Мечта о Крылатом Коне (сборник) - Юрьев Сергей - Страница 14

– А где грибы и дерево, на котором мороженое растет? – поинтересовалась Маша.

– А ты, девочка, наверное, давно сказок не читала. – Король хитро усмехнулся. – А то знала бы, что все короли – люди хитрые и коварные. Мы с тобой с маркизом ни за что не справимся, потому что он не только людоед, но еще и колдун. Вот он мне и пообещал, что если принесу я ему на съедение маленькую девочку, то он вернет мне все три моих королевства.

Маша, услышав такие слова, хотела испугаться, но у нее ничего не получилось – уж больно забавно король хихикал, подпрыгивал и ладони потирал.

– А скажите, Ваше Величество, почему вы сразу меня маркизу не отдали? – спросила она, засунув руки в карманы джинсов.

– А людоеды еще коварнее королей, – ответил король. – Он тебя бы съел, а королевства бы мне не отдал. Пусть сначала отдаст, а потом обедает.

– Король, вы же добрый! Вам меня не жалко?

– Жалко, а что делать… – Он посмотрел на нее с сочувствием. – Да ты не хнычь раньше времени. Может, рыцарь какой-нибудь тебя спасет, или добрая фея выручит. У нас с этим просто.

Король вдруг исчез, а к Маше, как змея, начала подползать тяжеленная цепь, одним концом вмурованная в стену, и она помчалась от нее со всех ног по длинному темному коридору. Сзади гремела цепь, ползущая вдогонку, вокруг было темно и сыро, выхода нигде не было видно, но больше всего Машу удивляло то, что она никак не может как следует испугаться. И вдруг она подумала, что неплохо бы и на этого маркиза-людоеда посмотреть. Может быть, он и не маркиз никакой, и даже не людоед… И тут же подземелье куда-то подевалось, а перед Машей сам собой возник трон золотой, на котором, свесив ножки, сидел смешной коротышка в железных доспехах.

– Кто тебя сюда пустил?! – взревел коротышка страшным голосом, и сразу стало понятно, что он и есть тот самый маркиз де Трюмо.

Но Маша не растерялась и сразу же ответила:

– Я могущественная фея Маша Колобкова, а ты меня бойся!

Маркиз тут же свалился на пол и быстренько заполз под трон, и в этом не было ничего удивительного… Маша уже поняла, что если она попала в сказку, то все ее желания должны здесь немедленно выполняться сами собой.

А тут как раз и король подоспел и быстренько на трон уселся, пока место освободилось.

– Вот и славно, девочка, – сказал король ласково. – И я на своем месте, и ты цела. Я же всё наперед знал: и чего ты захочешь, и как это исполнится. Короли ведь обычно бывают мудрыми и справедливыми…

– Ваше Величество, – вежливо сказала Маша, – а почему вы мне сразу всё не сказали?

– Нет, тогда бы это не твое желание было, а мое. А меня здесь никто не слушается… – У короля даже слеза из левого глазика выступила. – К тому же ты бы сразу мороженного дерева захотела, а не маркиза запугать. А вот теперь тебе самое время захотеть домой, а то навсегда здесь останешься, потому что желания здесь не все выполняются, а только три. Два ты уже использовала…

Шляпа графа де Ла-Пша

Однажды Маша Колобкова прогуливалась по набережной реки Каялы и вдруг заметила, что течение несёт куда-то чёрную широкополую шляпу, из которой торчит мокрое павлинье перо. В самой шляпе ничего интересного не было, зато перо Машу сразу заинтересовало, потому что она точно знала: павлины в окрестностях Лукоморска никогда не водились, а значит, шляпа плывёт издалека. В общем, так захотелось это перо заполучить, что она побежала за шляпой, надеясь, что её скоро к берегу прибьёт.

Долго ей бежать не пришлось – она даже не успела устать, как шляпа зацепилась за кувшинку. Маша едва успела зацепить её веточкой и вытянуть на берег, как услышала чей-то едва слышный шёпот:

– Девочка, отдай шляпу, а то хуже будет.

Она огляделась по сторонам, никого рядом не обнаружила и подумала, что голос ей послышался.

– Девочка, отдай шляпу, а то хуже будет… – Теперь тот же самый шёпот звучал уже над самым ухом.

– А вы кто? – спросила Маша, выливая из шляпы речную воду. – Как же я вам шляпу отдам, если я вас даже не вижу?

– Девочка, отдай шляпу, а то хуже будет… – ещё раз повторил надоедливый шёпот, и Маша сразу подумала, что если эту шляпу так хочет получить кто-то невидимый, значит, шляпа не простая, а волшебная.

– А вдруг вы – злой колдун, и шляпа вам нужна, чтобы всякие пакости делать? – ответила Маша и решила шляпу немедленно примерить.

– Не надо! – закричал голос, но было уже поздно.

Во-первых, шляпа оказалась Маше велика, во-вторых, с неё ещё стекали капельки воды, а в-третьих, хоть ничего и не случилось, голос рядом продолжал стонать и всхлипывать.

– Ну, возьмите свою шляпу, только не плачьте, – сказала Маша и бросила свою находку туда, откуда стоны доносились.

Тут же неизвестно откуда рядом с ней возник кавалер при шпаге и с усами, а на голове его была та самая шляпа.

– Девочка, я же говорил – хуже будет, – печально сказал кавалер, глядя мимо Маши. – Граф де Ла-Пша! – представился он, снимая шляпу, и тут же снова стал невидимым. – Эту шляпу мне однажды подарил в знак примирения мой давний недруг маркиз де Вреди. А потом оказалось, что тот, кто её хоть однажды надел на себя, только в ней и остаётся видимым. Это шляпа-видимка, несчастная девочка.

Граф надел на себя шляпу, и его вновь стало видно, но когда Маша посмотрела на себя, ей никого не удалось разглядеть.

– Граф! – обратилась она к своему новому знакомому, даже не зная, что хотела сказать, но его уже не было на месте, а из-за соседнего дома раздавался удаляющийся топот его сапог.

Теперь оставалось только плакать. Теперь её даже дома никто не заметит, а пытаться с кем-то заговорить – только прохожих пугать…

В какой-то сказке Маша читала, что если тебя случайно заколдовали, надо сделать какое-нибудь доброе дело, и после этого можно обратно расколдоваться. Она уже начала думать, что бы ей такого сделать – старушке помочь через дорогу перейти или дать Генке Глухову алгебру списать, как вдруг у неё под ногами обнаружилось павлинье перо, которое граф обронил, когда шляпу снимал.

Маша тут же решила найти своего нового знакомого и перо ему вернуть. Топот сапог графа ещё не совсем затих, и она бросилась вдогонку.

Когда она оказалась на самой окраине Лукоморска, шагов графа уже не было слышно, а следы его вели по тропинке к пруду, от которого в реку Каялу стекал маленький ручеёк, и терялись в прибрежных камышах. Идти дальше было страшно, но Маша всё равно пошла – а куда деваться, не оставаться же невидимой на всю оставшуюся жизнь… Когда вода достала ей до подбородка, вдруг оказалось, что нет вокруг ни пруда, ни камышей, а поднимается она по мраморной лестнице из фонтана, вокруг которого гуляют дамы с кавалерами, неподалёку стоит дворец с золотой крышей, и в его сторону граф идёт, а все, кто навстречу попадается, ему кланяются.

– Граф, вы перо обронили, – сказала Маша, протягивая ему перо.

– Девочка, – еле слышно ответил граф. – Возьми его себе и уходи, а то гости узнают, что я без шляпы невидимый, и ходить ко мне перестанут. Я же так всё свое влияние в обществе потеряю…

Маша поняла, что доброе дело ей сделать так и не удастся, да и графа беспокоить не хотелось, раз он влиянием своим так дорожит… Вернулась она к фонтану, спустилась по мраморной лестнице и оказалась снова по шейку в пруду, а кругом камыши…

– Девочка, вода же холодная! – удивлённо воскликнул сидевший на берегу рыбак.

Маша тут же на себя посмотрела, и оказалось, что видимость к ней вернулась.

Перо от шляпы-видимки Маша поставила в глиняный кувшин, в котором когда-то, по слухам, джинн сидел, и иногда, разглядывая его, она думает, чего же она такого доброго сделать успела, чтобы чары рассеялись. Может быть, то, что не стала графа перед гостями конфузить? Тогда получается, что граф с тех пор, как ему шляпа досталась, ни одного, даже такого крохотного, доброго дела не сделал, бедняга…

Волшебство из лужицы

– Не пей из лужицы – козленочком станешь, – сказала сестрица Алёнушка братцу Иванушке, увидев, что в луже копытце отпечатано.