Весенний детектив 2015 (сборник) - Полянская Алла - Страница 39

– Где-то здесь должна быть и вторая, – сообщил он и внимательно осмотрелся вокруг, но второй серьги нигде не было.

Домработница, поджав губы, молча смотрела на украшение.

– О чем вы думаете? – спросил у нее сыщик, и женщина вздрогнула.

– Думаю, какая ужасная смерть ей досталась, – прошептала она. – Это ж как ее выворачивало, если она расцарапала себе лицо и вырвала из ушей серьги?

Мариша содрогнулась от этих слов. Лучше об этом не думать. Все уже кончено. И бедная Марина обрела свой покой.

– А вторая упала между половиц, – вдруг сообщил Голубев и показал пальцем на небольшую щель в полу. – Вон она блестит.

И правда, между неплотно подогнанными досками поблескивала серьга.

– Достанем?

– Пусть хозяева этим занимаются, – отмахнулся Эрик. – У нас не так много времени, чтобы тратить его на подобные дела. Присаживайтесь, – эти слова он адресовал домработнице. – Расскажите, что происходило в этом доме вчера. Со всеми подробностями.

Женщина тяжело опустилась на скамью. Вернулся Василий, упаковал в пакет кофейную чашку и снова отбыл.

– Вчерашний день почти ничем не отличался от предыдущих, – начала Елена Петровна. – Разве что днем мы устроили скромные поминки. Никого, кроме своих, не было. Семья да Василий Федорович. Вечером, как обычно, дети и Аделаида Карповна выпили какао, я заварила чай, а Марина сварила кофе и ушла с ним наверх. Рома после поминального обеда вообще не выходил из своей комнаты. Я слышала, как он там вышагивает и бормочет что-то о несправедливости. Я не поняла, что он имел в виду, но думаю, что он говорил о семейном проклятии. Несправедливо, когда приходится ждать своего конца.

«А может, он имел в виду совсем другое, – подумала Мариша. – Вполне возможно, что он был недоволен тем, что зависит от Марины. Вряд ли взрослому мужчине было приятно просительно заглядывать невестке в глаза».

– А чем занимается Роман? – совсем некстати спросила она.

– Картины пишет. Вернее, писал до смерти Андрея, – ответила Елена Петровна. – А потом как будто скис. То перед телевизором сидел, то по поселку бродил. Потерял себя мужик, в общем.

– А где вчера вечером был Василий Федорович? – бросив на Маришу недовольный взгляд, поинтересовался Голубев.

– Так гулял! Он очень любит гулять. Говорит, что у нас воздух вкусный. Бывает, что уйдет сразу после ужина, часов в шесть, и приходит уже ближе к полуночи.

– Так, может, он в гости ходит? – влезла Мариша.

– Сомневаюсь. В нашем поселке хорошие люди живут, но каждый сам по себе. И сами никому не надоедают, и других не привечают. Правда, Юлечка ходит в соседний дом заниматься биологией – там живет кандидат то ли химических, то ли еще каких-то наук. Юля завела курочек и теперь балует нас домашними яичками. Все свободное время проводит в сарае, который она приспособила под курятник. А Кирюша бегает на другой конец поселка к преподавателю русского языка – у него сложности с этим предметом. Вот и все общение.

– По всему видно, что Василий Федорович крепко дружил с Андреем, – заметил Голубев. – Три года прошло, а он его не забывает.

– Не забывает! – фыркнула Елена Петровна. – Как будто он за этим приехал.

– Разве нет? Я думал, он заявился на поминки.

– Поминки – это просто предлог. На самом деле он уговаривает Марину продать ему ее долю бизнеса. Он и с Андреем вел такие же разговоры незадолго до его смерти. Но Андрюша ему отказал. Это его детище. Василий примкнул позже, когда Андрею понадобился компаньон.

– Значит, он просил Марину продать ему бизнес, – задумчиво протянул Эрик.

– А Марина ему отказала, – кивнула Елена Петровна. – Бизнес уже налажен. Она в него вникла. Создавать что-то с нуля она не хочет. А оставаться без дохода тоже нельзя. Как-никак, а он кормит всю семью. Правда, Маринка пыталась организовать музыкальную группу, но пока у нее ничего не получается. Оно и понятно, вокруг такая конкуренция. До свадьбы она пела в каком-то коллективе, моталась по разным городам, а как замуж вышла, осела дома, родила детей. Правда, когда ребятишки подросли, она снова хотела выйти на сцену, но Андрей не разрешил. Они даже поругались по этому поводу. Но потом помирились.

– А какие отношения у Андрея были с братом?

– Да они вообще не разговаривали! Аделаида так накрутила Романа, что тот совершенно искренне считал, что Андрей его обобрал. И ненавидел его. Хотя это Андрюшин отец оставил наследство. Ромин папашка пришел к нам ни с чем. Поначалу Аделаида радовалась, что в доме появился мужик, а потом стала жутко злиться. Придиралась к нему все время. Я только диву давалась. Не хочешь жить – разведись. Но у нее был какой-то пунктик насчет развода. Так вот, к чему я все это веду. Второго мужа она терпеть не могла, а Ромку любила до умопомрачения. Все лучшее – Роману. А к Андрюше все время придиралась. Я только удивлялась, как у него хватает терпения закрывать глаза на ее выходки. Думаю, если бы умер Роман, Аделаида свихнулась бы от горя. А по Андрюше ни одной слезинки не пролила. И все из-за наследства.

– А как Аделаида относилась к невестке?

– Марину она и раньше гнобила, а в последнее время просто житья ей не давала. Правда, Марина оказалась жестче, чем Андрей. Сначала терпела, а потом сказала Адке, что если она не замолчит, то вылетит отсюда вместе со своим сыном. Та и заткнулась. Чем старее, тем дурнее, так я скажу. Ни Марину, ни детей Аделаида на дух не переносила. Правда, когда она заболела, лет пять назад, да так, что чуть тапки не отбросила, Марина стала для нее самой лучшей, потому что проводила у ее постели дни и ночи. А как выздоровела, Марина снова плохая стала. Вот такая наша Аделаида Карповна!

Домработница перевела дух.

– Скажите, а ваши домочадцы ездили отдыхать? – вдруг спросил Эрик.

– Отдыхать? – Елена Петровна, казалось, удивилась такому вопросу. – На моей памяти один раз, когда ремонт в доме делали. Да и зачем им отдыхать? У нас тут природа лучше, чем на курортах.

– А куда ездили?

– Тут недалеко, в дом отдыха.

– И это все?

– Все. Андрюша не любил покидать дом. А Марине было не с руки выезжать одной. С двумя детьми это непросто. У вас еще много вопросов? Мне нужно суп выключить, иначе он совсем переварится.

– Вы можете идти, – сообщил Голубев. – А мы пока тут побудем.

Елена Петровна кивнула, пошла к двери, а потом остановилась.

– Можно я заберу сережку? А то потеряется.

– Конечно, забирайте. Да не забудьте потом вторую вытащить. И ключ нам оставьте. Кстати, вы так и не сказали, кто обнаружил Марину.

– Я и обнаружила. Она не вышла к завтраку. Я решила ее разбудить, смотрю, а в комнате ее нет. Я кинулась к двери, думала, может, она пошла прогуляться. Но дверь оказалась закрыта на засов. Значит, Марина в доме. Обошла все вокруг – нет ее! Тогда я отправилась наверх. Конечно, я не думала, что Марина окажется в кабинете. Она никогда туда не ходила, особенно после смерти Андрея. Хвать, а дверь-то закрыта изнутри. Я и всполошилась. Сначала стучала, потом ногами колотила – нет ответа.

– Подождите, как изнутри? – растерялся Голубев. – А я думал, что дверь открыта была.

Домработница покачала головой.

– А окно? – влез Эрик. – Окно тоже было закрыто?

– Окно открыто. Мы летом вообще окна не закрываем.

– Лестница в доме есть? Такая, которую снаружи приставляют.

– Лестница? – женщина удивилась такому вопросу. – Нет, мы ею никогда не пользовались.

– Как же вы попали внутрь? – недовольный тем, что его прервали, спросил Голубев.

– Позвала Василия Федоровича, он выломал дверь, так мы ее и обнаружили.

– Ничего не понимаю! Вы же открыли дверь ключом, когда мы сюда поднялись.

– Правильно! Я как увидела, что произошло, попросила Василия заколотить выбитый косяк, чтобы в кабинет до вашего приезда никто не шастал. Правда, Аделаида услышала шум и все-таки сунула сюда свой нос. С каким торжеством она смотрела на невестку! Даже вспоминать противно, – Елена Петровна сплюнула на пол. – Жалко Маринку. Ведь умереть должен был Рома, а не она.