Проповеди 1 - Протоиерей (Смирнов) Димитрий - Страница 38

Мы, такие немощные, мало знающие, малоопытные, призваны к великому делу – спасению вселенной. Хотя нас осталось очень мало во всем мире, но тем не менее Господь вверяет нам такую грандиозную задачу. И любое малое дело, сделанное для Господа со смирением, приносит великий плод.

Господу нужен каждый человек: и простой рыбак Петр, и величайший ученый и мудрец Павел. Мы можем для подражания избирать себе любого, а Церковь их прославляет и любит вместе. И очень много есть таких святых, которые при жизни испытывали даже некоторые трения друг с другом – например, Нил Сорский и Иосиф Волоцкий или Феофан Затворник и Игнатий Брянчанинов. При жизни у них были по некоторым предметам разные мнения, а Церковь их и в один день прославила, и любит их одинаково, и обоих почитает замечательными учителями церковными.

Мы такие непохожие, каждый из нас особенный, как листочки на дереве, которые все различаются. Но каждый нужен Господу, и от каждого Господь ждет, чтобы хоть две лепты были им положены в дело спасения и своей души, и своей семьи, и своего города, и своего народа, и всего человечества, и всей твари, и всей вселенной. Несмотря на нашу худость, мы являемся избранниками Божиими. Почему можно с уверенностью это сказать? Потому что ни один из нас сам себе веру не изобрел; Господь Сам нас выбрал и Сам поставил перед Собой. Как Он начал с апостолов, так кончает нами. Раз Господь нас призвал, значит, Он считает, что мы вполне можем что-то созидать. И мы должны над этим трудиться. Кто трудиться не будет, тот будет извержен вон, и такие случаи бывают.

Сколько отпадает людей! Жалко, со скорбью это видишь, как с мясом от сердца рвется, а что делать? Ленится, не желает человек трудиться для Господа – и сразу духовно оскудевает. Вот как печка: ее натопили – и она горячая, в доме тепло, можно до вечера не топить. И завтра утром еще будет тепло, а к вечеру уже станет прохладно, а через неделю никто и не поверит, что дом топился. Так и во всем. Вот только день перестань молиться, не прочитай вечернее правило – утром уже совсем молиться не хочется. Один раз воскресенье пропустил, два пропустил, а потом уже: ну зачем в храм ходить, можно и дома молиться. А потом достаточно Бога и в душе иметь, а потом достаточно и не иметь, а просто думать, что все мы верующие, все мы крещеные. Но и Гитлер был крещен – и это его ни от чего не спасло.

Поэтому надо всегда тот дар, который нам Господь дал – дар веры, – обязательно возгревать. Это наш главный труд, потому что только огонь, который есть в нашем сердце, может кого-то еще зажечь. Если мы никого зажечь не можем, значит, в нас огня этого нет – надо прямо так и засвидетельствовать. А если тлеет хоть маленький уголечек, то и надо над ним трудиться, этот огонек раздувать, что-то в него подкладывать. Раздувание – это наша молитва, а подкладывание дров – наши добрые дела.

Глупо к тлеющему маленькому угольку подкладывать большое полено, поэтому не надо браться за большие дела, надо делать малые: сумочку кому-то поднести, за кого-то раз в недельку посуду помыть. И если наша жизнь будет складываться из таких мелочей, то постепенно мы очень многого сможем достичь в духовной жизни. И через мытье посуды нам Господь может скорей открыться, чем через какие-то грандиозные замыслы, которые обычно лопаются, как мыльные пузыри, потому что эти замыслы все воздушные.

Спаси всех, Господи. Аминь.

Крестовоздвиженский храм, 3 мая 1989 года

Петров день

Закончился Петровский пост, мы вступаем в праздник первоверховных апостолов Петра и Павла и на следующий день как попразднство совершаем Собор святых апостолов.

Вселенская Церковь память Петра и Павла чтит так же, как вместе отмечает память Иоанна Златоустого, Василия Великого и Григория Богослова. Тем самым она свидетельствует, что они равно угодили Богу, хотя если мы вглядимся в жизнь этих апостолов, то увидим, сколь они различны: неграмотный простой рыбак Петр и мудрейший Павел, который был очень учен и знал несколько языков. Петр был женат, а Павел девственник. Петр был самым приближенным учеником Господа, а Павел никогда при жизни Господа не видел и даже с апостолами очень мало общался.

Павел был прекрасным юношей, даровитым, замечательно воспитанным, чтущим закон, любящим Господа, фарисеем и сыном фарисея, одним из любимейших учеников Гамалиила; он мог бы быть первосвященником Израиля. Почему же Господь медлил и обратил его к Себе после всех апостолов? Для чего попустил ему стеречь одежду, когда бросали камнями в Стефана? Ведь свет, который осиял его на пути в Дамаск, мог его просветить и годом раньше. Почему в промысле Божием было так устроено, разве Павел был менее других достоин послужить Христу? Нет, он был достоин более, и потрудился он больше всех других апостолов, но свойство падшего человека таково, что чем больше ему дано от Бога, тем больше он склонен к гордости.

У нас у всех есть такая черта: то, что дано от Бога, приписывать себе. Мы почему-то считаем, что те дарования, которые имеем по природе, являются нашим преимуществом перед людьми. Часто человек кичится умом – но может ли он сам себе ума прибавить? Кичится и образованием – а если бы родители не потрудились, то никакого бы образования не было, потому что это все труд старших. Человек безумно кичится своим ростом, – хотя разве может он свой рост изменить? – или внешностью, или еще чем-нибудь. Это происходит от того, что в силу падшести нашего естества, в силу гордости у нас помрачается ум.

Вот этой страшной заразы, гордости, и опасался Господь, поэтому Он попустил Павлу быть сперва гонителем Церкви. И это его потом всегда останавливало и смиряло; вспоминая свою юность, он говорил: я был извергом. Господь помог Павлу также тем, что послал ему постоянную болезнь. И хотя апостол Павел исцелял сотни и тысячи людей и воскрешал мертвых, но сам болел – для того, чтобы смиряться, потому что болезнь не дает человеку превозноситься.

И апостол Петр был тоже постоянно смиряем Господом. Христос его очень любил за его горячую преданность и всегда брал с Собой: и когда преобразился на горе Фавор, и во все другие особо важные минуты Своей жизни. Петр ощущал эту любовь и близость Господа к себе и часто произносил весьма самонадеянные речи. Так и перед крестной смертью Спасителя он сказал: я готов с Тобой идти на смерть. Но Господь предрек, что он трижды в эту ночь отречется от Него. Почему апостолу Петру было попущено отречение, почему он вдруг испугался? Вообще почему людей иногда посещает страх? Страх возникает в душе человека, когда от него отходит Дух Божий и он остается предоставленным самому себе. Когда же в человека вселяется Дух Божий, с Ним приходит совершенная любовь, изгоняющая страх.

Апостол Петр был так смирен Господом, потому что благодать, которую он должен был принять, – это огромный дар и удержать его можно лишь величайшим смирением. Бог гордым противится и только смиренным дает благодать. Имея такой дар, не возомнить о себе необычайно трудно, поэтому Господь и помогал Своим ученикам таким образом, промыслительно попускал им падать, чтобы укрепить их в этой главной, необходимейшей христианской добродетели. Смирение есть цемент, скрепляющий камни христианских добродетелей в стену, из которой образуется домостроительство нашего спасения.

Даже в том, что Церковь величает сперва неученого Петра, а потом ученейшего Павла, чувствуется промысел Божий – опять Господь Павла смиряет, хотя он больше сделал, чем Петр: больше людей к Богу обратил, больше на ниве Господней потрудился.

В начале земной жизни Христа Спасителя мы видим, что к его колыбели пришли сперва пастухи, а уже потом ученые мужи, волхвы. К сожалению, ум часто является препятствием на пути к Богу. Поэтому простецу легче Бога узреть, и во все времена в любом православном храме всегда людей простых было больше, а ученых меньше. Не так надмевает человека внешняя красота, физическая сила, красивый голос или еще что-нибудь, как ум. В нем заключается его главное преимущество перед остальными существами видимого мира, поэтому им-то и кичится он более всего, забывая о своем Творце и Подателе этого ума и всех остальных дарований и возможностей.