Опасные иллюзии - Скотт Аманда - Страница 69

— Ну что ты?! Однако Сен-Меррин очень хочет вашей свадьбы, поэтому просто рвет и мечет по поводу твоего отсутствия. — Увидев, что приятель насупился, Гидеон осторожно поинтересовался: — Бес в ребро, а, Энди?

— Нет, нет. Что за ерунду ты несешь! С какой стати мне огорчаться? Ведь я все же женюсь на богатой наследнице. К тому же, когда демоническая старушка отдаст концы, моя милая женушка станет еще богаче. Всякий здравомыслящий человек должен радоваться предстоящей свадьбе, да впридачу такой блестящей перспективе.

— Не рассчитывай, что денежки леди Офелии поплывут тебе в руки, — усмехнулся Гидеон, разливая по бокалам вино. — Мне кое-что известно о леди Офелии. Она настоящий специалист по законам, и я даю голову на отсечение — старушка устроит все таким образом, что ни один мужчина не сумеет наложить лапу на ее состояние.

— Ах вот как… — протянул Пенторп, похоже, не особенно удивившись. Он вообще был какой-то рассеянный, часто смотрел в окно на мирно струящиеся воды реки и молчал, затем неожиданно поинтересовался: — Наверно, семья Сикорта уже дома?

— Наверно. Кстати, я слышал то же самое, что и ты: Сикорт собирается увезти жену в поместье и держать ее там.

Пенторп даже не изменился в лице, только плотнее сжал зубы. Да, его выдержке можно было позавидовать.

— Твое здоровье, — медленно поднял виконт бокал. — Между прочим, в день отъезда я видел твоего отца. Тот выглядел на удивление хорошо и пребывал в прекрасном настроении. Жерво поздоровался со мной с таким воодушевлением, будто я наследный принц, а не грязь под его ногами.

Гидеон старался поддерживать разговор, думая при этом о том, как вызвать Пенторпа на откровенность. Он прекрасно понимал, что тот не горит желанием жениться на Дейнтри, однако его связывают светские условности и тот факт, что леди Сюзан уже замужем, а убрать Сикорта с дороги не представляется возможным. Как же убедить виконта отказаться от брака с Дейнтри и, освободить себе путь к счастью? Так ничего и не придумав, Гидеон решил пойти ва-банк:

— Послушай, Энди, ты и вправду не хочешь жениться на Дейнтри Тэррант?

От неожиданности Пенторп едва не захлебнулся вином. Вынув из кармана жилета платок, он аккуратно вытер рот, с отчаянием глядя на пятна на сюртуке.

— Ну вот, что ты наделал! Эти пятна никогда не отстираются. Теперь мой слуга сожрет меня живьем! Разумеется, я хочу на ней жениться, разве ты этого не знал? Даже если бы твои слова были правдой, неужели ты думаешь, я бы признался в этом? Поэтому больше не пугай меня, ладно?

— Я рассчитывал на большую откровенность, — вздохнул Гидеон. — Однако если ты мне не доверяешь, я не буду ничего спрашивать.

В это время вошел дворецкий и, получив приказ в течение часа приготовить ленч, с поклоном удалился.

Пенторп совсем пал духом.

— Господи, какая ерунда получается. Предположим, я сказал бы, что не хочу жениться на девчонке — заметь, я употребил слово «предположим», — виконт опасливо покосился на дверь. — Если бы мистер садист перестал поднимать руку на свою несчастную жертву, я был бы на седьмом небе от счастья. Однако это, увы, невозможно. Именно поэтому мне не остается иного выхода.

— Вот как?

— Да, все очень просто. Я ничего не в силах сделать для Сюзан в данный момент, но став членом семьи, получу возможность хоть изредка видеться с ней и смогу защитить.

Гидеон едва сдерживал негодование.

— Вряд ли это является причиной женитьбы на Дейнтри.

— Но я не могу придумать ничего другого. Кроме того, я не только дал слово, но и нахожусь под давлением Сен-Меррина, который жаждет увидеть меня своим зятем. Я просто не в силах отказаться от свадьбы. Ну, хорошо, поскольку мы откровенны друг с другом, признаюсь: если бы мог, я бы поступил иначе. Я уже не раз думал, как избавиться от Сикорта. Можно, например, пустить слух, что он убил меня. Его бы повесили, а я удрал бы с Сюзан. Однако это лишь мечты, которым никогда не суждено сбыться.

Гидеон снисходительно усмехнулся.

— Твоя мечта может превратиться в кошмар, Энди. Сикорт оправдается, а когда ты вновь воскреснешь и появишься на сцене, он действительно убьет тебя, а сам выйдет сухим из воды — за одно и то же убийство не судят дважды.

— Закон — сочинение сумасшедшего маразматика, — кисло заметил виконт.

— Ого, судя по всему, ты разделяешь точку зрения своей невесты! — воскликнул Гидеон, вспомнив пылкое выступление Дейнтри в суде. — Она тоже весьма нелестного мнения об английских законах и даже заявила моему отцу, что они несправедливы к женщинам. Жерво безуспешно пытался разубедить ее в этом, утверждая, что женщина тоже обладает правами: может не платить налоги, совершать преступления, рожать незаконных детей. Впрочем, вряд ли ему удалось убедить леди Дейнтри в справедливости закона по отношению к слабому полу

— Какая упрямая девица, — пробормотал Пенторп.

— Да, забот будет полон рот, — озабоченно предупредил Гидеон.

— А, у кого их нет! Послушай, друг, во-первых, я дал слово. Кроме того, у меня свои планы насчет дальнейшей жизни в браке. Кому еще взбредет в голову жениться на такой сумасбродке?

Гидеон сдержался, решив, что еще не пришло время раскрывать карты. Он сам был не прочь взять Дейнтри в жены, но не мог признаться в этом до тех пор, пока она не докажет ему свою благосклонность и пока ее отец не изменит отношение к Девериллам.

Чтобы не углубляться в болезненную для обоих тему, Гидеон постарался развеселить помрачневшего приятеля. Они уже практически покончили с ленчем, когда появился Клемонс. Дворецкий лишь растерянно развел руками:

— Прошу прощения, милорд, но этот человек отказался подождать в холле, утверждая, что ему приказано передать этот пакет вам лично и незамедлительно.

— Можете идти, Роберт, — торопливо проговорил Гидеон. — В чем дело, приятель? Очевидно, вас послала хозяйка и, конечно, не только затем, чтобы вернуть рукопись.

— Да, милорд. — Клемонс вытащил записку и положил на стол пакет. — Она просила передать вам вот это. — Он посмотрел на Пенторпа, деликатно добавив: — Не знаю, говорить ли дальше…

— Не обращай на меня внимания. Я уйду. — Виконт поднялся.

— Не уходи, Знди. Этот человек — слуга Дейнтри. Клемонс, лорд Пенторп собирается жениться на вашей хозяйке. Чем скорее он узнает о происходящем, тем лучше. — Гидеон вскрыл конверт и достал два письма. Поочередно прочитав послания, он нахмурился и посуровел.

— Что там? — встревожился виконт.

Гидеон испытующе посмотрел на грума.

— Надеюсь, Клемонс, вы будете держать язык за зубами. Возможно, нам понадобится ваша помощь, но если до меня дойдут слухи о вашей вольной трактовке событий…

— Нет, сэр, я буду держать язык за зубами.

— Отлично. А теперь, Энди, прочтите это.

Пенторп быстро пробежал глазами письмо и, пожалуй, впервые в жизни отказался от привычки откладывать неприятные дела на потом. Через двадцать минут молодые люди переоделись в костюмы для верховой езды и вооружились. Гидеон приказал также оседлать еще одну лошадь для грума, поскольку тот так торопился в Деверилл-Корт, что совершенно загнал своего коня. В конюшне, кроме Клемонса, их встретил Шелтон.

— Увидел, как он седлает вашу лошадь, майор, и решил оседлать свою. Я с вами, сэр.

— Молодец, — похвалил слугу Гидеон, заметив притороченную к седлу кобуру. — Ты можешь оказаться полезным, Нед. — Он озабоченно посмотрел на потемневшее небо, моля Бога, чтобы не хлынул дождь.

— Где, черт возьми, эти пещеры, о которых она пишет? — спросил Пенторп.

— У бухты Сен-Меррин, в пятнадцати милях отсюда.

Гидеон скакал на Тени, которая могла легко преодолеть такое расстояние, и совершенно не беспокоился за Пенторпа и Шелтона, поскольку давным-давно проверил их возможности. Способности Клемонса также не вызывали сомнений. Глядя на него, можно было с уверенностью сказать: ради спасения хозяйки, грум побежит даже не своих двоих. Гидеона охватило знакомое волнение, словно перед боем, а раскаты грома вдалеке и темное небо над головой напомнили ему о Ватерлоо.