100 великих адмиралов - Скрицкий Николай В. - Страница 79

Разумеется, такая деятельность не могла окупить расходы на экспедицию. Однако Непир не решался идти на Выборг, что ему было предписано первоначально. Очевидно, он опасался мелководия и подводных камней, которые послужили причиной гибели части флота Густава III в 1790 году. Адмирал направился к Кронштадту. 14 июня союзная эскадра (15 винтовых и 4 парусных линейных корабля, 14 винтовых фрегатов и пароходов) подошла к Красной Горке и стояла, не рискуя атаковать крепость. 23 июня Непир увел главные силы к мысу Порккала?Удд, оставив несколько кораблей для наблюдения за русским флотом. Это наблюдение не помешало выходу русских кораблей в море.

Английская пресса писала, что адмирал пытается выманить русский флот из?за укреплений. На заседании парламента в августе были зачитаны выдержки из письма Непира, в котором тот утверждал: «Я не смог ничего предпринять с этим сильным флотом, так как всякое нападение на Кронштадт и Свеаборг означало бы верную гибель». Мнение Непира подтвердил адмирал Чадс, наблюдавший с маяка гранитные укрепления, слишком прочные для корабельной артиллерии. Да и корабли Балтийского флота в качестве плавучих батарей являлись сильным добавлением к батареям береговым. На якоре они не уступали паровым.

Становилось ясно, что эта экспедиция не была подготовлена. Тем не менее и правительство, и общественное мнение требовали вторжения на территорию России, которое окупило бы расходы. Непир и Парсеваль?Дешен избрали цель по силам.

За полвека, которые Аландские острова принадлежали России, их почти не укрепляли. Постройку крепости у Бомарзунда начали после 1829 года, однако были сооружены лишь оборонительная казарма и три башни, составляющие около одной пятой запланированных построек. Под командованием полковника Бодиско состояло менее 2000 человек, а на вооружении укреплений стояли пушки малых калибров. Непир предложил взять именно эту недостроенную крепость. Британское адмиралтейство утвердило план, Франция предоставила корпус в 13 тысяч человек.

9 июля союзный флот перешел к Аландским островам и блокировал их 19 июля прибыли суда с французскими десантными войсками. 26 июля союзники высадили десант (11 тысяч южнее и 3 тысячи — для отвлечения внимания — севернее Бомарзунда). Через два дня началась установка осадных орудий и обстрел крепости с моря и суши, продолжавшийся до 4 августа, когда союзники взяли Бомарзунд. Подорвав укрепления, они покинули Аландские острова. 28 августа десантные войска отправили во Францию. За ними постепенно уходили корабли. Атака Свеаборга не состоялась. 1 октября главные силы, ограничивавшиеся блокадой, вернулись в базы.

Первый лорд адмиралтейства Джемс Грэхем по возвращении Непира в Англию сместил его с поста командующего и указал на адмирала в качестве виновника неудачи, обвиняя его в том, что тот уклонялся от выполнения смелых приказов адмиралтейства. Непира осмеивали в прессе, а когда тот потребовал расследования своих действий, ему было отказано под предлогом того, что опубликование документов могло принести вред флоту ее величества. Общественное мнение Англии одобрило замену Непира адмиралом Ричардом Дондасом. Однако и Дондасу не удалось добиться большого успеха. Ни блокада Кронштадта, ни бомбардировка Свеаборга, ни попытка высадиться в Выборге не принесли союзникам больших лавров. Неудача союзного флота в кампании 1855 года показала, что дело не только в Непире. Тем не менее ему более не поручали командование в море.

Оправдываясь, Непир в июне 1855 года начал публикацию серии писем. В парламенте он рассказывал о подготовке флота и руководстве им первого лорда адмиралтейства сэра Джемса Грэхема, тот в свою очередь отрицательно характеризовал деятельность Непира, подтверждая, что того не зря уволили в отставку. В 1855 году и Грехэму пришлось оставить свой пост.

Умер сэр Чарльз Непир 6 ноября 1860 года около Катерингтона (Хэмпшир). После себя он оставил несколько книг о боевых действиях, в которых участвовал. Однако все же флагман вошел в историю главным образом неудачной кампанией на Балтике.

МИХАИЛ ПЕТРОВИЧ ЛАЗАРЕВ

Несколько десятилетий существовала негласная «лазаревская школа» моряков, воспитавшая героев Синопа, обороны Севастополя и первых создателей парового флота. Благодаря усилиям М.П. Лазарева, отмеченного славой кругосветных плаваний, открытий и боевых действий, парусный Черноморский флот к началу Крымской войны достиг своего высшего развития.

Михаил Лазарев родился 3 ноября 1788 года в городе Владимире. Его отец, сенатор, тайный советник Петр Гаврилович Лазарев, был правителем Владимирского наместничества. После смерти отца императорским указом от 25 января 1800 года будущий флотоводец и его братья Алексей и Андрей были приняты в Морской кадетский корпус. Нелегкие занятия в классах сочетались с походами по Финскому заливу. Уже за первое плавание Андрей и Михаил Лазаревы получили лестную оценку. Вскоре заметили способности и рвение Михаила в изучении морского дела. После экзаменов 19 мая 1803 года гардемарин Михаил Лазарев оказался в числе первых. После нескольких месяцев крейсерства по Балтийскому морю его в числе лучших гардемарин направили волонтером в Англию для прохождения морской практики. 5 лет молодой моряк ходил в Атлантическом и Индийском океанах, Северном и Средиземном морях, занимался самообразованием, изучал историю, этнографию. По возвращении в 1808 году его произвели в мичманы. Молодой офицер участвовал в русско?шведской войне, затем, плавая на легких судах, не раз проявлял лихость и расторопность. В 1811 году Лазарев — лейтенант. В 1812 году он служил на бриге «Феникс» и за доблесть в Отечественной войне получил серебряную медаль.

Блестящие аттестации позволили поручить моряку ответственное дело. 9 октября 1813 года из Кронштадтского порта под коммерческим флагом вышел корабль «Суворов», которому следовало доставить грузы на Дальний Восток. Лазарев успешно выполнил поручение, открыл необитаемые острова Суворова на Тихом океане. Он закупил в Перу партию хинина и других местных товаров. Кроме того, на борт приняли животных, которых в России не было. Обогнув мыс Горн, корабль 15 июля 1816 года вернулся в Кронштадт. В ходе кругосветного плавания моряки «Суворова» уточнили координаты и провели съемку участков побережий Австралии, Бразилии, Северной Америки.

4 июля 1819 года шлюпы «Восток» и «Мирный» (последним командовал Лазарев) вышли из Кронштадта для поиска земель у Южного полюса. Зайдя в Англию и на остров Тенерифе, суда через Атлантику прибыли в Рио?де?Жанейро. От берегов Бразилии направились к югу и в декабре достигли острова Новая Георгия, открытого Куком. В том же районе моряки нашли и описали несколько островов, выяснили, что земля Сандвича, названная так Куком, является в действительности архипелагом Южных Сандвичевых островов. Россияне приблизились к тогда неизвестной Антарктиде. Множество айсбергов свидетельствовало о соседстве обширной земли. 4 января 1820 года экспедиция продвинулась на полградуса далее Кука. Несмотря на льды и туман, 15 января суда пересекли впервые Южный полярный круг, на следующий день достигли широты 69 градусов 25 минут. Несколько раз моряки пытались пройти южнее, но везде встречали сплошной лед. Позднее было установлено, что 5 и 6 февраля экспедиция не дошла всего три?четыре километра до Берега Принцессы Астрид Антарктического материка. Но пока об этом не было известно. О соседстве берега свидетельствовали, кроме айсбергов, появлявшиеся птицы.

После наступления южной зимы экспедиция направилась к северу. Моряки открыли несколько неизвестных островов в архипелаге Туамоту. В ноябре суда вновь пошли к югу. Несмотря на разницу в скорости, они не разлучались, кроме тех случаев, когда командиры намеревались обследовать более широкую полосу моря. Серьезная буря в середине декабря не прервала исследований. Трижды суда пересекали полярный круг, 10 января 1821 года продвинулись до 69 градусов 53 минут южной широты, но встретили сплошные льды. Ф.Ф. Беллинсгаузен повернул на восток, и вскоре моряки открыли остров Петра I, а 17 января при ясной погоде усмотрели на юге землю, которую назвали Землей Александра I. Позднее установили, что это была часть Антарктиды, соединенная с материком шельфовым ледником Георга VI. Несмотря на то что не удалось подойти к земле ближе 40 миль, хорошо была видна высочайшая гора Святого Георгия Победоносца. Затем моряки, пройдя вокруг Южных Шетлендских островов, установили, что англичане ошибочно полагали эту открытую в 1819 году капитаном Смитом землю частью материка.