Сказки и песни цыган России - Гесслер Н. А. - Страница 15

— Ты прости нас, батюшка, не пойдем мы замуж за него!

— А ты что молчишь? — спрашивает царь у младшей своей дочери.

Потупила девушка глаза.

— Я хоть сейчас готова с ним под венец идти, — сказала младшая царская дочь, подошла к Незнайке и сияла с него овечью шкуру. Все так и ахнули, когда увидели такого красавца–цыгана, что ни в сказке сказать ни пером описать.

Благословил их царь, и стали они жить счастливо, а про лошачка своего никогда не забывали.

9. Девушка–лебедь

[9]

Был у царя сын. Красотой он славился, умом своим и ловкостью, да только пары себе никак найти не мог. Та ему не по душе, эта не по характеру. Так и ходил царский сын из города в город, но никого не отыскал. Уже считай на край света забрел он. Видит, стоит в лесу избушка. Умаялся в дороге царевич. «Дай, — думает, — в избушку загляну, отдохну с дороги». Заходит. Видит: сидит на лавке древняя старушка и дремлет.

— Здравствуй, бабушка!

Проснулась старушка, увидала царского сына и говорит:

— Здравствуй, сынок. Ты куда свой путь держишь?

— Ой, бабушка! — взмолился царский сын. — Я так устал, так есть хочу! Ты бы меня накормила, напоила, спать бы уложила, а потом спрашивала.

— И то правильно, сынок, — согласилась старушка. — Вон там еда у меня стоит, покушай и отдыхай.

Накормила она царского сына, напоила, а потом он спать лег. Когда царевич проснулся, старушка опять спрашивает его:

— Ну что, сынок, отдохнул?

— Отдохнул.

— Тогда скажи мне, откуда ты и куда путь свой держишь.

— Да вот так и так, так и так, бабушка, — отвечает ей царский сын. — Обошел я весь свет, да только никак не могу найти себе человека по душе.

— Ну что тебе сказать, сынок? Знаю я такую красавицу, что пришлась бы тебе по душе. Живет она так далеко, что не добраться тебе до нее.

— Ой, бабушка, — обрадовался царевич, — ты скажи, где она живет. Раз уж я такой путь проделал, то от своего ни за что не отступлюсь.

— Хорошо, я помогу тебе, — сказала старушка. — Вот тебе кольцо. Надень его на правую руку, чтобы во всех делах своих быть всегда правым. Это кольцо поможет тебе дорогу отыскать.

Отправляется царский сын в путь. Долго идет он и наконец приходит к еще одной лесной избушке. «Зайду–ка я в эту избушку передохнуть», — подумал он и зашел в дом. А там жил древний седой старик.

— Здравствуй, дедушка!

— Здравствуй, здравствуй, прохожий человек. Зачем ты пришел ко мне? Много лет я живу один, не вижу следа человеческого, не слышу голоса людского. Как ты попал ко мне, по какому делу пожаловал? Какую службу могу я тебе сослужить, сынок?

— Ладно, дедушка, — отвечает царский сын, — я тебе все расскажу. Хожу я по свету, ищу себе пару, да только никак не найду себе человека по душе. Зашел я как–то в лесную избушку, там бабушка живет. Она сказала, что есть на свете такая красавица, что по душе мне придется. А еще дала мне та бабушка кольцо, чтобы я с пути не сбился. Это кольцо и привело меня к тебе.

— Знаю, знаю. Та бабушка — жена моя, а красавица, о которой она говорила, то наша внучка. Да только нелегко тебе будет ее взять.

— Научи меня, — попросил царский сын, — помоги мне, все равно я от своего не отступлюсь.

— Тогда слушай. У нашего сына есть двенадцать дочерей. Побоялся он, что когда придет время, то разлетятся все они из родительского гнезда, и проклял их страшным проклятием. От этого проклятия превратились они в белых лебедей. Только дома принимают они вид человеческий да когда купаются. А чтобы не смогли дочери улететь куда–нибудь, построил сын себе дворец на самом краю земли, на высокой скале, на берегу озера Хасан. Ни один человек не в силах забраться на эту скалу. Но если даже и заберется, то сын мой далеко чует дух человеческий. Если же ты сможешь пройти незамеченным, то все равно спуститься со скалы тебе не удастся: или разобьешься насмерть, или слуги сына тебя догонят и убьют.

— Так как же мне быть? Научи, дедушка, я век тебя не забуду.

— Ну, слушай. Дорогу к скале тебе кольцо покажет. На скалу эту сам не взбирайся. Все равно не сможешь. Ты подожди. Один раз в год с вершины скалы слетает огромный орел, чтобы в долине отыскать себе пищу и принести еду своим детям. Около скалы всегда пасется много скота. Ты убей одного вола, сдери с него шкуру, завернись в нее, а мясо рядом оставь. Прилетит орел, наестся мясом вола, а шкуру наверх поднимет для детей своих. Как почуешь, что на землю опустился, сразу разрежь ту шкуру и вылезай наружу. Как вылезешь, иди к озеру. Ровно в двенадцать часов прилетают дочери сына на озеро купаться. Сбрасывают они свои перья и идут в воду. Одиннадцать дочерей складывают свои перья вместе, а одна, та которая тебе надобна, сбрасывает перья отдельно. Подкрадись, возьми ее одежду и спрячь. Обнаружит она пропажу, станет искать, просить станет, мол, если старый человек — будешь отцом, средних лет — дядей, а если молодой, то будешь мужем. Вот тогда ты можешь выходить, потому что от слова своего она не отступится. А потом во всем полагайся на нее, она сама скажет, как поступить.

Обрадовался царский сын, узнав, что ему надо сделать, и собрался уходить, а старик его останавливает и говорит:

— И не забудь о своем обещании помнить обо мне, когда все позади будет.

— Да что ты, дедушка, я тебя никогда не забуду.

Все сделал царский сын так, как научил его старик. Нашел он эту скалу на краю света, отыскал стадо волов, убил одного вола, содрал с него шкуру, а мясо сложил отдельно. Завернулся царский сын в воловью шкуру и стал ждать. Прилетел орел, склевал все мясо до костей, а потом ухватил когтями воловью шкуру и потащил на скалу. Как только опустились на вершине скалы, царский сын рассек ножом шкуру и вышел вон. Подошел он к озеру и стал ждать. И вправду, в двенадцать часов раздался шум крыльев, и на берег слетела стая белых лебедей. Скинули они свои перья и превратились в красивых девушек. Одиннадцать сложили свои перья в одном месте, а одна — в другом, отдельно от своих сестер. Подкрался царский сын, улучил момент и стащил перья младшей дочери, что отдельно от всех раздевалась. Вылезла та из воды, стала свою одежду искать — никак найти не может. Взмолилась тогда она:

— Выйди, отзовись тот человек, что перья мои взял. Никакого зла от меня не будет. Если ты старый человек, то почитать тебя стану, как отца родного, если в средних годах, то уважать стану, как родного дядю, а если ты молод годами, назову тебя мужем своим и любить буду до самой смерти.

Вышел тогда из кустов царский сын. Разговорились они между собой.

— Слушай меня, — говорит она. — Раз сумел ты в такой дальний свет прийти, столько испытаний преодолеть, то и я от своих слов не откажусь, стану твоей женой. Да только уйти нам отсюда будет непросто. Строг мой отец. Найдет тебя — не будет нам пощады. Ну да будь что будет. Пойдем.

Привела она его к себе в комнату, стала держать взаперти, чтобы никто его не смог увидать и обнаружить. Сама днем летает, а он прячется от чужого взгляда. Тем временем стала младшая дочь собирать перья, чтобы смастерить из них одежду с крыльями для царского сына. Сколько времени прошло — говорить не будем. Может, три месяца, а может, два. Однако работа ее стала подходить к концу. Как–то раз говорит младшая дочь царскому сыну:

— Ну–ка надень свою новую одежду. Хочу я посмотреть, все ли перья на месте прилажены, нет ли нехватки какой.

Надел царский сын эту одежду. Посмотрела она — все вроде на месте, все ладно сшито.

— Попробуй полетать по комнате.

Стал царский сын летать, и так ему это понравилось, словно он всю жизнь только и делал, что летал.

— Все, — сказал он, опустившись на пол, — сегодня же ночью улетим с тобой отсюда. Хватит мне взаперти у тебя в комнате сидеть.

— Куда же мы с тобой улетим? Прознает отец — догонит нас с тобой и убьет.