Свет звезды - Скиннер Глория Дейл - Страница 26

Мысль об этом сразу же привела его в чувство. Он остановил своего коня и стал наблюдать за ней. Ее отец доверил ему заботу о Гейти, и он должен следить за тем, чтобы ей не был причинен вред. Особенно с его стороны. Он намеревался поцеловать ее, не более того.

Гейти – красивая светская женщина. Благодаря положению ее отца женщины Саванны без труда примут Гейта в свой круг. И хотя он хотел когда-то, чтобы сын Фредерика унаследовал плантацию, ему нужен был наследник для Южных дубов. Но главное, ему надо понять: не ради ли этого он хочет, чтобы Гейти стала его женой?..

Она без особых усилий вызвала у него гораздо больший интерес, чем кто-либо другой. Если бы он собирался жениться только для того, чтобы обзавестись наследником, его женой с таким же успехом могла стать любая женщина, которая волновала его кровь так же, как Гейти. Его лицо расплылось в улыбке. Он сжал коленями бока лошади, заставляя ее рваться вперед. Астон знал, что не женился бы на Гейти только ради того, чтобы иметь наследника. Чтобы уговорить его на эту женитьбу, в их отношениях должно было бы присутствовать что-то более значимое. И он был абсолютно уверен, что это так и было.

Стоял теплый послеполуденный час последней недели апреля, и Гейта, сняв туфли и чулки и подняв платье чуть выше колен, сидела на небольшом валуне, глядя на неподвижную поверхность пруда. Приехав в Сиреневый холм, она сразу же села за рояль и больше двух часов развлекала своей игрой Мими, Хелен и Джанет. Это было чудесно. К концу игры она перешла на более нежные мелодии и расчувствовалась. Она решила отправиться к пруду и вспомнить о своем детстве.

Гейти не дала Мими и Джанет пойти вместе с ней и была очень рада этому. Это время она хотела посвятить тому, чтобы восстановить быстро ускользающую связь со своей первой семьей. Ей необходимо было укрепить жажду мести, которая не покидала ее все эти годы. Она отчаянно нуждалась в том, чтобы воссоединиться с прошлым и набраться решимости для осуществления своего плана.

Прикрыв глаза, Гейти подняла лицо к небу. Солнце скрылось за горизонтом, и первые нити сумерек появились на вечернем небосклоне. Кваканье лягушек, стрекотание сверчков и редкие всплески воды доносились со стороны деревьев позади нее. Воздух был неподвижен.

Гейти отбросила мысли о настоящем и перенеслась в те времена, когда она была девочкой, которую звали Эвелина Тэлбот.

Перед глазами Гейти предстала картина: она – маленькая девочка – играет в воде с Джошем, Теодорой и крошкой Тайтесом у самого берега пруда. Она увидела улыбающиеся лица, услышала смех, почувствовала на своем лице прохладные брызги воды. Вот ее семья за ужином: все склонили головы, а отец читает молитву перед едой. А вот они, празднично одетые, собираются в церковь...

Но сознание Гейти рисовало перед ней и картины, которые ей совсем не хотелось видеть. Теодора запирает ее и Тайтеса в доме и бросает их почти на целый день, пока отец и Джош работают в поле. Джош и Теодора кричат друг на друга. А вот Тайтес: у него длинные каштановые волосы, но нет? лица. Он в приюте – сидит на полу, протягивая к ней пухлые детские ручки, зовет к себе. Она слышит плач, но не видит лица. Как он выглядел? Она не могла вспомнить. Вот он зовет ее по имени, но это другое имя. Он знал ее как Эвелину. Но почему зовет не Эвелину? Почему он зовет Гейти?

– Гейти, Гейти!

Глаза Гейти моментально раскрылись. Тень мужчины упала на ее лицо. Она вскочила и стукнулась об кого-то. От испуга она еле слышно вскрикнула. Рука захватила ее запястье; она уперлась в чью-то крепкую грудь. Гейти чуть дышала от страха и отчаянно сопротивлялась.

– Гейти, это я, Астон.

Она перестала бороться и повернулась в обвивавшем ее кольце рук. Теперь лицо Астона было совсем близко. Грудь ее вздымалась, пульс бился часто-часто, сердце колотилось. Он сжал объятия.

– Все в порядке. Извините. Я совсем не хотел напугать вас. Я думал, вы слышали стук копыт моего коня.

– Я... я, наверное, заснула. Кажется, мне приснился сон. – Ее била дрожь. Локти лежали у него на груди, ладони были так близко от его лица, что она могла дотронуться до него, провести пальцами по щеке, вдоль подбородка и вниз к шее. Она засмотрелась на его губы. Ей совсем не хотелось встречаться с многозначительным взглядом его зеленых глаз.

– С вами все в порядке?

Она с трудом глотнула и кивнула. Его руки сжали ее еще крепче, он притянул ее ближе к себе.

– Гейти, – прошептал он нежно.

Ее ресницы сами собой приоткрылись; их взгляды встретились. В это мгновение она уже знала, что он собирается поцеловать ее, но не хотела останавливать его. Она уже приоткрыла рот в слабом протесте, но натолкнулась на теплоту его губ, прикоснувшихся к ее губам. Он поцеловал ее так нежно, так мимолетно, так сладко, это мог быть поцелуй отца, если бы не то, как он держал ее, как смотрел на нее. Волна удовольствия захлестнула ее, а после отозвалась где-то внизу.

Они посмотрели друг на друга – на мгновение поцелуй вызвал томительное замешательство. Он наклонился и поцеловал ее снова, на этот раз более требовательно, сильно. Она чувствовала прикосновение рук, крепко прижимавших ее к себе. Губы нежно скользили по ее губам, обучая ее искусству поцелуя. Руки Гейти скользнули наверх вдоль его груди и плеч, пальцы сомкнулись на шее в этом жесте все показалось естественным. Ее движение дало ему большую свободу действий – он крепко прижал ее грудь к своему телу.

Находясь в его объятиях, Гейти чувствовала исходящие от него силу, теплоту, страсть. Она услышала, как вздохи сменились прерывистым неглубоким дыханием. Она вкушала сладость его языка, губ. Запах туалетного мыла наполнял ноздри своим ароматом. Его губы становились все требовательнее, и она отвечала на его пыл с удивившей ее горячностью.

Громкий всплеск воды испугал Гейти, и они разомкнули объятия. Она отступила на шаг от Астона и прижала руку к губам, поразившись своему поступку, ужаснувшись ему. Гейти облизнула губы и почувствовала на них вкус Астона. Она вытерла ладонью рот и подбородок.

– Мы не должны были делать это, – прошептала она возмущенно, пытаясь успокоить свое дыхание. Гейти не могла поверить в то, что она позволила ему поцеловать себя и, что еще хуже, принимала в этом участие, хотела этого, получала удовольствие. Как же она могла? Она предала свою сестру, свою семью. Ей захотелось закрыть лицо руками и бежать от совершенного ею преступления. По лицу Астона пробежала усмешка.

– Может, и так, Гейти, но не забывай, что самое страшное, что мог нас заставить сделать твой отец за то, что мы целовались, – это пожениться. Но он и так этого хочет, так какая разница – он не будет возражать, если узнает.

Он снова дразнил ее, но ей не хотелось поддаваться его обаянию, попадать в плен его чар.

– Ты поступил нехорошо, поцеловав меня так. Я уверена, что папе не понравилось бы, что ты обманул меня. – Она злилась на саму себя, но решила отыграться на нем. Схватив туфли и чулки, она снова уселась на небольшой валун. Ей требовалось несколько минут, чтобы собраться с мыслями.

– У меня и мысли не было обмануть тебя, – возразил Астон добродушно. – Ты хотела этого поцелуя не меньше, чем я. Я же почувствовал, как ты отвечала мне.

– Это смешно. Я ничего не делала. А сейчас, если ты не возражаешь, я хотела бы надеть чулки.

Астон повернулся спиной к Гейти, улыбка все еще не сходила с его красивого лица.

– Можешь все отрицать, если тебе так больше нравится. Но поцелуи не умеют лгать, Гейти.

Возможно, это была правда, но она ни за что не признает этого. Она хотела, чтобы он скорее сменил тему. Чем быстрее они перестанут говорить об этом поцелуе, тем быстрее она сможет забыть о нем.

– Что вы здесь делаете? – спросила она, натягивая чулок. – Опять ловите рыбу?

Астон рассмеялся.

– После того уничижительного выговора, который я получил от вас в тот раз? Ни за что!

– Тогда что же вы делаете здесь, около пруда? Думаю, вы не могли явиться сюда только за тем, чтобы шпионить за мной.