Ходок IV (СИ) - Тув Александр Львович - Страница 99

Единственное оружие, которое выбивается из этого правила – это стратегические ракеты с термоядерными боеголовками, способные стереть с лица Земли целый континент – они находятся в состоянии постоянной боеготовности и могут быть применены через считанные минуты после получения соответствующего приказа. Но никакого противоречия здесь нет – это проявление в реальной жизни диалектического закона о переходе количества в качество… а может просто исключение из правил… но нам всем, что в лоб, что по лбу – один черт, закон это, или исключение… если не дай Бог применят…

Магия не исключение – мгновенно войти в боевой режим невозможно, для этого требуется время. Некоторым, очень немногим Искусникам, типа Ларза Котена, которые рождаются раз в тысячу лет, а то еще и реже, требуется для этого совсем немного времени – они практически мгновенно переходят из обычного в боевой режим, причем их боевая мощь сравнима с ракетно-ядерным оружием. Кстати, это еще один пример перехода количества в качество, остальным же – «простым смертным», если это выражение применимо по отношению к магам, для этого требуется вполне ощутимое время – для всех разное. И это время Хан Карум получил, а остальное – несущественные детали – взамен павших солдат пришлют новых – свято место пусто не бывает, желающих служить в консульстве десяток на место… – жалко только, что опять пришлют болванов с протекцией, а не хороших воинов.

Впрочем, способ повысить мобильность применяемых защитных и атакующих заклятий существовал – артефакты! Многие маги, знакомые Хана Карума, ходили увешанные ими, как содержанки драгоценностями – с ног до головы, но, как говорил его учитель – благословенной памяти Архимаг Салтазар Браваг: «Артефакты – путь в никуда! Маг и в бане должен оставаться магом!».

Здесь следует уточнить, что магическое сообщество на Сете и на Тетрархе вкладывало в понятие «Архимаг» совершено разный смысл, и если на Тетрархе так называли гипотетического супермага, превосходящего истинного настолько, насколько истинный маг превосходил обычного, то на Сете это звание было просто очередной ступенькой на сложной бюрократическо-иерархической лестнице – типа генерал-майор, или что-то подобное, и этих Архимагов имелось достаточное количество.

Стать Архимагом мог любой Одаренный, обладающий беспринципностью, жадностью, умом, хитростью, изворотливостью, тягой к карьерному росту, талантом к подковерным интригам и прочими качествами, необходимыми для того, чтобы пробиться наверх в любом обществе. У нас такой индивид вполне мог бы выбиться, при некоторой доле везения, или при наличии тугой мошны, или волосатой лапы, или всего вышеперечисленного сразу, в депутаты или министры. Конечно, чтобы стать Архимагом необходимо было обладать определенным Даром, но никакого отношения к количеству Силы, которой оперировал маг, это звание не имело. На Сете встречались маги не имеющие никаких званий, значительно превосходящие по боевой мощи Архимагов… впрочем, было множество и обратных примеров.

Так вот, возвращаясь к нашим баранам, следует отметить, что Архимаг Салтазар Браваг с пренебрежением относился к Одаренным, использующим магические побрякушки, допуская их использование только людьми без Дара.

«Маг должен надеяться только на самого себя, – не раз повторял Учитель во время их многочисленных вечерних посиделок за рюмочкой «Черного Нектара», – а не на свой обвес, иначе это не маг, а базарный фокусник!». Хан Карум и после смерти Учителя сохранил свое брезгливое отношение к «девушкам», как он презрительно называл, как в глаза, так и за глаза, сторонников артефактной магии и это не могло не иметь своих последствий. Как только должность Архимага занял Ол Пребен – ярый сторонник артефактного пути, как Хан Карум вылетел из Совета, как сокол из гнезда, и отправился в почетную ссылку в Бакар.

Однако, против использования артефактов простыми – бесталанными людьми, если это шло на пользу дела, консул ничего не имел. Впрочем, он ни на мгновение не усомнился в способности начальника своей службы безопасности расправиться с любым врагом, не имеющим магического Дара, безо всякой артефактной поддержки, а уж с помощью «Темного кота», тот должен был совладать и с не самым последним волшебником, правда если тот не был полноценным боевым магом.

Хан Карум был уверен, что разноглазый уже завершил свою схватку с человеком-невидимкой – ведь тот не был магом, и уже прикидывал, как использовать безопасника, чтобы побыстрее прикончить, или захватить второго нападавшего, как его там… а-а-а – Лорда Атоса! Однако беглый взгляд в сторону показал, что дела у Тара Гливара шли не так хорошо, как ожидал некромант – схватка была в самом разгаре. Тут и ему стало не до наблюдений – в битву пришлось вступить уже самому.

*****

Самым неприятным оказалось то, что разноглазый не уступал Денису ни в скорости, ни в силе. Хотя нет… пожалуй самым неприятным оказалось то, что за первую минуту боя Денис должен был умереть раз десять, если бы не шкира. С другой стороны, а что тут было нового, или особо неприятного? – практически во всех серьезных схватках Денис выезжал за счет своей волшебной брони, сотканной угрюмыми троллями в сумрачных подземельях… тьфу ты, пардон-пардон – созданной гением и руками тетрархских ученых, магов, инженеров, рабочих и промышленных роботов. И все же, кое-что действительно очень неприятное имело место быть. Самым неприятным было то, все удары, нанесенные Денисом разноглазому, никакого эффекта не имели, и вот это-то и было обстоятельством по-настоящему обескураживающим.

Нельзя сказать, что Денис сознательно пренебрегал защитой, полностью полагаясь на свою непробиваемую шкиру, нет – отнюдь. Навыки, накрепко вбитые в подсознание во время обучения фехтованию у Мастера войны ш’Тартака и закрепленные во время многочисленных учебных боев с бело и краснопоясниками, заставляли его отрабатывать в защите по полной – на все сто процентов, и то, с какой легкостью Тар Гливар прошивал его оборону – заметим, не самую худшую в мире, настораживало. Умом понимая, что навряд ли это так, Денис на чувственном уровне, втайне, с апломбом неофита, полагал, что на какой-то там долбанной Сете едва ли найдутся соперники, способные устоять против красной Пчелы! Жизнь с треском опровергла это заблуждение.

Но, защита – защитой, а самые серьезные проблемы обозначились в нападении. До встречи с разноглазым, Денис напоминал сборную Бразилии по футболу, девизом которой было: «Вы нам забьете сколько сможете, а мы сколько захотим!». По большому счету, Денису было наплевать на пропущенные удары – этим занималась шкира, его дело было нанести ответные и никогда с этим заминки не было – враги получали столько, сколько нужно было для победы. И вот сейчас этот принцип не срабатывал: в ответ на многочисленные, мощные и точные удары, наносимые Гливаром, Денис, как обычно, наносил свои, не менее многочисленные, мощные и точные. И если все атакующие усилия разноглазого разбивались о несокрушимую Денисовскую броню, то почему пропадал втуне все контратакующие усилия самого Дениса, было совершенно непонятно.

Выглядело это так: «Черный коготь», направленный твердой рукой Дениса, куда-нибудь в грудь Гливара, внезапно уходил в сторону, когда до цели оставались считанные миллиметры. Похожий эффект можно наблюдать, пытаясь соединить одноименные полюса двух магнитов. Конечно, если магниты слабые, а сил у экспериментатора много, то соединить можно, но если экспериментатор – слабосильный хиляк, или магниты достаточно мощные, то –извините!

Единственное отличие заключалось в том, что в случае с магнитами, сила противодействия начинала действовать на дистанции, правда пока расстояние было велико – действовала практически незаметно, возрастая пропорционально квадрату расстояния между полюсами, а в случае же взаимодействия: Гливар – «Черный коготь», сила отталкивания возникала непосредственно у поверхности тела разноглазого, никак не проявляя себя на расстоянии.

Хотя… если иметь соответствующие приборы, и провести эксперимент по убиению разноглазого в чистых, лабораторных условиях, замеряя напряженность соответствующего (черт его знает какого) поля в разных точках, при этом доводить до тела Гливара оружие разного веса, разной заточки, с разной скоростью, под разными углами и тщательно все фиксировать, затем статистически обработать результаты, то, наверное, можно было бы обнаружить еще какие-то интересные закономерности, но… есть существенные сомнения в согласии Тара Гливара поучаствовать в подобном эксперименте, а дублер здесь не подойдет.