Свет звезды - Скиннер Глория Дейл - Страница 1

Глория Дейл Скиннер

Свет звезды

Пролог

Джорджия, 1836 год

Лучше умереть, чем жениться на ней. Астон лихорадочно всматривался в лица мужчин, наставивших на него дула винтовок.

– Позволь мне убить его, отец, – сказал Джош. – Мне нет еще шестнадцати. Меня не повесят.

– Меня тоже не повесят, – не спеша ответил ему отец.

– Она лжет! – снова запротестовал Астон, дрожа от ярости. – Это не мой ребенок! Клянусь, я никогда не дотрагивался до нее.

Астон взглянул на самоуверенную девушку, стоящую рядом со своим отцом. Ее беременность нельзя было не заметить, и нетрудно догадаться, почему она обвиняла в этом именно его: отец Астона был самым состоятельным человеком в округе.

При выезде из города Астон попал в засаду и под дулом ружья Дювей Тэлбот и его сын Джош привели его в церковь. До Астона доходили слухи о том, как свободно Теодора Тэлбот распоряжалась своим телом. И это не было ему безразлично. По правде говоря, он предполагал, что когда-нибудь очередь дойдет и до него. Но этого так и не случилось.

– Она предупредила нас, что ты не признаешься, – сказал ее брат, подняв ружье чуть выше и прицелившись Астону в грудь.

– Другого я и не ждал. Они никогда не признаются, – добавил ее отец, снова переводя взгляд па Астона. – Но ты все равно женишься на ней. Я не позволю, чтобы ты погубил мою дочь и оставил щенка, которого мне придется кормить. Сейчас же ты скажешь: «Я женюсь» – или я спущу курок и забрызгаю твоей кровью всю церковь.

Астон сжался внутри, услышав щелчок взводимого курка, и обернулся к своей единственной надежде. Священник с дрожащими от страха губами съежился за алтарем. Его взгляд нервно перескакивал с девушки на ее брата и отца. Астон понимал, что священник чувствует себя не лучше, чем он сам, но решил попытать счастья еще раз.

– Скажите им, что они не могут заставить меня жениться на ней, – попросил он.

– Я... он... он прав... – прошептал, запинаясь, священник.

Отец Теодоры подвел дуло ружья к уху священника.

– Думаю, что тебе лучше не произносить ничего, кроме брачных обетов. Давай принимайся за дело.

– Говорю вам, она лжет, – снова запротестовал Астон, обезумев от того, что ему не верят. – Она была со многими парнями, но я не...

Прикладом ружья Джош ударил Астона по лицу, отбросив его назад. Искры посыпались из глаз. Он застонал, от боли в голове потеряв равновесие.

– Не говори так о моей сестре. Она не шлюха. – Джош взглянул на отца. – Давай я убью его, папа, – сказал он снова.

Удар по голове успокоил Астона – он осознал, что никакие разговоры не помогут ему избежать женитьбы. Тэлботы решили, что Теодора говорит правду, а он лжет. Астон не верил, что отец Теодоры может застрелить его, но Джош молод и глуп, он вполне может нажать на курок. Женитьба на несчастной оборванке не была тем, о чем мечтал для себя Астон в семнадцать лет, к тому же он был уверен, что Теодоре не больше четырнадцати.

Но Астон понимал, что покинет церковь либо женатым, либо мертвым. Другого выбора не было. Он глубоко вздохнул и решил, что лучше жениться. Повернувшись к священнику, он пробормотал:

– Я женюсь на ней.

Полностью овладев собой, Астон стал слушать священника и вовремя произносить нужные ответы, пока его не объявили мужем молодой девушки с темными спутанными волосами.

Дювей Тэлбот швырнул Астону маленький узелок тряпья.

– Она твоя. Веди ее к себе домой.

Он перевел свои прозрачные голубые глаза на Теодору.

– Я поступил так, как угодно было Господу. Я заставил его жениться на тебе, но теперь с тобой покончено, Я не хочу тебя больше видеть.

– Папа...

Дверь церкви с шумом распахнулась. Говард Ратледж и трое его людей ворвались внутрь, держа наготове ружья. Джош поднял свою винтовку.

Увидев страх в глазах Джоша, Астон поспешно оттолкнул Теодору, пытаясь остановить ее брата.

– Не стреляй! – закричал он, но его слова утонули в оглушающем грохоте винтовки, принадлежащей одному из людей отца Астона. Пуля пронзила Джошу грудь.

– Нет! – вскрикнул Дювей, увидев, как его сын отлетел назад и рухнул на пол. Дювей поднял свое оружие, но три пули пронзили ему грудь и живот до того, как он успел выстрелить. Он выронил винтовку и повалился на пол.

Теодора закрыла уши руками и закричала, отскочив в дальний угол церкви. Упав на колени, она захныкала:

– Не стреляйте в меня! Папа заставил меня сказать, что это ты. Не стреляйте!..

Астон выхватил винтовку из рук одного из мужчин.

– Никто тебя не тронет, – сказал он Теодоре и склонился над ее отцом и братом.

Оба Тэлбота были мертвы. Астон взглянул на своего отца и мужчин, которых знал всю свою жизнь. Его била дрожь, подступала тошнота.

– Зачем вы стреляли? – заорал он на них.

– Этот мальчик прицелился, сынок. Если бы остался жив он, погибли бы мы.

Астон вздрогнул и покачал головой, не желая верить в то, что произошло.

– Джош просто не понимал, что делает, – сказал Астон, пытаясь оправдать юношу.

– Старый Вен видел, как Тэлбот и его сын остановили тебя за городом и привели сюда, в церковь. Он понял, что произошло, и поехал за мной на лесопилку. Я не могу позволить тебе жениться на этой девушке.

– Ты опоздал, – пробормотал Астон. – Мы уже женаты. – Он сжал кулаки, когда взгляд его упал на мертвых мужчин: на их рубашках темнели пятна крови.

– Сукин с... – Говард прервал себя на полуслове, вспомнив, что находится в храме Господнем. Все еще не веря в случившееся, он покачал головой. Потом перевел взгляд на девушку, которая жалобно всхлипывала. – Не беспокойся, сынок. Я позабочусь обо всем. – Он мельком взглянул на священника. – Никто никогда не узнает об этом.

– Нет! Хватит того, что ты уже сделал.

Астон встал. Он решительно посмотрел на отца. Теперь она моя жена. Я буду отвечать за нее и заботиться о ней.

– Это твоего ублюдка она вынашивает? – с отвращением спросил Говард.

Астон не привык лгать отцу, не смог он солгать и сейчас.

– Нет. Я никогда не дотрагивался до нее, но ребенок будет носить мое имя.

– У меня не будет...

– Тебя это не касается, – прервал Астон, как никогда и не касалось. – Его взгляд скользил по двум мертвым телам. – Черт побери, отец, зачем ты застрелил их?

Глава 1

Джорджия, 1848 год

Она опять дома. Гейти ни о чем не мечтала так страстно, как о возвращении домой, в место, которое едва помнила. Она стояла на главной веранде только что отремонтированного дома и смотрела поверх зеленого газона. Поодаль, перед свежевыкрашенными сводчатыми воротами с надписью «Сиреневый холм», уходили в голубое небо высокие сосны Джорджии. Двенадцать лет назад она покидала этот дом Эвелиной Тэлбот. Вернувшись вчера, она была Гейти Смит.

Гейти знала, что приемный отец не разделяет ее желания вернуться на Юг: он запрещал ей сделать это в течение последних двух лет. Но, когда прошлой зимой врач сказал ему, что ревматизм не будет беспокоить его так часто, если он переедет в более теплое место, она сразу же начала уговаривать его продать чугуноплавильный завод и переехать в дом, который когда-то принадлежал ей.

Мягкая ладонь легла на ее плечо; она обернулась к отцу, стоящему позади нее. Ее мысли витали настолько далеко, что она даже не слышала, как он подошел.

– Ты счастлива? – спросил он.

Гейта улыбнулась крепкому мужчине с редеющей шевелюрой и стареющими голубыми глазами:

– Да, папа. Здесь так красиво! Он добродушно проворчал:

– Я должен был догадаться. Даже прожив двенадцать лет на Севере, ты все равно считаешь Юг своим домом.

Она погладила его руку:

– В моем сердце всегда будет печаль из-за того, что мы так и не смогли разыскать Тайтеса, но, может быть, со временем это пройдет.