Путь эльдар: Омнибус (ЛП) - Кинг Уильям - Страница 105

Маликсиан склонил голову набок, будто прислушиваясь к голосам каких-то невидимых существ. Он сделал резкий жест рулевому, и «Рейдер» немедленно помчался к внешним границам Вольеров, набирая скорость и смещаясь в направлении башни Беллатониса.

— Так, Беллатонис, похоже, что не один, а два твоих прислужника решили войти в Берилловые ворота. Пешком и в разгар охоты, — с мерзкой улыбкой вскинул голову Маликсиан. — Я думаю, что нам надо поехать и посмотреть, доберутся они до дома или нет.

Червячок тревоги, который терпеливо глодал разум Беллатониса, превратился в гудящую муху паники, которую гемункул безуспешно попытался задавить. Сийин с интересом наблюдал за ним. Теперь было очевидно, что он знал или догадывался, что слуги Беллатониса возвращались с какого-то задания, связанного с визитом Иллитиана. Молчание в данных обстоятельствах казалось наилучшим и единственным вариантом действий, поэтому Беллатонис не совсем убедительно постарался придать себе выражение вежливого равнодушия.

На окраинах Вольеров небеса были значительно спокойнее. Туда-сюда носилось несколько патрульных геллионов, время от времени из клеток-каньонов поднималась спираль летучих существ, ищущих новую добычу. Маликсиан молча показал вниз, на улицу, потонувшую в густых тенях. Беллатонис заметил движение и понял, что это Ксагор. Кожаный плащ заметно трепыхался за спиной развалины, комично мечущегося от одной живой изгороди к другой. Слуга бежал неуклюжими скачками, отчаянно прижимая что-то к груди. Беллатонис надеялся, что это именно тот сосуд, за которым его послали.

— Какая-то посылка, Беллатонис? — заговорщицки прошептал Сийин. — Должно быть, важная, чтобы рисковать…

Маликсиан сердито цыкнул на гемункула и снова перевел внимание на события внизу.

Зрение архонта, по-видимому, граничило со сверхъестественным. Его полуразумный плащ из глаз, а также увеличивающая изображение аугметика в птичьей маске, несомненно, даровали ему такую остроту зрения, о которой его любимые питомцы могли разве что мечтать. Безумный архонт указал на еще одного эльдара, который с кошачьей грацией двигался в дюжине шагов за Ксагором, но даже улучшенные глаза Беллатониса едва могли разглядеть его во мраке. Один из агентов, которых он задействовал? Но он скорее охотился на Ксагора, чем защищал его. Может, это был посланник Сийина, который должен был перехватить развалину и просто представился слугой Беллатониса, чтобы его пустили в Вольеры?

Но в таком случае Беллатонис ожидал бы от Сийина злорадства, которого не наблюдалось. С другой стороны, припомнил мастер-гемункул, его инструкции предусматривали только то, что посылку необходимо доставить в целости и сохранности, о защите курьера ничего не говорилось. Похоже, агент понял это так: беднягу Ксагора надо убить, забрать то, что он нес, и доставить лично. Беллатонис подавил жестокий смешок.

— Посмотрите-ка, — прошептал Маликсиан, снова показывая вниз, — у нашей парочки несчастных возлюбленных появились новые ухажеры.

Охотника тоже преследовали. Невидимые для агента, но ясно различимые с небес, следом за ним двигались несколько рабов. Пока внимание того было занято Ксагором, они подкрались к нему. Три стороны конфликта на миг сформировали идеальную драматическую сцену: Ксагор помедлил возле угла, агент поднял пистолет, чтобы застрелить его, а рабы побежали, чтобы броситься на незащищенную спину агента. Это походило на аллегорический триптих, изображающий одну из тринадцати основ мести. Беллатонис, Сийин и Маликсиан парили над сценой, как боги, бесстрастно ожидая развития ситуации.

Пистолет плюнул осколками, крошечная вспышка разрушила чары, Ксагор запаниковал и сбежал, а на эльдара в плаще в то же мгновение навалились рабы с дубинками. От такой быстрой гибели Маликсиан разочарованно ухнул, но досада архонта оказалась преждевременной. Через миг клубок борющихся фигур распался, два раба остались на земле, корчась в лужах собственной крови. Насколько неосторожен был агент, открывая врагу спину, настолько быстрыми оказались его рефлексы. К сожалению, он вновь проявил отсутствие дисциплины, остановившись, чтобы насытиться агонией рабов, вместо того, чтобы сразу броситься за угол по следам Ксагора.

— А он бойкий. Наверное, юнец, — прошептал Маликсиан, тихо скользя на «Рейдере» следом. Внизу его никак не могли услышать, но безумный архонт, видимо, наслаждался, воображая себя чем-то вроде наблюдателя, смотрящего из укрытия на животных у водопоя.

— Да, кажется, у него есть потенциал, но также есть и чему поучиться, — мрачно пробормотал Беллатонис. — Хотя я, конечно же, рад, что он предоставляет моему архонту и уважаемому коллеге импровизированное развлечение.

— Это захватывающе, Беллатонис, я уверяю, — прошептал Сийин. — Просто откровение.

Пару мгновений Беллатонис боролся с желанием столкнуть горбуна с «Рейдера», а тем временем из-за угла несколько раз раздался треск выстрелов. Резкий звук привлек внимание пары геллионов, которые резко развернули скайборды и полетели узнавать, в чем дело.

Маликсиан взмахнул рукой, приказывая рулевому следовать за ними. Длинный транспорт с внезапной мощью рванул вперед. Они обошли сбоку огромный пагодообразный вольер как раз вовремя, чтобы увидеть, как двое геллионов пикируют на одинокого агента. И снова рефлексы спасли его: он выкатился из-под усеянного лезвиями скайборда первого противника и сбил наземь второго точным осколочным выстрелом. Маликсиан пришел в такой восторг, что забыл опустить голос до шепота:

— Ух! И правда бойкий парень! За ним!

Как будто добиваясь новой похвалы, агент запрыгнул на упавший скайборд и полетел прочь, по пятам преследуемый первым геллионом. Ксагора не было видно, но когда геллионы атаковали, Беллатонис увидел многозначительное движение теней, залегших в проходе неподалеку. Сийин и Маликсиан этого разглядеть не могли, поскольку были слишком заняты дракой агента и геллионов, но Беллатонис наполовину ожидал, наполовину надеялся это увидеть.

Его союзники ответили на призыв. Тенекожие мандрагоры тихо крались сквозь Вольеры по его заданию, чтобы награда прибыла к нему, несмотря на все причуды безумного архонта и вмешательство Сийина. Гемункул мысленно издал глубокий вздох облегчения. Теперь оставалось только посмотреть, хватит ли этому бесполезному агенту смекалки, чтобы сбежать от Маликсиана, или, по крайней мере, сможет ли он достойно погибнуть в процессе.

Тот быстро удирал от «Рейдера», пробираясь по узким местам, куда машина не могла пролететь. Геллион в азарте гнался за ним, ловко лавируя и мечась по сложному маршруту, который выбрал агент. Преследование прекратилось, только когда геллион попытался застрелить свою добычу в спину из осколкометов.

Он слегка не рассчитал, и одно из торчащих вперед лезвий скайборда задело решетку, мимо которой он несся. Его тут же отшвырнуло назад, беспомощное тело колесом полетело куда-то в темноту, а скайборд врезался в клетку и взорвался ярко-красной вспышкой. Маликсиан взревел от хохота. Еще один клиент для хрустальных саркофагов Беллатониса, которого запрут там, пока он не пройдет мучительный процесс сращивания сломанных костей. Эта мысль породила идею.

— Наверное, мне следует пойти готовиться к оживлению ваших геллионов, мой архонт? — предложил Беллатонис, подпуская в голос сожаление.

— Ух, я думаю, да. Я хочу, чтоб все были в хорошей форме, когда мы отправимся на планету живущих в грязи. Если этот твой слуга все-таки доберется до тебя, не забудь передать ему мое одобрение. Он победил двух моих геллионов, я воздаю должное и не держу на него зла.

— Благодарю, мой архонт. Если он не попадется вашим охотникам и переживет мое неудовольствие, то я, конечно, передам это ему.

— Разумеется. Можешь также добавить, что если я еще раз поймаю его в своих Вольерах, то лично скормлю белому рухку.

Сийин издал сдавленный смешок одобрения.

— Могу я предложить свою помощь, Беллатонис? Я бы с удовольствием посетил твою башню и обсудил с тобой на досуге наше искусство.