И придет рассвет - Скай Кристина - Страница 37

Глава 19

Ну почему ему не посчастливилось влюбиться в нормальную, покладистую женщину? Предпочтительнее в такую, которой было бы знакомо слово «нет».

Но эта рациональная мысль была сметена ураганом чувств. Потому что женщина, которую он обнимал, была одновременно и невинной и соблазнительной. Она была летней жарой и осенней прохладой. Упрямой, непостоянной, безрассудной и совершенно удивительной. И ее смертельный номер во время запуска воздушного шара свидетельствовал именно об этом.

И Девлин Карлайл знал, что не может ей противостоять.

Его отвлекли шаги по гравию дорожки.

– Э-э… просим прощения. Мы не поняли, что эта беседка занята.

Две фигуры проскользнули мимо Девлина и скрылись в темноте. Девлин был слишком ошеломлен встречей, которую ему оказала Индия, чтобы оторваться от нее. А следовало бы. Но ее пальцы были в его волосах, а ее тело, гибкое, словно побег рябины весной, было прижато к его телу. По крайней мере, сейчас она принадлежала ему. Она целовала его в подбородок, щеки, глаза.

Ночь была слишком искушающей, а она была слишком соблазнительной. Он ощущал вкус шампанского на ее губах. Интересно, сколько бокалов она выпила?

– Я буду чаще уезжать, моя дорогая, если ты мне пообещаешь, что будешь каждый раз так меня встречать.

Он почувствовал, как она напряглась. Она отшатнулась и сжала кулаки.

– Не воображайте, что это что-то значит, Девлин Карлайл. Вы просто попались под руку в нужный момент. Мне надо было отделаться от этих негодяев.

– Неужели?

В свете фонариков переливалось тонкое, как паутинка, платье, облегавшее ее роскошное тело. Она была так прекрасна, что у него сжалось сердце. Он молча провел пальцами по ее бедру, а потом прижал к себе.

– Прекратите.

Он сделал вид, что не слышит. Лениво улыбаясь, он запустил руку в рыжие кудри, спускавшиеся ей на грудь. Намотав один локон на палец, он притянул ее еще ближе.

– Отпусти меня, Девлин. Ты затеял недостойную игру. Я тебе этого не позволю, слышишь?

Его улыбка становилась все шире, а глаза заблестели хищным блеском. Она замерла в ожидании и только не сводила глаз с бившейся на его шее жилки.

– Девлин, это опасно. Нам не следует даже думать о…

Обняв ее за талию, он сделал шаг назад к длинной каменной скамье вдоль стены беседки, но вместо нее наткнулся на что-то небольшое, покрытое шерстью.

Это что-то взвизгнуло и прыгнуло в тень. Торн потерял равновесие и рухнул на покрытый листьями пол беседки.

Что-то острое впилось ему в спину.

– Что это такое, черт возьми?

– Полагаю, мой пистолет.

Пистолет. Конечно. Как это он о нем не подумал?

– Ты что, давала здесь уроки стрельбы?

– Я защищалась. А потом я увидела обезьянку.

– Обезьянку. – Он сел. – Не понимаю.

– Девлин Карлайл, ты пьян? Твои слова лишены всякого смысла.

– Мои слова лишены смысла? Разве это я говорю про обезьян и пистолеты, моя дорогая?

– Полагаю, что я должна была разрешить этим двум негодяям сделать со мной то, что они хотели? – огрызнулась Индия.

При этих словах Девлин вскочил.

– Почему ты об этом сразу не сказала? Я убью их! Их повесят на дубе напротив оркестра.

Он приготовился бежать, но зацепился ногой за перевернутый стол и снова упал, стукнувшись головой о гранитную скамью.

– Девлин, ты в порядке?

– Да лучше не бывает! Сначала в меня нацелили пистолет, потом на меня напала обезьяна, после этого я подвернул ногу и в довершение всего разбил голову о каменную скамейку.

Индия пробралась к скамейке и села. И вдруг расхохоталась.

– Не вижу ничего смешного, – мрачно произнес Торн, потирая ушибленную голову.

– Просто у тебя такой вид… Пистолет, обезьянка и это… О, прошу прощения, но все это слишком. К тому же это несносное существо разбило бокал. Так что будь осторожен и не сядь на осколок. – Она нагнулась. – Вот большой осколок… довольно большой. А вот еще больше… – Она вдруг осеклась.

– В чем дело? Сейчас ты скажешь, что здесь, в беседке, прячется тигр.

Поскольку она не ответила, Девлин осторожно подвинулся в ее сторону. То, что он увидел у нее в руках, заставило и его затаить дыхание. На ладони Индии лежал драгоценный камень изумительной красоты. Сотни его граней сверкали, словно первые бледные полоски рассвета.

– Какой красивый, – сказала Индия. – Но как он оказался здесь?

Торн не сводил глаз с розового камня.

– Может, эти люди…

Индия покачала головой:

– Нет, они были здесь очень недолго. Конечно, в темноте я могла не заметить, тем более что думала о другом.

– Как застрелить их, не так ли? – Девлин в восхищении посмотрел на камень. – Боже милостивый, в нем не менее шестидесяти карат. – Он на секунду запнулся. – И он розовый. Розовый бриллиант. Я знаю только один такой. Но этого не может быть…

– Чего не может быть? – Она глянула на Девлина, снявшего маску. – Что ты хочешь сказать, Девлин?

В голове Торна пронесся ураган мыслей. Неужели переправка бриллиантов в Англию уже началась и первые из них должны были быть обменены здесь сегодня вечером? Тем, кому надо остаться незамеченными – богатым или бедным, англичанам или иностранцам, – лучшего места, чем Воксхолл, было не найти. К тому же в этой толпе орудовали самые опасные преступники лондонских улиц. Да, Воксхолл был самым подходящим местом для обмена. И как это он раньше не додумался!

– Девлин! Скажи, что все это значит.

Он не мог. Но мозг его лихорадочно работал. Надо было понять, что означает его догадка.

– Что? Нет, ничего. Если не возражаешь, мне хотелось бы получше рассмотреть этот камень.

Но он опоздал. Бриллиант исчез. Девлин нахмурился:

– Что ты делаешь?

– Я спрятала его, чтобы он был в безопасности.

– Так достань его из своего ридикюля.

– Но я его туда не клала.

Торн оглядел Индию: на этом прилегающем платье не было ни одного места, где можно было бы спрятать камень такого размера.

Кроме…

Торн бросил взгляд на ее роскошную грудь. Неужели у нее хватило смелости сунуть бриллиант за корсаж?

– Индия?

– Да, Девлин? – нежно промурлыкала она.

– Ты же знаешь. Я его найду. Это лишь вопрос времени. Ты не можешь надеяться, что спрячешь его от меня.

– Если посмеешь. Но мне кажется, что ты не решишься. Ты же боишься своих чувств. Ты боишься того, что видишь, когда смотришь на меня, и что чувствуешь, когда ко мне прикасаешься. Поэтому я уверена, что бриллиант будет в полной безопасности там, где я его спрятала.

Торн стиснул зубы. Эта женщина была хитра, как Макиавелли. Точно как ее бабушка. И то, что она не ошиблась в его оценке, только добавило ему злости.

Да, он действительно боялся своих чувств. Одно прикосновение – и он пропал. А он не мог рисковать. Особенно в этом тихом месте, предназначенном для влюбленных и для тех, кому выпало счастье осуществить свои мечты.

– Черт побери, Индия, отдай мне бриллиант.

– Достаньте его сами, милорд.

Она, стало быть, думает, что он трус? Выругавшись себе под нос, он поднял ее на ноги. Свет фонарика играл в ее рыжих волосах. Она была легкой и хрупкой, как сказочная принцесса. И он чуть было не задохнулся от исходившего от нее аромата фиалок.

– Не заставляй меня делать это, Индия. Тебе будет так же больно, как мне.

– Ты и вправду так думаешь? – Ее глаза сверкнули. – Я с тобой не согласна. Я думаю, что мне это очень понравится.

– Я пытаюсь защитить тебя! Почему ты всегда все усложняешь?

– Возможно, потому… что я не хочу, чтобы меня защищали.

Он схватил ее за плечи.

– Мне нужен этот камень, Индия. Это важно – важнее, чем ты думаешь.

– Почему, Дев? Что такого особенного именно в этом бриллианте?

Проклятие, подумал Торн. Он и так сказал слишком много.

– Я просто не хочу… не хочу, чтобы бриллиант такого размера потерялся.

– Я тебе не верю. Ты чего-то недоговариваешь. И я подозреваю, что довольно много.