Самая младшая - Романовская Лариса - Страница 49

– Ле-ноч-ка! – Это ее мама из подъезда вышла. Вот сейчас она была в шпионских очках. И еще в шарфике, который всю голову заматывал. Но ей незачем было прятаться: ведь никто же так и не узнал, что это она…

Полина решила на всякий случай убежать. И сама Беса потянула – к березе, к гаражам. Ленка тоже побежала с ними, хотя там лужи были, а она в туфлях. Они сперва молча бежали, а потом хохотать начали, потому что у Беса из-под лап земля мокрая во все стороны летела. И все стало как будто по-старому.

Ленкина мама снова закричала от подъезда, а у Полины в куртке мобильник тренькнул – это баба Тоня научилась смс-ки отправлять и спрашивала, почему Полину из окна не видно. И вообще звала домой. Можно было сказать «Меня бабушка ждет» и идти обратно. А Полина вместо этого сказала:

– У меня пятнадцатого мая день рождения. Ты приходи.

Песочникова даже остановилась:

– Я помню. Меня мама, наверное, не отпустит. Давай я папу Колю попрошу, пусть он с нею поговорит. Она его всегда слушается. Он к нам жить вернется и ее попросит.

Полина решила, что все-таки попробует еще раз немножко поколдовать. Пусть даже в последний раз.

Мама Песочниковой опять кричала от подъезда, но к ним не шла. Просто отвернулась.

Они пошли в обратную сторону, до фонарного столба. Бес опять начал его обнюхивать. Полина обошла столб с правой стороны, Ленка – с левой. А когда они встретились, то хором сказали друг другу «Привет». Это примета хорошая. Чтобы не ссорится. Или помириться.

ТОЛЯ И ТОЛИК

Пока Полина про Ленку вспоминала, они с дедом уже до заброшенного участка дошли. Впереди всего три забора осталось. Дедушка уперся палкой в землю (хотя никаких машин мимо не проезжало) и покивал:

– Это вы с ней правильно. Друзей бросать нельзя… Даже если кажется, что они ненастоящие.

– Выдуманных тоже нельзя, да, дедуль? А то обидятся. Ты в них хочешь – веришь, не хочешь – не веришь. А они в тебя верят, как будто ты им не друг, а бог. – Полина смотрит, как ее тень поперек дороги темнеет и руками размахивает. А дедушкина тень головой качает:

– Это кто ж у тебя выдуманный-то, а? Про кого опять сказку придумала?

Кажется, что на дороге еще одна тень появилась. Ростом с Полину. Нет, даже пониже. Ведь Толику всегда восемь лет, а Полине девять через две недели…

– Про тебя. Но ты не обижайся. – Полина берет дедушку за локоть и начинает объяснять. Она так рассказывает, что сразу и к дедушке Толе обращается, и к Толику, вперемешку. Ей даже кажется, что они отвечают вдвоем. – И, понимаешь, дедуль… Толик, мне перед тобой неудобно, что я тебя придумала, а в тебя уже не верю, но притворяюсь, что верю. Вот. И я не знаю, куда Толик денется, когда я вырасту. Деда, ты не знаешь, куда герои уходят, когда они не нужны? Я не хочу, чтобы ты ненужным был. Мне тебя жалко.

– А чего жалеть-то, Полин? Все будет хорошо. Мне Толик сейчас сказал, что он со мной теперь останется. – Дед Толя обхватывает Полинины уши ладонями и покачивает ее голову туда-сюда, как раньше, когда она маленькая была. – Ты не беспокойся, я с ним полажу, я ж его помню. Подойдет тебе такой вариант?

– А ему будет интересно с тобой? – не сразу соглашается Полина.

– Это уж от него зависит. Захочет узнать, что со мной дальше было, когда я вырос, – все расскажу… А если нет – тоже не беда. Мы же в будущем сейчас живем. Когда я… когда Толик мечтал, как все потом станет, то про многое думал. А вот про нынешнюю технику – нет. Так что покажу ему, что у нас сбылось.

– А мне покажешь?

– Обязательно. – Дед в карман куртки полез. А у него там – золотая елочная рыбка. Та самая, старинная, розоватая и без хвоста.

– Ты Толика через этот артефакт вызывать будешь? – спрашивает Полина.

– Да вроде того.

– А ты о нем точно заботиться станешь?

– Обязательно, – серьезно говорит дедушка. Он даже очки снимает, чтобы Полине глаза в глаза посмотреть. В его и в Толиковом детстве это клятвой считалось.

ОБРАТНО В ТЕТРАДЬ

Полина поднимается на второй этаж дачи и как будто бы выходит из машины времени. Обратно в прошлогодний август. Все игрушки, книжки и другие вещи стоят на тех местах, где она их оставила. Кажется, что к окну подойдешь и увидишь, как баба Тоня яблоки в сумку собирает, а папа с дедушкой в гамаке разговаривает и все время кивает, а потом повторяет фразы голосом, специально для деда.

На столе лежит тетрадка в лакированной обложке. Между страниц – шариковая ручка. Уже засохла и не пишет. Та сторона обложки, которая стола касалась, яркая, а та, которая сверху, – выцвела.

Страницы пахнут непривычно, осенними листьями и чем-то таинственным. Это запах дачи. Полина листает тетрадь. Из разрезанного кармашка-конверта выпадают фишки от старой игры. Пять секретных анкет заполнены как будто разными почерками. Год назад Полина не могла запомнить, как героев ее сказок зовут. А теперь столько настоящих людей разных вокруг. Друзей и родственников. Она их помнит.

На следующей странице – записка для дачи. Чтобы она по ним не скучала всю зиму.

«Привет! Мы уже обратно приехали! Ты по нам сильно скучала? У нас много произошло. Сегодня 1 мая!!! мы здесь будем жить 1 июня в каникулы. Я их очень жду. У меня есть новые сказки…»

Оказывается, ручка, которая в тетрадке зимовала, совсем даже не засохшая. На свободной странице Полина перечеркивает надпись «Анкетка № 6» и пишет правильно: «Приключения Лады в стране зайцев».

Однажды девочка Лада пошла с бабушкой в супермаркет и осталась ее ждать у шкафа с ячейками. И пока бабушка стояла на кассе, Лада вдруг начала уменьшаться и сделалась маленькой, с палец размером. Чтобы на нее не наступили, Лада спряталась в нижнюю ячейку камеры хранения. Там дверь была не заперта. А за дверью начиналась волшебная заячья страна.

Это правильно, что сказка про зайцев живет именно в секретной тетрадке. Хотя зайцы – давно не секрет. Но, пока Полина пишет, ей немножко холодно, она будто чужую тайну сейчас выясняет или находит клад.

– Вишня! Топай вниз, сейчас обедать сядем! – командует мама.

– Уже, – обещает Полина. И начинает как можно быстрее писать про то, как обедала морковкоедка: «1ая голова – пироги, 2ая – пицца, 3ья – салат морковный (и пицца тоже с морковью!!!), 4тая – борщ с капустой…»

В кармане джинсов начинает жужжать и пищать. Это Полинин мобильник проснулся. Наверное, мама решила больше Полину не звать, а просто позвонить и сказать, чтобы вниз спустилась. Или, может, это Димка! (У него сегодня тоже Первомай, и дача, и даже шашлыки.)

– Полька, это ты? Это Макс звонит! Поль, папу позови!

– А он внизу. Я на втором этаже, а все на первом. Мы на даче!

– Полька, у меня сын родился!

– А как вы его назвали?

Нелька не стала ждать папиного дежурства! У нее час назад родился мальчик Витя! Как Полина и хотела. Только он не Виктор, а Виталий. Но его все равно будут Витькой звать. Макс всем звонил, а никто трубку не берет. На даче сеть плохо ловит. Хорошо, что Полина на второй этаж поднялась. Она сейчас спустится вниз и всем расскажет.

– Чур, я первая скажу, а потом ты, ладно?! – спрашивает Полина в трубку. И слышно, как Лысик орет там: «Да! Да! Да, да, да!»

Она сбегает по ступенькам вниз. Все сидят в кухонном домике, это надо еще через веранду, крыльцо и дорожку! Через несколько секунд. У нее телефон в кулаке зажат как олимпийский факел. Даже огонек есть – синий, от экрана. И Макс все кричит в трубку: «Да! Да! Да-да-да!»

Сейчас Полина откроет дверь кухни, войдет и все расскажет. У двери ручка синей тряпкой обмотана, а сама дверь выкрашена оранжевым. Но Полине кажется, что дверь все равно похожа на белую страницу. Откроешь ее, а там – новая глава.

КОНЕЦ

Октябрь 2011 – октябрь 2013 г.