Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия - Уласевич Светлана Александровна - Страница 276

Над гробом красовалась толстенькая драконица в костяных наростах. Массивное тело, маленькие крылышки, крепкие лапы. Большая, слегка туповатая морда, маленькие глазки, огромные, закрученные бараньи рога.

— Трансформация не ах, — оценил Вик дракониху с мужской точки зрения. — Я бы на такую не покусился.

— Наверное, у предков были очень весомые причины, — попробовал Норри оправдать выбор прародителя.

— Меня дрожь пробирает при мысли, что мои дети могут родиться похожими на нее! — поежился Вик.

— Народ, здесь сказано, что она умела плеваться в зависимости от ее желания либо ядом, либо кислотой. А еще ими за считаные секунды могла покрываться ее шкура! — заметила я. — Наверное, предок хотел добавить эти качества своему виду.

— Бедный мужик! — вздохнул Вик. — Неудивительно, что он так быстро помер, и, полагаю, на супружеском ложе.

— Тем не менее мы теперь можем плеваться ядом скорее всего именно благодаря наследственности Кирины Киро!

— Герой мужик! — вздохнул Норри. — Хорошо, что у нас только эта черта от нее проявилась. А что вон та длинная могла?

Вытянутое тело драконицы дисгармонировало с короткими лапками, между пальцами которых красовались перепонки. По спине шел яркий гребень, а довольно изящная морда заканчивалась обвислыми толстыми усами. Вместо рогов голову венчало какое-то подобие удлиненных гребней. Крылья были расположены так, что ими можно только грести.

— Это водный дракон! — восхитился Райдер. — Такие практически не встречаются ни в одном из миров. Очень редкий вид, особенно если учесть, что она умеет выпускать костяные наросты из тела и распознавать ложь.

— Наверное, ее муж тоже долго не прожил! — вздохнул Вик. — Так принесут… то есть придешь с гулянки, она спросит, где был… И нет человека. То есть дракона…

— Ринтар Ро, — прочитала я надпись на надгробии. — Это последняя жена-дракон в линии правящей династии Драконов, — вспомнила я.

— Вот-вот! — заметил Вик. — Предки не дураки, сразу поняли, кто жизнь портит…

— А остальные? — удивился Райдер, показывая на еще несколько драконесс у надгробий.

— Это вторые линии, — пояснила я.

— И результат их скрещивания не впечатляет, — вздохнул Вик, указывая на неуклюжих драконов-потомков. — Похоже, их трансформации не были более жизнеспособными!

— Странно, — удивился охотник на драконов. — Выбор партнеров другого вида оказался очень выгодным для правящей династии. Глядя на вторые линии, я вижу драконов, значительно уступающих в боевой мощи либо в способностях. Такое ощущение, что ваши предки увидели опасность скрещивания с драконами и пошли по иному пути. И поздние поколения драконов вновь стали изящными и быстрыми.

— Я заметил, что у драконов хорошо развита интуиция на перспективного партнера, — заметил Мортифор. — Возможно, это и помогло им выровнять и улучшить свою эволюцию.

— Не знаю, — покачал головой Райдер. — Я такое встречаю впервые.

— Почему? — удивилась я. — Большинство животных на интуитивном уровне отбрасывает больных и неудачных особей.

— А ты считаешь себя животным? — наклонил голову Райдер.

— Ну определенно не человеком, — улыбнулась я, демонстрируя удлиненные клыки.

— Народ, а давайте поскорее сделаем все дела и смоемся отсюда! — поморщился Норри, идя вдоль каменных изваяний. — Не очень-то здесь и уютно! Мрачновато.

— Это еще почему? — удивился Вик. — Вроде светло и относительно приятно.

— А ты посмотри направо, — посоветовал эльф.

Мы обернулись и увидели пустые места. Рядом с ними красовались таблички: «Места для потомков».

— Вить, а ты какой саркофаг себе хочешь? — вдруг буркнула я. Все-таки такой продуманный взгляд в будущее настраивает на философский лад.

— Сплюнь три раза! — огрызнулся Вик.

— Ну зачем так категорично, — потрепал его по плечу Мортифор. — Как-то моей прапрабабушке зять гроб на празднование нового цикла года подарил. Так вся семья еще сто лет с нетерпением ждала, когда же плохая примета себя оправдает. Все наоборот оказалось.

— Да, Вик, — поддержала я кузена. — Не переживай так. Если во сне себя в гробу увидишь, это к долголетию, а похороны — к свадьбе.

— И это хорошая примета?! — возмутился поклонник холостой жизни.

Миновав «зарезервированное место», мы оказались в центре зала. Перед нами стояло изваяние Лорриэля в полный рост. На поясе прадеда висели кинжалы. «Догадайся, где спрятаны ёптры?» — пронеслось у меня в голове. Недолго думая я отстегнула с пояса статуи оружие.

— Что ты делаешь? — испугался Вик.

— Где-то здесь спрятаны ёптры, — пояснила я. — Мы имеем право их унаследовать.

Стоило мне это сказать, как кинжалы взвились в воздух и зависли у меня над головой в выжидательной позиции. Ради интереса я скомандовала мысленно: «Вверх!», и они выполнили команду.

— Ну ничего себе! Я тоже хочу помародерствовать, — надулся Норри.

Ёптры настороженно нацелились на него. «Свои!» — мысленно предупредила я оружие, и оно успокоилось. «За пояс!» — скомандовала я новому приобретению.

— Ну и где эта капсула? — раздраженно выдохнул Райдер.

— Полагаю, вон там, — указал Мортифор на блестящее огромное яйцо поодаль от саркофагов.

Мы подошли к шаттлу и осмотрели его со всех сторон. Гладкие сплошные стенки из какого-то легкого серебристого сплава.

— Как открывать его будем? Распилим? — предложил Вик.

— Не уверена, что ножовка возьмет.

— А может, растворить?

— Это шаттл — с ним справиться не так просто.

— А может, банальное «откройся»? — предположил Райдер.

Но с металлической штуковиной ничего не произошло. Тогда охотник погладил блестящую стенку и произнес что-то на гортанном языке.

В ту же секунду стенки шаттла принялись истончаться, затем раздался хруст — и овал разделился надвое. Верхняя горизонтальная часть стала подниматься наподобие створки у жемчужины — и через пятнадцать минут мы увидели яркий комок света, сжавшийся в центре находки.

— Это и есть эрг? — на всякий случай уточнил Норри. — Те, кого мы видели, выглядели несколько иначе.

— Ему сейчас срочно надо тело для вселения, — заметил Райдер. — Иначе оно умрет. И боюсь, что сейчас оно выбирает, кого из нас забрать.

Жаль, что мы не подумали об этом раньше!

— Закрывайте капсулу! — скомандовала я. — Пойдем другим путем. Норри, ты можешь создать какой-нибудь живой голем для переселения тела?

— Я могу, — сказал Мортифор. Он отрезал прядь волос и достал из сумки у пояса кусочек вяленого мяса.

— Ты всегда припасы носишь? — поинтересовался Вик.

— Нет, просто сегодня на всякий случай взял. Я предполагал что-то подобное. — Оборотень начертил на каменном полу пентаграмму, затем выложил на нее все составляющие, сцедил немного своей крови и зачитал длинное заклинание.

На наших глазах компоненты подтянулись друг к другу и смешались. Через какое-то время на месте составляющих лежало тельце младенца.

Мортифор поднял его на руки и, открыв капсулу, положил рядом со сгустком.

— Переселяйся сюда, так ты никому вред не причинишь.

Сгусток света тут же окутал искусственное тельце. Сначала ничего не происходило. Свет кружил около ребенка, словно примеривался, с какой стороны подойти. Вдруг детские ресницы дрогнули — и на нас уставились обсидиановые глазищи без белков. А через секунду в склепе раздался возмущенный рев.

— А-а-а! — заорал от неожиданности Вик.

— Успокойте его, кто-нибудь! — закричал Райдер, затыкая уши.

Я осторожно подошла к капсуле и робко коснулась ребенка. Малышка захлебнулась удивленным всхлипом.

— Тише, маленькая, мы не причиним тебе вреда. Мы хотим помочь тебе вернуться домой.

Ребенок недоверчиво склонил голову набок.

— Уже прошло много времени, и тебе пора домой, — повторила я. — Ты и так загуляла.

— Только ее в таком виде не примут, — заметил Райдер. — Улетала, скорее всего, подростковая особь. А так она даже общаться не может.

— И что ты предлагаешь? — обернулся к охотнику Мортифор. — Подрастить ее чуть-чуть?