Голубой дымок вигвама - Степаненко Владимир Иванович - Страница 28

Темнобурый вдруг почувствовал, что ему трудно плыть. Шуба намокла и тяжелым грузом потянула ко дну. Бобр с большим трудом выбрался на берег. Попробовал отряхнуться, но вода по-прежнему оставалась в мокром мехе.

Шуба была жирной, распространяла отвратительный запах. Так же пахли кусты, камыш, рогоз и вода в реке.

Шерсть на Темнобуром свалялась и висела сосульками. Бобр присел и принялся расчесывать мех. На задних ногах имелась расческа — по две роговые пластинки.

Как Темнобурый ни бился, ему не удалось расчесать сосульки.

Надо было что-то предпринять, и бобр снова вошел в воду. Он попробовал плыть, но тело не слушалось. Куда делась обычная подвижность! Бобр был отличным пловцом. Он далеко нырял и кувыркался. Мог спуститься на дно и лежать там по нескольку минут, пока не минует опасность. Но сейчас случилось что-то непонятное! Первый раз в жизни вода не спасала, а стала опасным врагом.

По реке продолжали плыть жирные пятна солярки.

Темнобурый выбрался на берег и двинулся в кусты. Надо было копать нору, чтобы спрятаться. Впереди его ждал тяжелый день. Бобр снова присел и принялся своими длинными перепончатыми лапами расчесывать мех.

Темнобурый не знал слез и не умел хныкать, а то бы он заплакал от отчаяния.

Глава 20. Домой с Амиком

Выбравшись из густых кустов тальника, Тайга остановилась передохнуть. Посмотрела в овраг уремы, где в густой тени деревьев виднелся зубчатый папоротник и тянулись высокие стебли лесного левкоя. Неторопливо сняла с морды клейкую паутину.

Свежий ветер нес с полей запах поспевающей ржи, сена и прогретых берез. За рекой синел в зыбком мареве дремучий лес. Высоко кружились, хищно посвистывая, ястреба.

После короткой остановки собака двинулась вперед. Снова потянулись просеки, пригорки и долины, дубняки и лещины. В глухих крепях часто с шумом и треском выпархивали рябчики. Птицы пугали лайку. Тайга останавливалась и недовольно вертела головой.

Перед моховым болотом стали попадаться на молодых осинках и сосенках свежие погрызы. Тайга чувствовала, что лоси стоят в кустах, в топкой грязи. Она едва сдерживалась и нетерпеливо повизгивала. Потный запах раздражающе ударил Тайге в нос. Она с лаем понеслась вперед.

Лоси вскочили с лежек и, ломая сушь, помчались по чащобе.

Тайга остановилась. Подушка лапы нарывала и нестерпимо болела. Собака попробовала выгрызть колючку, но это не удавалось.

Солнце перешло далеко за полдень и плыло, раскачиваясь, в вершинах огромных берез. Рыжая лайка вышла на поляну. Около кустиков овсяницы прихватила крепкий запах птицы. Бродок привел к небольшому бугру. Кочка была расчесана лапами. Рядом валялось черное перо — копался косач.

Тайга воткнула острый нос в землю и сделала большой круг, но петуха не нашла. Лучше всего искать по росе, когда еще мокрая трава крепко держит запахи.

Сухая пыльца растений набилась в нос, и собака несколько раз громко чихнула.

Запах птицы напомнил о голоде. Тайга была бы сейчас рада самой маленькой черствой корке хлеба, старой обглоданной кости.

Недалеко зацокала белка. Тайга прилегла на землю и прислушалась. Надо понять, как поведет себя зверек. Если белка начнет жировать и пойдет «полом», ее легко поймать на земле.

Но белка перестала шелушить шишку и затаилась. А уже через секунду она двинулась «верхом», перелетая с ветки на ветку.

Тайга недовольно поднялась и двинулась к реке. Можно было бы попробовать потропить зайцев, но с больной ногой долго не побегаешь. От реки вместе с сыростью несло удушливым запахом солярки. Тайга отворачивалась, крутила носом, но запах становился все сильней и сильней.

Впереди блеснула старица. Собака прошла через камыш к воде и жадно принялась лакать. Напившись, она еще сильнее ощутила голод.

Река мелькнула в кустах в рыжих блестках солярки. Тайга внимательно осмотрела берега и неторопливо спустилась к песчаной косе. По всему забегу вытянулась широкая черная полоса. Такой же жирной полосой грязи были перечеркнуты стебли рогоза и нависшие ветви ивняка.

Пройдя немного по косе, Тайга оторопело остановилась. Широкие следы перепончатых гусиных лап пересекали ей путь.

От следов на песке тянуло запахом ненавистного хвостатого зверя. Это он чуть не утопил Тайгу в реке, порвал ей острыми резцами ухо. От радости собака взвизгнула. Теперь она будет осторожной. Он хороший пловец, и она отожмет его от воды. Таким ли поворотливым он окажется на суше со своим широким хвостом? Напрасно Колька поторопился и отправился без нее на салке! Зверь уже несколько раз выходил на берег, и она находила его следы.

Зверь пах нефтью. Наверное, ему не понравилась грязная вода в реке, и он выбрался на песчаную косу.

Но след зверя скоро оборвался. Тайга не могла удержаться и в охотничьем азарте забрела по грудь в воду. Сколько она ни вертела головой, ни прижимала нос к воде или вскидывала высоко голову, больше не прихватывала запах зверя.

Собака поднялась на гряду. Насколько хватал глаз — впереди лежала петляющая река и темнел зубчатыми пиками елей лес. Время от времени Тайга останавливалась, принюхивалась, пытливо вытягивала острую морду.

На просеке Тайге попался след собаки. Она удивленно обнюхала. Прихватив след, лайка пошла быстрее. Вот собака остановилась. Потопталась на одном месте, сделала несколько прыжков и вновь пошла шагом. Исследовала валежину, скоком двинулась вперед.

От собаки пахло молоком. Тайга поняла, что собака недавно кормила щенков.

Собака пошла в глубь леса, и Тайга отстала. Около бугра она остановилась и расписалась. Если неизвестная собака захочет с ней познакомиться, пусть все узнает.

Скоро Тайга забыла о встрече с собакой. По-прежнему неторопливо продвигалась вдоль реки.

На берегу лайка снова наткнулась на следы гусиных лап. Но теперь она не стала удивляться и сразу поняла, кому они принадлежат. Пройдя немного по кустам, заметила, что неизвестная собака выскочила на след зверя, но не задержалась. Затем, сделав круг, взяла след.

Тайга забеспокоилась. Какое право имеет чужая собака охотиться за этим зверем, за которым идет она?

Тайге показалось, что собака скоро сойдет со следа. Но незнакомка оказалась на редкость настойчивой.

Такой же настырной была и сама Тайга на охоте. Продолжая бежать по следу, она убедилась, что собака не отстает, а добирает хвостатого зверя.

Хорошо, что зверь снова нырнул в воду и пропал. Собака повернула от берега в сторону леса.

Тайга знала, что зверь обязательно еще раз выйдет из воды. Показалось, что он еще больше пропах нефтью. Этим отвратительным запахом отдавал каждый коготь на лапе, каждая ворсинка на темно-бурой шкуре, голый хвост.

На песке темнело несколько капелек крови. Тайга поняла, что зверь порвал хвост.

Тайга потеряла счет времени. По тому, что от земли перестало тянуть жаром, она поняла, что солнце прошло большую часть своего пути и низко повисло над лесом. От густой травы потянуло свежестью. Красными огоньками догорали крупные ягоды земляники.

Когда Тайга остановилась, мучительная боль отдалась в плече. Казалось, что ей не сделать больше ни одного шага. Но она пересилила боль и медленно двинулась вперед.

В густых зарослях малины лайка снова нашла след Темнобурого. Зверь прошел недавно, и собака от нетерпения начинала мелко дрожать и слегка повизгивать. Она забыла о боли и мучившем голоде. От злости на загривке поднялась шерсть.

Тайга знала, как ей поступить. Она сошла со следа и двинулась вдоль берега. Нет, зверь не повернул к воде.