И придет рассвет - Скай Кристина - Страница 54

– Ты так изменился. Только теперь я поняла. Мы оба изменились. Ты не просто вернулся домой после Ватерлоо. Ты стал другим человеком. А если бы остался прежним, я бы встретила тебя по-другому, потому что я уже не та женщина, какой была когда-то. Молю Бога, чтобы он сделал нас сильными, потому что это поможет спасти Алексис.

– Верь в это. – Он сжал ее руку. – Не прекращай верить ни на минуту.

В девять вечера три человека все еще прочесывали Лондон в поисках тех, кто видел девочку, похожую по описанию на Алексис. Индия то засыпала, то просыпалась в комнате наверху, Чилтон стоял на страже у входной двери, а два грума дежурили в переулке.

Но никаких известий от похитителей не было.

Херрингтон и Фроггет вернулись ни с чем. Они поужинали холодным мясом и очень крепким чаем, который им подал Чилтон.

Когда Индия спустилась вниз, она уже не была такой бледной, хотя вид у нее был усталый. По серьезным лицам мужчин она догадалась, что о девочке по-прежнему ничего не известно.

Ровно в одиннадцать парадная дверь с шумом распахнулась и в холле раздались решительные шаги. В дверях кабинета появилась высокая фигура мужчины с крючковатым носом.

– Что это за новость о девочке, которую похитили? – возмущенно произнес герцог Веллингтон. – Это варварство, вот что это такое! Я вам клянусь, что мы расправимся с этими ублюдками так, как они этого заслуживают. – Он снял плащ и бросил его на руки следовавшего за ним человека. – Мне нужны бумаги, Стивенс. – Все, включая карты.

– Да, ваша светлость. – Секретарь подал герцогу толстую папку с документами.

– Отлично. А теперь, Торн, расскажите, что вам удалось узнать.

Алексис била дрожь.

Она смотрела в темноту, отчаянно борясь со слезами. В руках она сжимала свою старую куклу, которую привезла с собой в Англию из Брюсселя.

Кукла была ее единственным утешением. Вода все капала, в темноте то и дело что-то шуршало. Алексис не понимала, что эти приглушенные звуки производили крысы. Она лежала в углу, свернувшись калачиком и крепко прижимая к себе куклу.

Время шло, и она вдруг поняла, что уже не одна. Сначала ее окружали какие-то колеблющиеся тени, а потом возникли яркие фигуры с улыбающимися лицами. Она когда-то их уже видела. Особенно когда ей было страшно или одиноко.

Яркие фигуры окружили ее в темноте. Это была целая армия, которая защитит ее от зла.

Так, во всяком случае, думала Алексис, погрузившись в полусон. А потом она почувствовала, что рядом стоит еще кто-то. Она увидела улыбающегося маленького мальчика, в глазах которого светилась радость.

И Алексис поняла, что это тот самый мальчик, которого она видела рядом с Индией.

Для Алексис все эти образы были такими же реальными, как холодный пол, на котором она лежала. И они дарили ей надежду.

Когда дверь в темную комнату медленно, со скрипом открылась, она была готова и не вздрогнула. Она уже знала, кто пришел.

Он скользнул сквозь тени со свечой в руке. У него на лице была маска, которую она часто видела в своих снах: ярко раскрашенная маска с длинным острым носом и шрамом во всю щеку. Алексис уже видела такую маску у бродячих артистов, когда жила в Европе. Но вошедший человек не улыбался.

Внезапно у Алексис перехватило дыхание. Она увидела вокруг него какое-то движение – извивающиеся тени людей.

Серых людей.

Людей, которые умерли.

Они обвились вокруг его груди, тыкали ему в глаза пальцами и хватали его за горло. Алексис знала, что это были люди, которых он убил. Теперь они кружили вокруг, ожидая его смерти.

Она в ужасе отшатнулась.

Комната наполнилась дьявольским смехом.

– Значит, ты все-таки боишься? Это хорошо, глупышка. А где леди Деламер?

Алексис крепко сжала свою куклу.

– Я не знаю. Она куда-то исчезла.

– Это верно. Но твои ответы нас не интересуют. Нам нужна ты. Ты приведешь к нам своего заботливого опекуна и эту авантюристку леди Деламер. И тогда все, что нам нужно, будет нашим.

– Не делайте этого! – Алексис широкими от ужаса глазами наблюдала за тем, как серые тени извиваются вокруг человека в маске. – Они ждут вас. Если вы изменитесь, если поговорите с ними по-хорошему, они, может быть, уйдут. – Она знала, что это не так, но ее чистая душа восставала против проявления зла. Ей надо как-то изменить судьбу этого человека.

Но ее похититель лишь расхохотался:

– С кем это я должен поговорить по-хорошему? Ждать подходящего момента и не задавать вопросов? – В лучах свечи его маска напоминала физиономию горгульи. – Но я не стану ждать, моя дорогая. Мы уже почти выиграли игру. Нам нужен только бриллиант, и твоя подруга леди Деламер очень скоро нам его отдаст. И все благодаря тебе.

Алексис отступила в темноту, подальше от извивающихся теней. Их число возрастало с каждым сказанным словом. Но она понимала, что он ей не верит.

И не поверит до тех пор, пока уже не будет слишком поздно.

Ей оставалось лишь в страхе смотреть на него и прижимать куклу к своему дрожащему телу. А он захлопнул за собой дверь и с хохотом скрылся в темноте.

Была уже полночь, когда герцог Веллингтон собрался уходить. Он оглядел напряженные лица присутствующих и кивнул.

– Мы близки к цели. Мы найдем девочку и через нее всех участников этого безумного заговора. А пока, Торнвуд, мои люди в вашем распоряжении.

Он быстро повернулся – так же молниеносно, как командовал артиллерией под Ватерлоо, – и обратился к секретарю:

– Мою папку, Стивенс.

С этими словами Веллингтон скрылся за дверью.

Город постепенно затихал. Реже появлялись кареты, совсем прекратился шум шагов. На огромный город, каким был Лондон, опустилась тихая ночь.

Девлин сидел в своем кабинете и смотрел на затухающий огонь в камине. Он не мог ни спать, ни планировать свои дальнейшие шаги. Он мог думать только об Алексис, видел испуганное личико. И это сводило его с ума.

В кабинет тихо вошла Индия.

– Я не могу заснуть.

Торнвуд указал на стул возле себя.

– Я тоже. Выпьешь шерри?

Она кивнула, но когда он принес ей рюмку, она ее не взяла, а лишь посмотрела на него испуганными глазами.

– Девлин, ты думаешь, что они…

– Не надо. Нельзя думать о самом худшем. Хотя последние два часа только этим и занимаюсь. Индия, я знаю, что не имею права спрашивать об этом, что я даже думать об этом не должен, но… – В его взгляде она прочла невыразимую муку. – Как ты думаешь, мы могли бы… то есть могла бы ты…

– Скажи, Дев. Скажи, чего ты от меня хочешь. – Она не собиралась облегчать ему задачу, особенно сейчас, когда между ними было столько недосказанного. На этот раз он должен все сказать прямо, чтобы у нее не возникло никаких вопросов.

– Ты могла бы остаться со мной? Только сегодняшнюю ночь, Индия? Как моя жена и моя любовь? Это единственное, что поможет мне не сойти с ума до утра.

Она могла бы. Она положила руки ему на плечи, и он ощутил тепло ее тела.

Не думать. Ни о чем не думать и ничего не вспоминать. Только прикоснуться к ее коже – нежной, как лепестки роз.

Ее руки дрожали.

Господи, он тоже дрожит.

Он крепко зажмурился при первом ее прикосновении. Если он очень постарается, может, ему удастся вытеснить из головы мысли об Алексис – маленькой испуганной девочке, сидящей где-то в темноте.

Но он никогда не сможет этого забыть. Из груди его вырвался глухой стон.

Индия прижала его к себе. Неужели она снова его потеряет? Нет! В те месяцы бесконечного отчаяния после Ватерлоо она научилась выживать.

– Ну же, Девлин. Заставь меня вспоминать. Пусть время повернется вспять, и снова будет весна и земля, устланная лепестками роз.

– Ты веришь э меня? Ты всегда в меня верила, – удивленно сказал он. – Даже когда я не верил в самого себя.

– Это фамильная черта Деламеров – верить в людей.

Она начала расстегивать его рубашку.

И Девлин Карлайл сдался.