Черная роза - Скай Кристина - Страница 31

В море паруса далекой шхуны блеснули на мгновение, а потом исчезли, когда корабль поплыл на юг, обгоняя ветер. В Дьепп, без сомнения, думал Дейн, непроизвольно теребя пальцами оконную занавеску.

Неужели они даже сейчас везли золотые гинеи, чтобы накормить и вооружить изнуренные войной наполеоновские войска?

Лицо Дейна ожесточилось при воспоминании о последней встрече в морском министерстве всего несколько дней назад.

— Потратил чертову уйму времени, разыскивая вас, Рейвенхерст, — строго произнес суровый седой адмирал с плохо скрываемым под недовольством уважением. — Вино и женщины — это, конечно, очень хорошо. Разумеется, вы заслужили это. Но не думаете ли вы, что пришло время возвращаться к делу вашей жизни? В конце концов, вы должны были давно залечить свои раны.

«Только раны принимаются во внимание», — с горечью подумал Дейн, уставившись в ночь. Он беспокойно задвигал левой рукой, ощупывая безобразные шрамы, покрывавшие руку от запястья до локтя. Длинные, жесткие линии, отливавшие серебристым и кроваво-красным цветом в пляшущем огне камина.

Возможно, Старик прав. Возможно, работа — это, в конце концов, то, что ему нужно. То, что отвлечет его мысли от призраков Трафальгара и Ла-Коруньи. Одному Богу известно, сколько он перепробовал за последние месяцы. Вино не помогало, как и бессмысленная ветреность Лондона.

Женщины помогали, но ненадолго. Вскоре их притягательность, даже таких, как роскошная Даниэла, начинала тускнеть.

И вот его разыскало морское министерство.

Глаза Дейна потемнели при воспоминании о грубоватых словах Старика.

— На сей раз это приказ, — спокойно произнес мужчина с суровым лицом. — Я знаю, что вы были освобождены от обязанностей из-за несчастий с вашей семьей. Ужасно вернуться домой и узнать такое… — Он поднял руку, когда Дейн попытался вмешаться. — Нет, дайте мне сказать. Я не пошлю вас обратно в море, и не просите. Это нечто более важное, хотя ваша ухмылка говорит о том, что вы с этим тоже не согласны! На этот раз я охочусь за агентом. Оказывается, у этого парня база в Фарли, в старых развалинах к западу от Рая. Вы хорошо знаете это место, так что не отказывайтесь, — неумолимо продолжал он. — Фарли принадлежал семейству Лейтон на протяжении нескольких поколений. Сейчас это, к сожалению, обширные руины. Мне известно, что последний Лейтон был отчаянным прожигателем жизни — проиграл последний шиллинг, а потом наложил на себя руки. Скверное дело, скажу я вам. Нагрянули кредиторы, и после того, как они растащили уцелевшие обломки, не осталось уже ничего.

Потом адмирал остановился, бросив взгляд на стопку бумаг, аккуратно разложенных в середине письменного стола.

— Единственная дочь — Тереза Ариадна Лейтон. Еще один наследник — ее брат Эшли. Мальчик учится в Оксфорде и уже приобрел известность в компании повес. — Адмирал неодобрительно хмыкнул. — Мальчишка достаточно дерзкий, чтобы заняться контрабандой, я в этом не сомневаюсь. Однако было бы чертовски трудно организовать все, находясь на таком расстоянии. И он слишком молод для такого лидерства, разумеется. Но кто знает… — Нахмурившись, седовласый офицер обратился к находящемуся поблизости человеку: — Как бы то ни было, теперь это ваша проблема, Рейвенхерст. У нас есть основания полагать, что шпионской деятельностью руководит Ромнийский Лис, неуловимый негодяй. Вы, вероятно, слышали о нем? И вряд ли вам помогут в Рае, поскольку этот парень на короткой ноге с местными жителями.

«На короткой ноге с ней?» — спросил себя Дейн, почувствовав в горле спазм от бешенства.

Сидящий напротив него адмирал со стальными глазами долго и пристально изучал его.

— Найдите Лиса, Рейвенхерст. Загоните его в нору и разузнайте, он ли стоит за шпионской деятельностью и вывозом золота. Если это он, — адмирал не спускал глаз с лица Дейна, — тогда ликвидируйте мерзавца. Мы не можем допустить, чтобы планы герцога Веллингтона стали известны Бонапарту, особенно сейчас, когда положение на континенте становится критическим. Я не стану говорить вам, когда и где, поскольку эта информация известна немногим, но сообщу позднее, Рейвенхерст. Пользуйтесь любыми необходимыми средствами — я вас не ограничиваю. Но только постарайтесь, чтобы предатель замолчал. Раз и навсегда.

Белые занавески трепетали вокруг Дейна, когда он стоял, недвижимый, в бледной полосе лунного света. Его темно-синие глаза были суровы и непроницаемы.

Даже тогда он попытался ускользнуть из сетей Старика.

— Что дает вам основание считать, что меня хоть немного интересуют ваши заботы или эта проклятая война? — резко спросил он.

— Итак, вы не хотите слушать? Даже ради человека, спасшего вам жизнь? — сурово вопрошал адмирал. — Вы помните молодого Торпа, не так ли? Корабельный гардемарин с «Белле-рофонта», потерявший руку при Трафальгаре. Мальчику платили половинный оклад после Ла-Коруньи. Выполнял для нас разовые задания. Ну так это его выбросило на берег в бухте Фарли. Разве Морланд не говорил вам об этом? Его последние слова были: «Она ждала меня… „Ангел“… Тэсс».

При звуках этого имени Дейн подался в кресле вперед; руки его были сжаты, лицо похоже на темную маску. В нем забушевала жгучая ненависть, будоража его мысли, превращая их в темный водоворот. Работать с контрабандистами было достаточно грязным занятием, но убить невинного паренька семнадцати лет…

Сука! Хладнокровная сука!

Неожиданно дело приняло другой оборот; не было больше короля и нации, не было флота против флота. Теперь все становилось до боли личным; это был долг мщения, он должен отплатить за невинного гардемарина, спасшего когда-то ему жизнь, потеряв в переделке собственную руку.

Теперь это был поединок мужчины против мужчины.

Или женщины.

Да, сумрачно поклялся себе Рейвенхерст, он сделает то, что приказал адмирал. Он рассчитается с Тэсс Лейтон без малейшего сожаления.

— В вашем распоряжении шесть недель, — неумолимо продолжал адмирал. — Очень скоро Веллингтон начнет подготовку к решающему броску на полуострове. Достаточно сказать, что мы не вправе допустить, чтобы кто-то помешал успеху этой миссии. Мы с вами оба задействованы для обеспечения проведения кампании.