Преследуемый (ЛП) - Хирн Кевин - Страница 15

Весь ассортимент состоял, в основном, из литературы на тему религии, движения Нью-Эйдж и прочих новомодных течений. Я не заморачиваясь покупал их в ближайшем книжном и расставлял на полках. Правда, несколько серьезных книг заклинаний у меня тоже было. Плюс вокруг расставлены фигурки Будды, разных индуистских богов и благовония. Я бы прикупил несколько распятий на продажу, но только спроса на них никогда не было — набожные христиане предпочитали обходить магазин оккультной магии стороной. А вот кельтские кресты и сувениры с изображениями Зелёного человека продавались неплохо.

Перри удивленно поднял брови.

— Вторую кассу?! Уверен, что клиентов будет так много?

Я кивнул.

— У меня предчувствие, что день будет не совсем обычным.

А по правде говоря, я просто не хотел подпускать его к аптекарскому прилавку, где лежал Оберон.

— Захочешь отвлечься, можешь разложить карты Таро на витрине; может, удастся продать еще несколько.

— Если их так разложить, кто-нибудь обязательно стырит.

Я пожал плечами.

— Да не волнуйся ты об этом.

Я не волновался. На всем были чары, вроде тех, что на Фрагарахе. Ни одну вещь нельзя было вынести за пределы магазина, если сначала ее не поднести к кассовому аппарату. Все украденное силой заставляло людей тут же возвращаться обратно.

— Как знаешь, пойду, включу музыку. Волынку?

— Не, давай что-то из гитары — включи тех двух мексиканцев, Родриго и Габриелу.

— Понял, — Перри направился к музыкальному центру, а я в это время наполнил пару чайников и поставил их на плиту. Как только мы откроемся, сюда заглянут несколько постоянных клиентов, начинающих день с чашки чая, так что вода успеет вскипеть к их приходу. Я взглянул на газетный стенд — Перри уже успел положить новые.

Звуки испанских гитар заполнили магазин, заманивая клиентов в мир, где они смогут не только отдохнуть от рабочей рутины, но и окунуться в мир истории, наполненной тайнами и загадками. Перри направился к входной двери, гремя ключами.

— Можно открывать? — спросил он. Я кивнул.

Первым посетителем стал мой «дневной» адвокат, Холлбьёрн Гаук — или просто Холл для друзей. Сегодня на нем был темно-синий костюм в полоску, белоснежная сорочка и светло-желтый галстук. На голове, как всегда, идеальная укладка. Мужественные черты лица и ямочка на подбородке. Если бы я не знал, что он оборотень, решил бы, что к нам пожаловал сам президент.

— Ты утренние газеты читал, Аттикус? — спросил он, переходя сразу к делу.

— Нет еще, — ответил я. — И вам тоже с добрым утром, мистер Гаук.

— Взаимно. Но тебе лучше поскорее заглянуть в них.

Он схватил со стенда экземпляр Аризона Репаблик и хлопнул им по прилавку передо мной, ткнув пальцем в один из заголовков.

— А теперь скажи-ка мне, молодой человек, — видно было, что он начинает раздражаться. Фальшивый ирландский акцент сошел на нет, уступив место настоящему — исландскому, — что ты знаешь обо всем этом?

Заголовок гласил, СМОТРИТЕЛЬ НАЙДЕН МЕРТВЫМ В ПАПАГО ПАРКЕ.

И тоже отбросил свой фальшивый американский акцент.

— Я бы мог рассказать немного, но только в присутствии своего адвоката.

— Так я и думал. Слышал бы ты, как вчера хохотал Койот. Неприятности других всегда вызывают у него бурное веселье.

— Все так. Видимо вскоре мне понадобится ваша помощь.

— Несомненно. Тогда увидимся за ланчем, в Rúla Búla. Подойдет?

Это был ирландский паб в конце Милл Авеню. Лучший из всех пабов в городе, а, может, и в стране.

— Я подумал, пора нам серьезно поговорить. Так, почему бы не сделать это за лучшими рыбой и чипсами, которые не найти больше ни в одном из тридцати штатах.

Я кивнул.

— С удовольствием, сэр.

Не могу понять, откуда он взял цифру тридцать? И какие это двадцать штатов, где рыба с чипсами лучше? Признаться, я почувствовал укол совести. Качество национальной ирландской кухни в стране волновало его гораздо больше. Поиск лучших ирландских ресторанов был важной задачей для меня, которую я вскоре забросил. Многие из них были неплохи, но редко в каких встречалось внимание как к рыбе, так и к чипсам. Наличие в городе Rúla Búla стало еще одним плюсом в пользу покупки здесь постоянного жилья.

— Тогда договорились, — сказал он. — До встречи.

И сразу ушел.

Но его тут же сменили знакомые пожилые завсегдатаи: София, Эрни, Джошуа и Пенелопа. Джошуа взял газету и указал на тот же заголовок, что и Холл незадолго до этого.

— Господи, вы только поглядите на это, — сказал он, шурша страницами, — словно я вновь вернулся в Нью-Йорк.

Он говорил это почти каждый день — в любой газете находилась такая «ужасающая» статья. Так что я, в некоторой мере, привык.

Позже зашел покупатель в поисках «чего-нибудь не Христиано-еврейского» и накупил разных книг по Буддизму, Индуизму и религии виккарий.

— Надеюсь, вы обретете гармонию, — сказал я, и он уважительно поклонился, перед тем, как уйти. Что ж, хотя бы старался искать. А затем произошло кое-что необычное.

Девушка была ведьмой. Ее собственные чары излучали предупреждение, и, хотя я не был особенно силен в этом, знал, что защитные чары они просто так не накладывают. Быстро пробормотал под нос заклинание, чтобы ни один волосок не падал с моей головы. Ведьмы могли сотворить с человеком ужасные вещи, если у них есть ваш волос, кровь или даже ногти. К тому же, я не знал ее намерения. Внешне она и на ведьму-то не похожа — просто современная студентка — никаких тебе лохмотьев, остроконечных шляп, бородавок на крючковатом носу. Светлые русые волосы собраны в хвост, неяркий макияж, нежно-розовый блеск для губ.

На ней был кружевной топ, большие белые солнечные очки и розовый смартфон в одной руке, наперевес с ключами на ярком брелке. Супер-короткие бирюзовые шорты открывали стройные загорелые ноги. Ногти на ногах были покрашены розовым лаком, в тон сандалиям.

Она огляделась вокруг, проверяя скорее то, что не могли видеть простые смертные, и направилась к аптекарскому прилавку. На вид ей было где-то двадцать-двадцать один, как и мне. Но, по собственному опыту знаю, что внешность бывает обманчива. Точный возраст я сказать не мог, но глаза за темными стеклами выдавали, что она была гораздо старше. В них не было этой очаровательной детской безмятежности. Но и до векового юбилея ей далеко, судя по ауре. Тонкой и подвижной, без намека на долгое бессмертное существование. А раз она смогла увидеть чары снаружи и внутри магазина — мой возраст для нее уже не секрет.

— Ты, случайно, не владелец этого магазина? — спросила она, подойдя к витрине.

— Да. Могу я чем-то помочь?

— Аттикус О'Салливан?

— Ага, — кивнул я. Кто-то направил ее ко мне. Нигде в магазине нет таблички с моим именем.

— Я слышала, ты можешь составлять разные магические смеси трав.

— Ну, вроде того. Я могу приготовить тебе чашку отличного зеленого матэ с дополнительной порцией антиоксидантов. Заварить одну?

— Звучит здорово, но недостаточно магический для моих целей.

— Хм... Так что именно ты ищешь?

— Мне нужен чай... который отпугнет от меня парня. Сделает меня непривлекательной для него.

— Что? Погоди. Ты хочешь стать непривлекательной?

— Для того парня — да. Можешь сделать такой чай?

— Если я все понял правильно, ты хочешь что-то вроде анти-Виагры?

— Да, ты все понял правильно.

Я пожал плечами.

— Теоретически это реально, — она заулыбалась. Ряд ровных белых зубов. Прямо для рекламы зубной пасты, — а как ты обо мне узнала?

— Я из ковена Радомилы, — ответила девушка, протягивая руку, — самая младшая из них. Эмилия. Но здесь в Америке, просто Эмили.

Я расслабился: с Радомилой у меня были теплые дружеские отношения. Она была лидером ковена Темпе, тринадцать ведьм, которые четко представляли, что значит быть ими. И у всех были древние имена, но в жизни они пользовались современными. Радомила была очень сильной ведьмой, с такими стараются не ссориться. В битве один-на-один я, пожалуй, смог бы выиграть, но, если они соберутся всем ковеном — мне не жить. И плевать им на покровительство Морриган, у них самих, наверняка, была богиня-покровительница.