Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР - Верхотуров Дмитрий Николаевич - Страница 23

Задачи плана индустриализации оказались существенно расширенными по сравнению с исходным вариантом плана хозяйственного развития. Теперь стояли по существу две равновеликие задачи: восстановление основного капитала уже существующих предприятий и строительство новых заводов и фабрик. Эти два плана нужно было связать вместе.

Однако первые попытки составления перспективных планов оказались неудачными. План ОСВОК, который Пятаков рекомендовал как единственный проработанный план, вскоре оказался негодным. Пригодность планов тогда проверялась сравнением плановых предположений с фактическим ростом народного хозяйства и промышленности за соответствующий год, то есть сравнивали показатели того же 1925/26 года в плане и на деле. Так, по плану ОСВОК преполагалось достичь 61 % роста за пятилетие при капиталовложениях 2484 млн. рублей. Но на деле к 1930 году прирост в промышленности составил 70 % при фактическом вложении 1774 млн. рублей[100]. Эта тенденция стала ясной уже в 1926 году, когда первое же сравнение плановых показателей плана ОСВОК и реальными цифрами 1925/26 года показало, что процент прироста существенно занижен, а объемы капиталовложений существенно завышены. Кроме того, Госплан не устраивала «потухающая кривая» этого плана, то есть снижение объемов капиталовложений и темпов прироста в конце пятилетия. Эти обстоятельства толкали на улучшение плана и дальнейшую его разработку. В качестве критерия годности или негодности плана было избрано сравнение первого года плана с фактическими показателями этого же года в реальном производстве.

После съезда партии в плановых органах началась работа над согласованием генерального плана реконструкции народного хозяйства СССР, разработанного в Госплане СССР, и плана ОСВОК, разработанного в ВСНХ. План восстановления основного капитала в промышленности нужно было увязать с планом реконструкции всего хозяйства, с восстановлением основного капитала в сельском хозяйстве, рассчитать финансирование из государственного бюджета, составить график и очередность строительных и восстановительных работ, а также увязать этот график с уже намеченным строительством.

Однако согласовать плановую работу не получилось. Каждый плановый орган работал по-своему. Например, при составлении Генерального плана реконструкции народного хозяйства, который разрабатывался Госпланом РСФСР, вышло так, что подчиненный орган – Земплан РСФСР отказался составлять план на десятилетие, мотивировав отказ невозможностью проведения такой работы. В Госплане СССР, в Госплане РСФСР и в ПЭУ ВСНХ СССР составлялся свой план, в каждом месте согласно каким-то своим принципам. Дальше терпеть такое положение было совершенно невозможно.

В марте 1926 года состоялся 1-й съезд президиумов госпланов СССР. На него был вынесен вопрос упорядочивания плановой работы. После обсуждения было решено поступить следующим образом. Кроме Госплана СССР, было образовано еще семь госпланов, по числу союзных республик. На большей части территории страны, в РСФСР с 15 февраля 1925 года работало два Госплана – Госплан СССР и Госплан РСФСР. На съезде было решено плановую работу разделить. Республиканские плановые органы занимаются составлением планов по своим республикам. А Госплан СССР занимается составлением генерального плана по всему Союзу, увязкой всех республиканских планов с генеральным планом и контрольными цифрами и составлением самих контрольных цифр. Контрольные цифры Госплана СССР для всех остальных плановых органов являются директивами. Составленное на 1-м съезде Положение о Госплане СССР было 15 апреля 1926 года утверждено Советом Труда и Обороны СССР.

В апреле 1926 года в Госплане СССР была образована Комиссия по пятилетнему плану, в которой была сосредоточена работа по составлению генерального плана реконструкции народного хозяйства. Госплан СССР разделился на две части. В одной из них, составленной из секций и отделов, продолжалась текущая плановая работа по составлению годовых планов и контрольных цифр. Вторая часть, образованная пока что только небольшой комиссией по пятилетнему плану, занималась только перспективным долгосрочным планированием. В начале 1928 года эта комиссия будет преобразована в Центральную комиссию по пятилетнему плану, сокращенно ЦКПП Госплана СССР.

Перед плановиками встала необычная, новая для них задача. Перспективные планы составлялись и до этого, но они строились совсем на другой основе, на наличии некоторого запаса неиспользованных производственных мощностей, которые должны быть за запланированное время введены в строй. Это была относительно простая задача, поскольку были известны мощности незадействованных производств, а также были известны их хозяйственные и технологические связи. Теперь же требовалось составить перспективный план, который основывался на строительстве и вводе в строй новых предприятий, выпускающих новую продукцию и использующих новые технологии. Нужно было рассчитатать и предусмотреть те изменения в хозяйстве, которые вызовет пуск новых заводов, и заблаговременно в плановом порядке к ним подготовиться. Это во-первых.

Во-вторых, ранее перспективные планы составлялись по отдельным отраслям. Сводить их в общехозяйственный единый план никак не получалось. Теперь же требовалось составить план, который бы охватывал все или хотя бы основные отрасли хозяйства. Этот план должен был предусмотреть изменение и развитие этих отраслей в условиях появления новых производств, резкого увеличения производства, резкого увеличения числа предприятий и рабочих, коренного изменения платежного и снабженческого балансов. Плановой работой было охвачено 32 ведущие отрасли промышленности.

Готовых методик такого расчета не было. Опыт планирования, накопленный с 1921 года, мало помогал в решении этой необычной задачи. Нужно было на ходу выработать методы составления таких планов. Предстояло провернуть огромную вычислительную работу. Надо сказать, что такие расчеты и предположения трудно выполнить даже и в наши дни, опираясь на статистику и возможности машинной обработки информации. А тогда, в конце 1920-х годов, из средств механизации счетного труда были лишь счеты и арифмометры, и все эти большие и трудные расчеты должны были быть проведены вручную, карандашиком на бумаге.

Затем нужно было запланировать оптимальные темпы роста промышленности и капиталовложений. Госплан СССР твердо держал курс на составление плана в качестве системы указаний и заданий. Ведущие плановики в 1926–1927 годах выдержали тяжелую дискуссию по вопросам планирования со всеми своими оппонентами.

Суть подхода состояла в том, чтобы в максимально полной степени учесть все имеющиеся в стране ресурсы и составить план максимально полного использования этих ресурсов. Станислав Густавович Струмилин прямо сказал об этом в выступлении в Комакадемии:

«Априори можно сказать лишь одно: проектируемые в СССР темпы могут и должны быть выше капиталистических, но они не должны все же превышать имеющихся в стране реальных ресурсов. Таким образом, вся проблема сводится к конкретному учету имеющихся в стране ресурсов…»[101].

Нужно было добиться того, чтобы планы отражали реально достигаемые объемы накопления и темпы прироста производства в стране. Тогда появлялась вероятность того, что план действительно будет учитывать имеющиеся в стране ресурсы и давать максимальные темпы.

Опыт сталинской индустриализации неопровержимо свидетельствет, что за каждым блестящим результатом стоит Эверест работы. К плановой работе это относится в самой полной мере. Великая стройка, прежде чем начались даже самые первые земляные работы, развернулась на столах Госплана, так же как великое сражение сначала разворачивается на картах Генштаба армии.

То, чем занимался Госплан в 1926–1928 годах, то есть от начала работы над планом ОСВОК и до начала работы над первым пятилетним планом, представляет собой малоизвестную страницу истории советского хозяйства. Гораздо менее известную, даже чем история развития оборонной промышленности Советского Союза. Историю советской оборонной промышленности можно изучать по общедоступной литературе. Вышло много книг, много воспоминаний конструкторов. Можно насобирать множество указаний, оговорок и отрывочно опубликованной информации. Сбор, анализ – и вот уже более или менее готовая картина происходившего.