Стратег - Смирнов Александр - Страница 144

Флот патрулировал границы с Конфедерацией зеерян, получив указание не вступать в бой ни при каких обстоятельствах. Единственным значимым событием за все это время стало посещение флота Стратегом, еще на пути к границам с Конфедерацией, и возвращение Снежного Барса после выполнения дипломатической миссии. В результате Ямомото первым узнал, что их противник – Империя рэмов.

Зееряне не проявляли никакой активности, и Второй флот контакта с их кораблями не имел. В этом уголке Вселенной царило спокойствие, и, чтобы нарушить это сонное царство, Ямомото устраивал нескончаемые учения и авралы. Все знали, что Второй Звездный флот не примет участия в генеральном сражении. В случае его успешного исхода ему предстояло двинуться на соединение с двумя остальными флотами и совместными усилиями добить противника. О втором варианте старались не думать, но были к нему готовы. Если корабли Империи прорвутся, им предстояло дать бой на ближних подступах к Земле и там остановить противника или погибнуть.

Дежурный офицер сообщил, что командующего вызывают в узел связи. В этот момент Ямомото делился с окружающими секретом, как заваривать жасминовый чай. Прошло не более сорока секунд, и он уже уединился в «коконе» для приема секретного сообщения. На экране появилось озабоченное лицо Адмирала.

– Выделить из общего состава флота до двадцати процентов кораблей в отдельный отряд, – прозвучал сразу после обмена приветствиями приказ. – В основном это должны быть эсминцы, хотя окончательное решение за тобой. Им предстоит совершать пиратские рейды. Условное название отряда – «Флибустьеры» – отражает смысл того, чем предстоит им заниматься. Исходя из этого и подбирай людей – отчаянных, склонных к авантюризму. Максимальное количество контактеров. «Флибустьерам» предстоит базироваться в секторе «Рукава Фортуны». В открытое сражение не вступать.

– Насколько срочно нужно сформировать отряд?

– Действуй не спеша. Времени достаточно. Сам вместе с флотом направляйся на ближние подступы к Земле. Запасы пополните на Плутоне. Конец связи.

Полученный приказ озадачил Ямомото. Похоже на то, что сведения, добытые Снежным Барсом, резко изменили все планы, и теперь уже никто не верил в успех генерального сражения, именно поэтому Второй флот сразу направили на защиту Земли. Идея же с «флибустьерами» Ямомото понравилась, и он с энтузиазмом приступил к формированию отряда. Место, выбранное для его базирования, как нельзя лучше подходило для пиратских налетов. «Рукава Фортуны» – своеобразное космическое Саргассово море. Большим звездолетам там делать нечего. Два «Рукава», как две дороги, рассекали этот сектор, и только они были доступны для громоздких кораблей. Лишенные возможности маневрировать, они представляли собой отличную мишень для более мелких эсминцев, которые могли свернуть с проторенной дороги и укрыться в глубинах сектора, в сплошном месиве космической пыли. «Рукава Фортуны» располагались между Конфедерацией зеерян и Империей рэмов, что давало возможность «флибустьерам», совершив налет на корабли рэмов, укрыться там, где их преследование сильно затруднено.

Личный состав Второго Звездного флота на шестьдесят процентов состоял из японцев, китайцев, корейцев, вьетнамцев. Согласно инструкции, по десять процентов приходилось на представителей тех национальностей, которые составляли большинство в двух других флотах, в данном случае русскоговорящих и англоговорящих. Ямомото решил сформировать три независимых отряда «флибустьеров» в рамках указанной численности. Японскую группу возглавил Хидэки Тонэгава, чей далекий предок участвовал в налете японской авиации на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор. Богданович, потомок белорусских партизан, возглавил русских «флибустьеров». Последний, французский, отряд оказался в подчинении Жака Бруссара, прапрадедушка которого был участником французского Сопротивления – маки. При назначении все эти биографические подробности сыграли не последнюю роль. Ямомото считал, что бунтарский характер предков придет на помощь новоиспеченным космическим пиратам.

Оставшись один, Стратег заварил себе еще кофе и включил ПНК, чтобы просмотреть план на сегодня. До начала заседания Совета у него была расписана каждая минута. Он решился все-таки назначить еще одну встречу. Он не хотел вовлекать ее в свои планы, но лучшей кандидатуры ему все равно не найти. Она одна заменит ему как минимум пятерых. Его взгляд упал на столик у окна с расставленными шахматными фигурами. Ему вспомнилось одно из высказываний Низам ад-Дин Мир Али Шир: «Когда кончаются шахматные бои, все фигуры одним махом сбрасываются в мешок, где пешки лежат вперемешку с королями. В жизни происходит то же самое». «Так и я сейчас, – подумал Стратег, – принимая то или иное решение, сметаю фигуры с шахматной доски, при этом кого-то оставляю в живых, а других обрекаю на смерть».

Стояли душные августовские дни. Смог низко висел над городом, усиливая жару и затрудняя дыхание. Александр с утра пребывал в состоянии прострации. Друзья разъехались кто куда, и он, не в силах усидеть дома, бесцельно бродил по каким-то закоулкам. От идеи выпить кружечку пива он отказался сразу, едва завидев бесконечные серые очереди. В них стояли по три часа, тупо глядя друг другу в спину, и жаждали взять дрожащими руками заветную кружку, сдуть пену и, жадно прильнув к ней, залпом влить в себя живительную влагу. Правда, многих ожидала печальная участь просто уткнуться в табличку «Пива нет».

Мысли о никчемности своего существования опять овладели им. Последнее время он постоянно находился в обществе друзей и почти забыл об этих приступах одиночества. Мысль же скоротать время в обществе какой-нибудь девчонки впервые вызвала в нем отвращение. Устав от шатания по городу и не найдя ничего лучшего, он просто завалился в постель…

Мокрая от пота простыня противно прилипала к голому телу. Спасительный сон никак не приходил. Нос предательски заложило, и юноша жадно хватал ртом воздух. Он задыхался. Левая часть тела словно окаменела. Каждый удар сердца молотом отдавался в голове. Мысли начали путаться…