— Никогда… почти никогда. Хотя, признаться, этот метод не дает стопроцентной гарантии.

— Тогда почему ты со мной так поступил?

— Просто… не успел. — И когда Джейн нахмурилась и открыла было рот, чтобы задать еще пару вопросов, схватил ее за голые плечи. — Если ты обнаружишь, что забеременела, сразу же скажи мне. Поняла?

Глядя на Итана огромными сверкающими глазами — глазами удовлетворенной женщины, Джейн проговорила:

— Ты хочешь сказать, что тогда женишься на мне?

Итан похолодел. Горло у него перехватило, и он поспешно отвернулся, не в силах больше выдерживать ее взгляд.

— Давай пока не будем беспокоиться о том, что еще не произошло. Вдруг все обойдется?..

— Ты говоришь — не беспокоиться? — Джейн с трудом села, все так же прижимая рубашку к груди. — Но нам придется об этом говорить. Я ведь даже не представляю, как узнать… беременна я или нет.

— У тебя перестанут идти месячные. Когда они были в последний раз?

Щеки Джейн покрылись румянцем, однако она по-прежнему не отрывала глаз от Итана.

— Несколько дней назад.

Итан облегченно вздохнул.

— Отлично, — сказал он, натягивая рубашку. — Будем считать, что нам повезло.

— Как ты можешь быть в этом уверен? Я ведь не сразу узнаю, прав ты или нет. Еще немало недель пройдет. А пока…

— А пока ты вернешься в свою комнату. Давай молить Бога, чтобы никто тебя здесь не увидел. Иначе твоей репутации конец.

— Если мы поженимся, ей ничто не будет грозить.

Итан вновь почувствовал, как от ужаса по телу пробежали мурашки.

— Я уже был один раз женат. Поверь мне, больше не собираюсь совершать ту же ошибку.

— Значит, ты предпочитаешь погубить мою репутацию.

Итан не знал, что делать, как отреагировать на подобное замечание. Ладони его покрылись липким потом. Хотелось одного: выставить Джейн из комнаты и забыть обо всем, что произошло.

— Этого не случится, — повторил он. — Если повезет, никто не узнает, что я тебя совратил.

Пристально посмотрев на Итана, Джейн перевела взгляд на ковер у камина и нахмурилась. Губы ее были плотно сжаты.

Те самые губы, мягкие и нежные, которые совсем недавно шептали ему слова любви… О Господи! Интересно, о чем она сейчас думает? Может, жалеет о том, что отдалась ему?

Порывисто встав, Джейн надела рубашку — тонкая ткань заскользила вниз, до колен, — и грациозным движением потянулась за корсетом.

— Теперь, когда мы все решили, я должна идти, — заявила она. Голос ее прозвучал холодно и сдержанно, так же, как всегда.

Почему у него такое чувство, что они не пришли ни к какому решению? Что он разрушил их дружбу и глубокая пропасть, лежавшая между ними, стала еще глубже?

Он застегивал рубашку, глядя, как Джейн, наклонив голову, затянула шнуровку корсета, надела бирюзовое шелковое платье, грациозно облегавшее ее стройную фигуру, и принялась застегивать пуговицы на спине. Видя, что ей не удается это сделать, Итан пришел ей на помощь. Пальцы его нечаянно коснулись бархатистой кожи ее плеч, и он почувствовал, как Джейн напряглась.

Она его презирает. Быстро же это произошло. Что ж, этого следовало ожидать. Она не думала о последствиях, отдавая свою невинность ему, безалаберному светскому ловеласу. А он знал, что, когда страсть угаснет, романтическая пелена спадет с ее глаз и она увидит его совсем в другом свете. Знал и все-таки не мог отказаться от того, что она ему предлагала.

Он продел в петлю очередную крошечную пуговицу. Он сотни раз оказывал подобные услуги женщинам, разыгрывая из себя горничную после любовных утех. Но никогда еще не испытывал подобного сожаления.

И никогда еще не был готов начать все сначала.

— Джейн… — пробормотал он.

Он потянулся к ее нежной шейке, чтобы поцеловать, но Джейн отпрянула в сторону и, присев, начала собирать черепаховые шпильки, выпавшие из волос.

— Ну вот, — сказала она, поднимаясь. — Все собрала.

Можно уходить.