Властелин колец (другой перевод) - Толкин Джон Рональд Руэл - Страница 215

– Так ты говоришь, что больше не пойдешь туда, а? Будь ты проклят, Снага, гнусный червяк! Ты думаешь, раз я ранен, можно меня не слушать? Так ты ошибаешься! Подойди, я тебе глаза вырву, как сейчас Радбугу. А когда придет смена, уж я с тобой посчитаюсь. Отправлю к Шелоб, так и знай!

– Смена не придет, а если придет, то ты ее не дождешься, - огрызнулся Снага. - Я же говорил тебе, что Горбаговы скоты подошли первыми к воротам, а из наших никто не успел выйти. Выбежали только Лагдуф и Музгаш, и их застрелили. Я видел из окна.

– Значит, теперь твоя очередь, а я останусь, потому что ранен. Погибель на этого гнусного изменника Горбага! - Шаграт забормотал сплошные проклятья. - Я угостил его лучше, чем он меня, но, пока я душил его, он успел ударить кинжалом, скотина! Иди! Иди, или я съем тебя! Нужно немедленно дать знать в Лагбур, иначе мы оба попадем в Черную Яму. Да, да, и ты тоже. Не надейся отсидеться здесь!

– Я не пойду вниз! - прорычал Снага. - Мне плевать - начальник ты или нет! А ну, брось кинжал, а то получишь стрелу в бок! Тебе недолго осталось командовать. Как только Они услышат обо всем, что здесь случилось, тебе конец. Я защищал башню от этих моргульских крыс, а вы, двое начальников, все испортили, подравшись из-за добычи!

– Хватит! - резко оборвал его Шаграт. - У меня был приказ. Начал Горбаг, когда хотел стащить эту красивую рубашку.

– Да. А ты свалил его! Хоть ты и сильнее, а он был умнее тебя. Он же говорил тебе, что самый опасный из них еще на свободе, а ты не хотел слушать. И сейчас не хочешь. Горбаг был прав, говорю тебе! Тут, в крепости, могучий воин, один из этих кровожадных эльфов, а может даже - тарк [2]. Он здесь, говорю тебе! Ты слышал колокол? Он прошел мимо Стражей, а кто, кроме тарка, мог это сделать? Сейчас он на лестнице. И пока он не уйдет, я не спущусь, будь ты хоть назгулом!

– А, вот ты как! - зашелся от гнева Шаграт. - Это ты будешь делать, а то - нет? А когда он придет, сбежишь и бросишь меня? Ну уж нет!

Из двери башни выскочил давешний орк. За ним гнался Шаграт, огромный, с такими длинными руками, что на бегу они задевали пол. Но одна рука висела бессильно, из нее текла кровь; другой он прижимал к себе большой сверток. В красном отсвете Сэм, притаившийся за дверью, на мгновение увидел его свирепое лицо: оно было изодрано, словно острыми когтями, и вымазано кровью. С торчащих клыков капала пена, и он рычал, как дикий зверь. Сэм наблюдал, как Шаграт гонялся за Снагой по всему дворику, пока тот не кинулся обратно в башню и не скрылся там. Тогда Шаграт остановился. Сэм хорошо видел, как он стоит у парапета, тяжело дыша, сжимая и разжимая раненую лапу. Он положил свой сверток на пол, вытащил длинный кинжал и зачем-то поплевал на него. Потом перегнулся через парапет и дважды крикнул, но ответа не было.

И вдруг, пока Шаграт смотрел вниз, повернувшись спиной к площадке, Сэм с изумлением увидел, как одно из распростертых тел пошевелилось, а потом поползло. Оно протянуло когтистую лапу и вцепилось в сверток; шатаясь, поднялось. В другой руке у него был обломок копья с широким лезвием. Орк замахнулся для удара. Но в этот миг у него сквозь сжатые зубы вырвалось шипение не то от боли, не то от злобы. Шаграт мгновенно, как змея, отпрянул, обернулся и всадил кинжал в горло врагу.

– Вот тебе, Горбаг! - вскричал он. - Ты живой еще, да? Ну, я тебя прикончу!

Горбаг рухнул, как подкошенный. Удостоверившись, что тот мертв, Шаграт запрокинул голову и разразился хриплым, торжествующим воплем. Потом облизал кинжал, взял его в зубы и, подхватив сверток, заковылял к ближайшей двери на лестницу вниз.

У Сэма не оставалось времени на раздумья. С этим орком нельзя было долго играть в прятки, и Сэм совершил, наверное, самый удачный поступок и жизни: закричал и прыгнул навстречу Шаграту. Кольцо, пусть даже ненадетое, ужасало всех рабов Мордора, в руке Сэм сжимал меч, поражавший орков нестерпимым блеском: так блестят безжалостные звезды в ужасной стране эльфов - сама мысль о них была кошмаром для всего проклятого племени. У Шаграта оставалась лишь одна рука и для защиты, и чтобы охранять свое сокровище. Он остановился и зарычал, оскалив клыки, потом, отскочив в сторону, как всегда делают орки, он сильно ткнул хоббита в лицо свертком, использовав его и как щит, и как оружие. Сэм зашатался. Он еще не успел восстановить равновесие, а Шаграт уже метнулся мимо и поскакал вниз по лестнице.

Вскрикнув, Сэм кинулся было в погоню, но мысль о Фродо остановила его. Он вспомнил, что другой орк убежал в башню. Снова приходилось выбирать, а времени не было. Если Шаграт бежал, он вскоре вернется с подмогой. Но если гнаться за ним, другой орк может совершить в башне жуткое дело. К тому же, Шаграта уже не догнать. Сэм повернулся и побежал наверх.

– Опять не так, наверное, - сказал он себе. - Но уж пусть я сначала поднимусь на самый верх, а там - будь что будет!

Далеко внизу Шаграт загремел, сбегая по лестнице, выбежал во двор и кинулся к воротам, не выпуская своей драгоценной добычи. Если бы Сэм знал, сколько горя принесет это бегство, он бы заплакал. Но он мог думать только о цели своих поисков. Осторожно приблизившись к дверям, он шагнул через порог. Внутри было темно, но справа мерцал тусклый свет. Это светилось окно, выходящее на другую лестницу, такую же темную и узкую; она поднималась спиралью, и где-то наверху горел огонь.

Сэм осторожно начал подниматься. Он достиг капающего смолой факела, укрепленного над дверью напротив узкого окна на запад; это и был один из тех красных глаз, которые они с Фродо видели снизу, от начала подземного хода. Сэм быстро миновал дверь и поспешил на второй ярус, все время боясь, что сзади кто-нибудь накинется. Но вот лестница кончилась. Сэм прокрался в коридор. С обеих сторон здесь было по низкой двери, но обе - запертые. И нигде ни звука!

– Карабкался, карабкался, - пробормотал Сэм, - и забрался в тупик. Но это - не вершина башни. Что-то же должно быть дальше?

Он спустился на один ярус и попробовал дверь. Она не поддавалась. Тогда он снова взбежал наверх, весь в поту. Минуты уходили одна за другой, а он ничего не мог сделать. Сэм не думал больше ни о Шаграте, ни о Снаге. Ему нужен был только Фродо: хоть один его взгляд или прикосновение.

Наконец, усталый, окончательно обескураженный, он сел на ступеньку и уронил голову на руки. Было тихо, странно тихо. Факел затрепетал и погас. Сэм почувствовал, что волны тьмы накрывают его с головой.

И тут, после всех напрасных поисков, во мраке отчаяния, Сэм, к собственному своему удивлению, начал тихонько петь. Голос у него был тонкий и дрожащий - голос одинокого, усталого, отчаявшегося хоббита, который ни один случайный орк не спутал бы с пением эльфийского воина. Он мурлыкал старые детские песенки, отрывки из песен, сочиненных Бильбо, мелькавшие у него в мыслях, как мимолетные видения родной страны. А потом в нем вдруг пробудились какие-то новые силы, голос окреп и неожиданно родились свои собственные слова, слившиеся с незатейливой мелодией.

Быть может, в Западной Стране

Теперь цветет весна,

Поют ручьи, и в вышине

Трель зяблика слышна,

А ночь роняет звездный звон,

И чистый небосклон

Алмазной россыпью вплетен

В убор полночных крон…

Мой путь угас в Стране Теней,

Но знаю: с давних пор

Превыше черных крепостей,

Превыше черных гор

Лучится свет; бессмертен край,

Цветущий по весне,

И я не говорю «прощай»

Ни солнцу, ни звезде.

Ему почудился чей-то слабый ответный голос. Он прислушался. Все стихло. Нет, что-то слышно опять, но это не голос, это приближающиеся шаги.

Скрипнув, открылась дверь в коридоре наверху. Сэм затаился. Дверь закрылась, глухо стукнув, а потом раздался визгливый голос орка:

– Эй, ты! Заткнись, грязная крыса! Брось пищать, а то я поднимусь и покажу тебе! Понятно?

Ответа не было.

– Ладно, - продолжал Снага (а это был, несомненно, он), - все равно я поднимусь поглядеть, что ты там делаешь.