Твердыня тысячи копий - Ричес Энтони - Страница 75

Дубн наступил на жало своего копья и, с натугой отломив его от древка, протянул пораженному Марку:

– На вот, как раз сгодится… Чего вытаращился? Наши обычаи забыл? Подаришь этот наконечник в главный день, для ее прически…[21] Ну, положим, вымазать его на счастье в крови гладиатора не удалось, хотя, думаю, сойдет: неподалеку отсюда я проткнул им какого-то скота из тех, кто ее похитил.

– А-а, трибуны Лициний и Скавр! Добро пожаловать обратно в цивилизацию, если, конечно, наша Шумная Лощина заслуживает столь напыщенного слога! – Цветя улыбкой вместо вечной озабоченности, наместник Марцелл вышел из-за стола, чтобы обменяться с гостями крепким рукопожатием. За его спиной легат Эквитий, командир имперского Шестого легиона и бывший префект Первой тунгрийской когорты, с усмешкой вскинул бровь на непривычное добродушие претора. – Я нарочно попросил Эквития поприсутствовать при вашем возвращении, коль скоро он тунграм не чужой.

Легат скромно поклонился, а наместник тем временем продолжал:

– Примите мои искреннейшие поздравления, трибуны! Ваши когорты увенчали себя великой славой, и угроза границам Рима вновь отодвинута на годы и годы вперед!

Лициний отсалютовал, второй рукой протягивая пожилому претору золотую гривну Друста.

– Наместник, сей драгоценный торквес принадлежал вениконскому царю-воеводе. С убитых варваров мы собрали немало ценных украшений, но, думаю, этот ошейник заслуживает твоего персонального внимания.

Марцелл взвесил обруч на ладони, дивясь изящности работы.

– О да, трибун, подобные вещицы окажутся весьма к месту, иллюстрируя новость о нашей победе, когда она достигнет императора… Ну а сейчас, дорогие офицеры, прошу пригубить с нами вина да в подробностях поведать, как же вам удалось добиться этого, откровенно говоря, неожиданного триумфа.

Когда повесть о событиях последних дней была, наконец, изложена, претор с улыбкой откинулся на спинку кресла, удовлетворенно кивая.

– Великолепная работа, трибуны, просто великолепная! Итак, сметены все угрозы для наших границ со стороны вениконов, в то время как вотадины могут отныне восстанавливать свое царство без каких-либо помех с севера или запада. Все это означает, что у нас появилась возможность плотнее заняться землями к югу от Вала, дабы поставить бригантское отребье на их законное место. Они до сих пор контролируют львиную долю территории между здешними крепостями и южными форпостами, и, боюсь, кампания по искоренению сей заразы попортит нам немало крови. В отличие от северных племен, они не вступают в открытые сражения, а ударяют исподтишка, мелкими группами, из засад, в ходе молниеносных набегов… Это я для тебя говорю, Манилий Лициний, ведь именно твоей кавалерии придется гонять их по всей провинции. Итак, приказываю тебе сегодня же выдвигаться в Береговой форт, где ты присоединишься ко Второму легиону и когортам западного Вала, чтобы общими силами перебить распоясавшихся дикарей всюду, где только можно.

Лициний кивком показал, что понял, и Марцелл обернулся к Скавру, даря ему теплую улыбку.

– Ну а что касается тебя, Рутилий Скавр, я вынужден потребовать от твоей когорты вновь пережить военные тяготы. Вплоть до последнего времени я собирался отправить тебя на запад, вместе с кавалерией Лициния, дабы укрепить силы Второго легиона, но пару дней назад от моего коллеги в Бельгийской Галлии пришла просьба прислать подмогу. Мне представляется, что для этой задачи лучше всего подходишь именно ты благодаря уникальному сочетанию навыков и опыта, не говоря уже о происхождении твоих тунгров…

Претор повернулся и, взяв со стола какой-то свиток, слегка повысил голос, отдавая официальное распоряжение:

– Рутилий Скавр! Приказываю твоей части пешим порядком направиться в Арабский Городок, что расположен на восточном краю Вала, и там погрузиться на судно, идущее на Большую землю. По окончании морского перехода осуществить марш-бросок до поселения Тунгрорум, где обустроить укрепленный лагерь, откуда по собственному усмотрению вести любые операции, направленные на уничтожение бандитских формирований дикарей, которые успели зачумить все тамошние земли.

Он бросил на Скавра строгий взгляд.

– Ты, конечно же, задаешься вопросом, отчего для такого поручения понадобились твои люди, хотя буквально в нескольких днях пути от Тунгрорума, в форпостах вдоль реки Ренус, размещены три боевых легиона, которые для того и поставлены, чтобы справляться с тамошними беспорядками. Но в том-то и дело, что германские легионы оказались недоукомплектованы из-за наших потерь в начале текущего года: ведь именно от них забирали пополнение. Мало того, они вынуждены присматривать за слишком большой территорией после многочисленных вторжений варваров, которые в последние месяцы как с цепи сорвались. Впрочем, пока что дикари слишком слабы, чтобы форсировать реку и атаковать целой ордой; зато, если судить по тем письмам, что я получаю, земли вокруг Тунгрорума буквально кишат всяческим отребьем, дезертирами и лиходеями подлейшего толка. Легионы уже пытались справиться с этой головной болью: троекратно высылали отряды ауксилиев все большей и большей численностью, но те либо погибали от варварского меча, либо – как произошло в последнем случае – попросту перешли на сторону врага…

Претор отпил вина, затем продолжил:

– Есть ни много ни мало, а три причины, отчего я решил направить туда твоих людей. Во-первых, наш легат утверждает, что именно тунгры не знают себе равных в деле выслеживания всяческого сброда и его полнейшего истребления… – Скавр подарил Эквитию выразительный взгляд, в ответ на что бывший командир Первой Тунгрийской виновато пожал плечами. – Во-вторых, под твоим началом находится, по сути дела, целая манипула, которой как раз хватит, чтобы справиться с дезертирами и предателями. Ну а в-третьих, кому еще как не тунграм оборонять родные края? Тамошних-то ауксилиев понабрали пес знает откуда, по всей империи, за тысячи миль от тех мест…

Марцелл строго воззрился на трибуна и похлопал по ладони свитком, подчеркивая его важность.

– При решении поставленной задачи ты, насколько возможно, будешь согласовывать свои действия с галльским претором, но в то же время не забывай, что твоя часть полностью автономна от любых гражданских властей. Этот приказ наделяет тебя полномочиями для принятия любых решений, направленных на защиту местного населения от уголовного сброда и иже с ними…

Он невесело улыбнулся.

– Каждая чиновничья тля будет требовать от тебя, Рутилий Скавр, добиться успеха не сходя с места и любой ценой, и вот почему я составил подробнейший письменный приказ, чтобы ты смог сам определять свои оперативно-тактические приоритеты. Ну а коль скоро потребуется не менее десяти дней на подготовку достаточного числа судов для перевозки твоих когорт через Маре Германикум[22], я советовал бы покамест вернуть людей в крепость Холм и дать им попрощаться с близкими. Таковы мои приказы. Да снизойдет улыбка богов на ваши усилия, трибуны.

Наместник кивнул и отвернулся к столу. Офицеры отсалютовали и пошли было на выход, однако в дверях претор их вдруг окликнул. Хмуро поглядывая на восковую табулу, которую держал в руке, Марцелл добавил:

– Есть кое-что еще. Возможно, банальность, тем более на фоне последних недель, но все же с потенциально серьезными последствиями. Несколько дней назад этот форпост посетила пара имперских эмиссаров с особыми полномочиями, о чем трибун Павл и доложил легату Эквитию, когда мы сюда прибыли. По их словам, они разыскивали некоего беглеца от правосудия, который умудрился чем-то расстроить префекта императорской гвардии…

Скавр старательно удерживал невозмутимую маску, про себя вознося хвалу собственной прозорливости, благодаря которой выслал гонца на юг, чтобы загодя уведомить трибуна Павла о результатах миссии центурионов по имени Рапакс и Эксцинг: первый успешно сдох, второй бесследно скрылся.