Сильтарин. Восхождение Звезды (СИ) - Ковригина Варвара - Страница 51

«Мне надо стать увереннее, но как это сделать, если я боюсь даже слово лишнее сказать? Если ко мне кто-то обращается, то я дрожу как листок, боюсь слово вымолвить. Как же мне стать той, кем хочет меня видеть сильтарин?».

Усмехнувшись своим мыслям, полукровка закинула руку назад и дернула за красивую шелковую ленту, связывающую волосы, и позволила белым-белым локонам упасть вокруг легким шатром. Белый цвет. Это даже не цвет. Просто волосы, лишенные цвета. Знак полукровок. И пусть многим это кажется очень красивым, пусть многие красятся, чтобы добиться такого же эффекта, Сириэль как никто другой  понимала, как это грустно. Белый цвет – это как клеймо.

«Да мне даже лирохвост попался белый. Как насмешка судьбы», - горько усмехнулась Сирия, рассматривая локон при лунном свете, окрашивающем волосы в разные оттенки.

Почему снег белый? Потомучто он забыл свой цвет. Почему волосы у полукровок белые? Потомучто снег их вечный друг, заковывающий всех во льды неопределенности. Так было, так есть, и так будет всегда. Это неизменимо. И Повелителю не нужна полукровка, не способная дать «чистого» наследница. Он будет «грязным», запятнанным кровью других эльфов. Это уже не наследник Светлого леса.

«Ринэль надо найти другую эльфийку, я не подхожу, - подумала Сириэль. – Единственное, на что я могу рассчитывать – стать фавориткой или любовницей».

Поднявшись в травы, полукровка задумчиво прошлась вдоль берега, пока не набрела на огромный камень, поднимающийся из воды. Встав на него, девушка заглянула в зеркальную поверхность озера, идеально отражавшую все, что творится над ней. И снова в глаза Сирии бросились белые волосы, рассыпанные по плечам и спине. Скривив губы в огорченной улыбке, девушка повернулась, чтобы уйти, но внезапно кто-то схватил ее за лодыжку, заставив вскрикнуть и упасть на камень. К счастью для нее (хоть она этого и не знала), она упала не в воду, поэтому время не остановилось, продолжая свой ход, но разве ей от этого было легче?

Из озера поднялась высокая фигура с черными  прилипшими к смуглой коже волосами. Сириэль заворожено смотрела на темную фигуру, так красиво подсвеченную сзади лунным светом. Лицо казалось очень красивым, но больше всего полукровку заворожили черные глаза, рассматривающие ее с легким любопытством и тайным желанием, из-за которого по спине эльфийки пробежали мурашки.

- Кто вы? – испугано пискнула девушка, внезапно осознавая, что она тут одна в этом жутком парке наедине с не менее жутким существом, появившемся из озера.

- Я Эйр, - а вот голос у него был приятный, и Сирия замерла, вслушиваясь в мягкие интонации. – Не бойся меня, я не причиню тебе вреда.

Мужчина подался вперед, и Сирия с изумлением разглядела шикарный хвост, начинавшийся от бедер и заканчивающийся изящным плавником. Всхлипнув, девушка прижала ладонь к губам, подавляя крик, но слезы удержать не смогла, и они градом полились по побледневшему от испуга лицу.

- Не плачь, прошу, - мужчина поднялся и сел на камень, спустив хвост в воду. Его ладонь ласково коснулась лица девушки, притягивая ее к себе, пока он не заключил ее в объятия.

От испуга Сириэль совсем замерла, боясь даже пошевелиться. Этот незнакомец с рыбьим хвостом, который, несомненно, был духом, пугал ее, заставляя дрожать и покрываться мурашками. Но также от него шло какое-то особенное обаяние, заставляющее немного расслабиться, а от звучания его голова сознание витало в облаках.

- Я не причиню вреда, - снова проговорил дух и, наклонившись, прижался к розовым губам девушки. Сирия замерла, ее глаза широко расширились, взгляд задрожал, и, тихо пискнув, она оттолкнула духа в сторону.

Краска то приливала, то отливала от ее лица, девушка тяжело дышала, паника нахлынула огромной волной, и Сирия даже не могла понять, что теперь делать. Она тут одна, ей никто не поможет. Всхлипнув, слезы еще сильнее заструились по лицу.

- Не плачь, - Эйр дернулся вперед, обнимая полукровку и прижимая к себе. Сирия тут же попыталась вывернуться, но ничего не получилось. – Просто позволь мне любить тебя. Я излечу твою душу, тебе будет хорошо, я обещаю. Просто останься, поверь мне, и ты навсегда забудешь о своей несчастной любви, - словно подтверждая сказанное, дух легонько прикусил кожу за шеей, и девушка ахнула, забившись в объятиях.

- Отпусти, отпусти! – закричала она, но мужчина не выпускал. Его руки сильно стискивали полукровку, не давая той сделать никакого лишнего движения, и девушка плакала, не зная, как спастись. – Отпусти…

- Ни за что! – с жаром прошептал дух, снова припадая к губам, и Сирия дерзко укусила его, но Эйр даже бровью не повел. Он слизнул выступившую кровь и улыбнулся. – Останься, и у тебя будет все, что ты хочешь… Я буду любить тебя и оберегать. Ты будешь счастлива.

Дух попытался снова чувственно поцеловать девушку, и на этот раз она не сдержалась. Сад пронзил громкий, звонкий, невероятно отчаянный визг, оставляя звеняще эхо. Эйр напрягся, недовольно посмотрел на полукровку.

- Зачем же так кричать? – дух не беспокоился, он был уверен, что время остановлено, но он не учел того, что вода не касалась девушки. – Не сопротивляйся, просто позволь мне любить тебя.

Он опрокинул Сириэль на камень, принялся целовать везде, куда только достанет, и полукровка плача, отбивалась. После крика болело горло, поэтому единственное, что она могла сделать – тихо умолять опустить ее.

- Отпусти, прошу, отпусти. Я не хочу, пожалуйста, отпусти, - слезы капали на камень, оставляя мокрые дорожки, но дух словно не слышал этих просьб.

- Не отпущу, ты теперь моя, и я подарю тебе истинное наслаждение!

Он нагнулся, развязывая шнуровку платья на груди, и Сириэль забилась, закричав:

- Нет! Отпусти меня, отпусти! Оставь меня в покое! Помогите! Кто-нибудь…

- Сюда никто не придет, - ласково, словно ребенку, пояснил дух. – Никто не сможет помешать мне сделать тебя счастливой.

Сирия заплакала еще отчаяннее, попыталась сбросить мужчину, но у нее опять ничего не вышло.

- Кто-нибудь, пожалуйста… - прошептала она в тишину, и Эйр улыбнулся ей.

- Не кричи, ты только повредишь себе. Расслабься, прошу. Все равно никто не придет…

- Ошибаешься! – раздался тихий, полный ярости голос, и Сириэль вздрогнула, не поверив своему счастью.

«Неужели меня спасут?», - недоверчиво спросила она у самой себя и только потом поняла, кто’ именно произнес это.

- Астиринэль! – закричала она, перестав плакать. Сирия была так счастлива, что наплевала на  «мой Повелитель» и просто закричала, пытаясь выразить всю свою радость и облегчение.

Повелитель мельком взглянул на девушку, отмечая ее зареванный вид, и побледнел от ярости.

- Когда-то давно я позволил тебе остаться здесь, и ты пообещал мне, что не будешь трогать никого против желания, - свистящим шепотом говорил эльф. – Видимо, я зря возлагал надежды на твое слово.

- Это иной случай, - не дрогнув, проговорил Эйр. – Я не мог спокойно наблюдать, как девушка грустит и мучается из-за несчастной любви! Я должен был облегчить ее страдания.

При этих словах полукровка побледнела, кинула испуганный взгляд на Астиринэля, но тот как будто пропустил его слова мимо ушей.

- Договор был нарушен! – холодно, но уже не так яростно рыкнул эльф. – Уходи отсюда, иначе я буду вынужден уничтожить тебя.

Эйр скривился, кинул последний взгляд на съежившуюся эльфийку и исчез в воде, только круги расползлись по потревоженной поверхности. Сириэль обняла себя за колени, прижала к ним лицо и горько заплакала, не обращая внимания на Повелителя. После всего, что произошло, ей было так плохо и страшно, что ей было совершенно все рано, что подумает о ней ее возлюбленный, но, кажется, это его и не слишком волновало.

Присев около полукровки, он мягко обнял девушку и подул на лоб, сплетая успокаивающее заклинание. Сирии стало легче, но слезы все лились и лились из глаз. Всхлипнув, девушка вцепилась в одежду Повелителя, спрятав в ней лицо, и горько заплакала, выплескивая весь пережитый ужас и отчаяние.