Руководство астронавта по жизни на Земле. Чему научили меня 4000 часов на орбите - Хэдфилд Кристофер - Страница 68

Одно из моих достижений, которым я горжусь больше всего, совершенно не связано с полетами в космос, и даже с профессией астронавта: в 2007 г. мы с моим соседом Бобом построили пристань возле нашего коттеджа. Длившиеся годами разногласия между предыдущими хозяевами нашего коттеджа привели к появлению двух параллельных, полуразвалившихся пирсов, чудным образом разделенных пограничной зоной, которая, словно магнит, притягивала мою престарелую собаку. Мы с Бобом поставили перед собой смелую задачу отремонтировать пристань своими силами, чтобы сэкономить немного денег. Наши любящие жены только хмуро спросили: «Вы это серьезно?»

Вдохновленные, мы решили сломать оба причала и построить новый, мощный суперпричал, на котором мог бы даже приземлиться небольшой самолет. Нам оставалось лишь купить целый склад пиломатериалов, арендовать баржу, нанять сваебойную машину и работать с утра до ночи весь свой летний отпуск. Как при строительстве стыковочного модуля на станции «Мир», мы решали долгосрочную задачу и объединяли две прежде враждовавшие стороны, и этот опыт получился таким же полезным и приносящим удовлетворение, а может, и больше, поскольку задачу мы поставили себе сами, а ее выполнение зависело только от наших навыков и изобретательности. Строительство причала казалось самой увлекательной работой в мире, и я до сих пор считаю, что его успешное завершение стало моим главным достижением в том году, хотя в тот период, кстати говоря, я был руководителем работ на космической станции в центре подготовки астронавтов.

Я действительно нахожу полезным каждый день своей жизни, вне зависимости от того, провожу я его на планете или в космосе. Я усердно тружусь, занимаясь любым делом, ремонтирую ли трюмный насос в своей лодке или разучиваю новую песню на гитаре. И я нахожу удовлетворение в малых делах, даже играя в скрабл через Интернет со своей дочерью Кристин (мы часто с ней играем), или читая письмо от первоклашки, который хочет стать астронавтом, или подбирая обертку от жвачки на улице. И поэтому я совсем не боялся оставить свою карьеру. Кроме того, я приобрел в НАСА богатый опыт спуска по карьерной лестнице.

Завершение карьеры совсем не обязано быть эмоциональным ударом, если вы верите, что хорошо делали свою работу и подготовились к уходу. Когда программу шаттлов закрыли, журналисты постоянно упрашивали меня поделиться своей личной болью: «Мы знаем, что вы огорчены завершением программы, но расскажите, насколько вы огорчены?» А я совсем не был огорчен. Я был горд. Я был частью команды, которая осуществила 135 полетов шаттлов и успешно использовала эти корабли для вывода телескопа Хаббл на орбиту, для строительства модуля станции «Мир» и Международной космической станции. Нам удалось восстановиться после двух кошмарных трагедий — гибели шаттлов Challenger и Columbia. После катастрофы Columbia многие люди говорили, что пришло время отказаться от шаттлов — какой смысл снова лететь в космос, зачем рисковать жизнью? Но, несмотря на упрощенную точку зрения, растиражированную в СМИ, и вопреки всем пессимистам, у которых не было знаний о проблемах, но были мнения, мы победили и шаттлы продолжили полеты. Сложность задачи, для решения которой требовался шаттл, была потрясающей — проектирование МКС еще даже не было завершено, когда первые ее модули были отправлены на орбиту, и тем не менее мы и с этим справились. Так что не было никаких причин грустить о том, что эра шаттлов подошла к концу и теперь эти корабли отправились в музеи. Они были замечательными рабочими лошадками космических исследований, и они справились со своими задачами.

К своему увольнению я относился так же. Я сделал все что мог, я справился с поставленными задачами, и теперь пришло время идти дальше. В отличие от шаттла, меня не отправят в музей. Правда, как выяснилось, в этом я ошибся. Несколько лет назад музей Британской Колумбии изъявил желание получить гипсовый слепок моего лица, чтобы приделать его к манекену (здесь, читатель, можешь оставить свой остроумный комментарий). В инструкциях была полезная заметка, в которой говорилось: «Дело нехитрое, не то что ракетой управлять». Мы с Хелен вскрыли пакет. В присланном наборе была зеленая липкая масса для моих волос, бровей и усов, розовая — для остальной части лица, и гипсовые ленты для того, чтобы собрать и соединить это все вместе. Но, несмотря на исчерпывающие инструкции, случилась катастрофа. В процессе изготовления маски Хелен заклеила мне ноздри, так что я чуть не задохнулся. Липкая масса затвердевала слишком быстро, и гипс не прилипал к ней. Маска рассыпалась. А после того, как я полежал на полу в луже меловой пыли, я подхватил ушную инфекцию.

Я решил, что не стану повторять попытку, предположив, что так и должно было случиться. В любом случае безликий манекен — отличное символичное представление одного из самых важных уроков, который я получил как астронавт: нужно ценить мудрость смирения и то чувство перспективы, которое она дает.

Именно это и помогло мне спуститься вниз по карьерной лестнице, как по трапу корабля. И больно не будет, если я решу взобраться на еще одну.

Благодарности

Эта книга очень важна для меня. Работа над ней помогла собрать вместе многие разрозненные воспоминания, мысли и события не только на бумаге, но и в своем сознании. Возможность держать в своих руках книгу, этот ощутимый, вещественный результат моих решений и жизненного выбора, сродни чуду рождения новой жизни.

Я признателен многим людям — моим друзьям, семье, всем, кто работал вместе со мной на благо общей цели. Многие даже не осознавали до конца, как много они сделали, какой существенный вклад внесли, поскольку только в своих воспоминаниях и мыслях я обсуждал с ними их помощь в формировании моих убеждений.

Я не имею возможности поблагодарить всех, поскольку тогда пришлось бы выпускать отдельную книгу еще большего объема, так что я обращаюсь к самым близким людям и принимаю неизбежный факт, что могу не вспомнить здесь кого-то важного и дорогого.

Моя семья бесконечно поддерживала меня, служила источником нескончаемых историй, советов и позволяла мне все. Я посвятил книгу Хелен, поскольку нет никого, кто заслуживал бы этого больше ее. «Полковник говорит» спасибо Кайлу, Эвану и Кристин, которые росли со вспыльчивым, серьезным, властным и по большей части отсутствующим отцом. Дети, я крайне горжусь каждым из вас и хвастаюсь вами перед всеми остальными. Родители, Роджер и Элинор, вы воспитали во мне свои ценности и принципы и поверили в меня, особенно когда я следовал за призрачной целью, которая превратилась в реальность космических путешествий. Грандиозные высоты в этой жизни были достигнуты благодаря тем основам, тому фундаменту, который вы заложили. Брат Дэйв, ты проделал долгий путь до Байконура, только чтобы мы могли сыграть вместе перед стартом. Твоя музыка всегда и везде со мной.

Хорошие люди часто притягиваются друг к другу. Рик Бродхед, твой веселый нрав, понимание и упорство сделали тебя моим большим другом и хорошим агентом. Элинор Филион, я ценю твою практическую помощь и моральную поддержку на каждом этапе подготовки книги. Кэйт Филион, ты столько раз перечитывала мою рукопись, что теперь знаешь обо мне все. С тем же трепетом дирижер просматривает новую партитуру, видит и слышит звуки музыки еще до того, как будет сыграна самая первая нота. Ты легенда.

Энн Коллинз и Джон Парсли, ваши смелость и доверие дополняются вашей непреклонностью в достижении цели.

Наконец, я приветствую и благодарю всех, кого не назвал по имени, всех, кто разделил со мной часть своей жизни, всех, кто теперь далеко, моих самых близких друзей, придающих смысл каждому дню моей жизни. Всех обнимаю.