Больше чем страсть - Линден Кэролайн - Страница 3

Пожалуй, следует поблагодарить Бенедикта за его вторжение. Вздохнув, Себастьян приподнял фонарь выше и попытался сообразить, куда мог отправиться отец.

На рассвете мистер Джонс нашел Себастьяна, полуживого от усталости, и привел домой, чтобы тот поспал хоть несколько часов. Вместе они обшарили луг и обследовали пруд – упражнение, которое снова уложило мистера Джонса в постель с простудой и кашлем.

Днем прибыли два письма. Одно от Бенедикта, с извинениями за беспокойство. Саманта действительно оказалась дома, в безопасности. Другое письмо было от самой Саманты, где она настойчиво просила Себастьяна навестить ее. Видимо, Бенедикт рассказал ей, что случилось, и она тоже хотела извиниться. Себастьян надеялся, что этим она и ограничится. Чем скорее Саманта направит свои чувства на кого-нибудь другого, тем будет лучше для всех. Он бросил оба письма в огонь.

Но Майкл Вейн пропал бесследно, и, вместо того чтобы принести облегчение, исчезновение его только ухудшило положение Себастьяна, причем весьма существенно.

Глава 1

1822 год

Ричмонд-на-Темзе

– Ну, дорогая, что скажешь?

Томас Уэстон стоял посередине парадного холла, раскинув руки и улыбаясь до ушей.

– А что не так в лондонском доме? – поинтересовалась миссис Уэстон, бросив мрачный взгляд на пылинки, кружившие в солнечных лучах, лившихся через распахнутую дверь и высокие окна. Агент по недвижимости, который привел их сюда, чтобы посмотреть дом, деликатно ждал снаружи.

– Лондон – это Лондон! Загородное поместье придает мужчине вес и делает его джентльменом.

– А также пробивает брешь в его финансах и побуждает тратить еще больше на ремонт, обстановку и приемы. – Миссис Уэстон запрокинула голову. – Лепнина уже потрескалась. Ты разоришься за год, приводя этот дом в порядок.

– Подумаешь, крохотная трещинка, – отмахнулся Томас. – Дом в отличном состоянии, моя дорогая! К тому же он на расстоянии дневной поездки от Лондона, так что ты сможешь кататься туда и обратно, сколько пожелаешь. Тебе не грозит разлука с портнихами, модистками и всей этой дамской чепухой, на которую ты совсем не против тратить мои финансы.

– Новая шляпка не идет ни в какое сравнение со стоимостью нового дома, – кисло отозвалась супруга. – Не говоря уже о меблировке, прислуге и садовниках.

Мистер Уэстон уперся кулаками в бока и вздохнул.

– Но представь, какие вечеринки ты сможешь закатывать здесь, разодетая в наряды с Бонд-стрит, – произнес он льстивым тоном. – Миссис Уэстон из Харт-Хауса! Не сомневаюсь, это будет самое завидное приглашение во всем Ричмонде. И подумай о девочках! Представь своих дочерей, скользящих по этим лестницам в великолепных платьях, танцующих с окрестными джентльменами, завязывающими дружбу с девушками из благородных семейств. – Томас обнял жену за талию и увлек в самый центр холла. – Только вообрази: мы с тобой стоим здесь, приветствуя гостей из местного дворянства и аристократии. Милорд, миледи. – Уэстон отвесил глубокий поклон воображаемой паре. – Какая честь, что вы посетили наш скромный дом. Позвольте представить вам мою жену. – Бросив на супругу исполненный надежды взгляд, он схватил ее руку и поднес к губам. Миссис Уэстон сдержала улыбку. Ободренный, Томас продолжил: – О да, милорд, это самая красивая дама во всем Суррее и самая любезная хозяйка. Действительно, миледи, ее платье сшито по самой последней моде. Уверен, она будет счастлива порекомендовать вам свою портниху. – Миссис Уэстон закатила глаза, забавляясь представлением, устроенным мужем.

Стоя наверху изогнутой лестницы, одна из дочерей, Пенелопа Уэстон, склонилась к старшей сестре. Они только что осмотрели комнаты на втором этаже и теперь наблюдали за сценкой, разыгрывавшейся внизу.

– Тебе не кажется, что папа чуточку переигрывает?

– Подожди минутку, – ответила Абигайль вполголоса. – Сейчас начнется…

Словно услышав ее реплику, отец прижал ладонь к сердцу:

– И вы должны познакомиться с моими дочерьми! Уверен, вам никогда не приходилось встречать более милых девушек, причем таких же красивых, как их матушка. Что вы сказали? У вас есть неженатый сын и наследник? Молодой джентльмен, который ищет невесту? Из респектабельной семьи, имеющей собственность в Лондоне и Ричмонде?

– Готово, – произнесла Абигайль с лукавой улыбкой. Пенелопа только фыркнула в ответ.

– Хватит, Томас! – Миссис Уэстон рассмеялась, шлепнув мужа по руке. – Это просто смешно. Как будто покупка дома гарантирует удачное замужество наших дочерей!

– Но и не повредит, не так ли? – отозвался он с победной улыбкой. – Ну же, Клара, что скажешь? Прекрасный дом, правда?

– Да, – согласилась она. – Великолепный! И, наверное, стоит целое состояние. Сколько времени ты собираешься проводить в этой глуши?

– В глуши! – Он всплеснул руками. – Лондон в десяти милях!

– Мы привыкли к городу, – настаивала миссис Уэстон. – Нам там удобно. Ты не представляешь, как хлопотно паковать вещи и переезжать в другой дом, пусть даже отстоящий на десять миль.

– Но как только мы устроимся здесь, это покажется пустяком. Мы можем путешествовать по реке. Я куплю корабль с десятью египтянами, чтобы возить тебя взад-вперед, как современную Клеопатру. – Мистер Уэстон подался ближе: – Как еще убедить тебя, любовь моя?

Супруга одарила его суровым взглядом:

– Мы оба знаем, что на самом деле ты не нуждаешься в моем одобрении. Признайся, ты его уже купил. Не так ли?

– Но мне все же хочется, чтобы ты была довольна, – заявил мистер Уэстон, даже не потрудившись опровергнуть догадку жены.

Абигайль подавила смешок. Как это похоже на отца! Итак, здесь будет их загородный дом. Она огляделась по сторонам. Здание и в самом деле очаровательное. Мама смирится, когда придет время выбирать ковры и мебель, если папе не удастся уговорить ее раньше. Обычно это ему удавалось.

– Пойду, выберу себе комнату, – шепнула Пенелопа. – Как можно дальше от маминой. – Она исчезла в коридоре, ведущем к спальням.

Абигайль спустилась по лестнице, миновала холл, где все еще препирались родители – мать продолжала изображать недовольство, а отец продолжал ее уговаривать, – и вышла на гравийную подъездную аллею. Снаружи особняк не казался огромным, радуя глаз четкими пропорциями и изящными линиями. Окружающий пейзаж был мирным и красивым, а воздух определенно чище, чем в городе. Да, мама смирится. Через год она, возможно, будет предпочитать поместье их дому на Гросвенор-сквер.

Из-за угла показался Джеймс, брат Абигайль и Пенелопы. Абигайль предположила, что он осматривал конюшни.

– Ну, как тебе дом, Эбби?

– Папа уже купил его.

Джеймс кивнул, щурясь на солнце.

– Знаю.

– Что? – воскликнула она. – Ты узнал раньше, чем мама?

Губы брата тронула слабая улыбка.

– Если бы он сказал ей до того, как купил дом, она могла бы его отговорить, не так ли?

– Это нечестно!

Джеймс рассмеялся:

– Полагаю, в любви все честно. Отец давно настроился на приобретение загородной резиденции, а эта вполне подходящая. Дом в отличном состоянии и не требует ничего, кроме обустройства и незначительных усовершенствований. Местоположение идеальное, мама оценит его, когда начнет устраивать пикники и прогулки на лодках. Да и цена разумная.

Абигайль покачала головой:

– Папа сейчас в холле, убеждает маму, что благодаря этому дому у нас с Пен появится возможность познакомиться с титулованными джентльменами.

– Вполне возможно. Здесь неподалеку родовое гнездо графа Стрэтфорда и еще дюжина загородных вилл и поместий, куда съезжается знатная публика, чтобы глотнуть свежего воздуха.

– Граф Стрэтфорд! – фыркнула Абигайль. – Ты такой же фантазер, как папа.

– Я же не говорю, что кто-нибудь из местных аристократов женится на вас, – уточнил Джеймс. – Просто у вас будет шанс встретиться с ними – какими бы жирными, престарелыми, подагрическими и похотливыми они ни оказались. К тому же граф Стрэтфорд папиного возраста и уже женат. У него есть сын, но, насколько мне известно, он в армии. Так что вам с Пен не повезло. Хотя, возможно, маркиз Дорр, которому принадлежит Пентон-Лодж под Кью, приедет с сыновьями. Правда, по слухам, среднего следует остерегаться.